В самом Сердце Стужи (СИ)

Когда Грегор наконец-то выковырял меня из стальной скорлупы и помог обтереться, я отослал мужчину проверить, как устроилась леди Эрен, а сам махом опрокинул в себя стакан вина. Потом еще один, а потом — просто рухнул на холодную кровать и, укрывшись чем-то отдаленно похожим на одеяло из шкур, уснул мертвым сном.
Следующее же утро началось в делах и тревогах. До свадьбы было еще два дня, а на моем пороге уже нарисовался и королевский приказчик, и местный жрец Алдира, и бургомистр. Последний мне сразу не понравился — появление лорда в этих владениях ставило крест на его безраздельной власти, и по недовольному лицу этого мужчины неопределенного возраста я понял, что он тоже ко мне теплых чувств не испытывает. Но ему все же приходилось улыбаться и лебезить, ведь иначе все могло закончиться для него трагично. Хотя для себя я решил, что как лорд земель буду посылать людей на плаху только при крайней необходимости. Лучше уж отправить преступника остаток жизни пилить лес лобзиком. Этого добра как раз за окном хватало, а дрова лишними никогда не будут. Причем лобзик должен быть с тупым полотном, как на уроках труда в средней школе. Чтобы, как говорится, провинившийся в полной мере прочувствовал всю тщетность бытия.
  
Звали бургомистра господин Легер — и как только я позвал его в комнатку, которую определил как свой кабинет, он сразу же завалил меня кучей проблем и жалоб, видимо, чтобы набить себе таким образом цену. Мол, посмотри, молодой барон, как тут все плохо, но если мы будем дружить — я тебе со всем помогу!
— Милорд Гросс, послушайте! — распинался Легер, нервно теребя в руках широкий берет с длинным пером и уже в десятый за последнюю минуту раз заправляя сальную челку на бок. От мужчины неприятно пахло кислым то ли потом, то ли пивом, отчего он не нравился мне еще больше. — Я понимаю, что вам за подвиги даровал титул сам король Эдуард, но я прожил тут всю жизнь и управлял городом последние двадцать лет! А до этого бургомистром был мой отец, а до него — мой дед! С тех пор, как Херцкальт стал королевскими владениями, мужчин из моей семьи выбирали на сходе старейшин нашей общины, так что я крайне советую вам принять мою помощь и…
— С удовольствием! — воскликнул я, вставая со своего места. И улыбаясь, широко-широко улыбаясь.
Лицо у меня было не слишком доброе, а в местных реалиях, в которых я носил полную бороду, а кожа была обветренная и сухая, улыбка у меня была крайне дружелюбная. Чистоту моих намерений бургомистр оценил — разок икнул и попятился.
— Что вы… — начал Легер, но я не позволил ему продолжить.
— Господин Легер, вы правильно сказали, что я только получил титул и мне потребуется поддержка опытного управленца! — продолжил я заливать этому хлыщу. — Вот скажите, вы упомянули совет старейшин общины, так?
— Так, — кивнул Легер. — Это десять самых уважаемых жителей нашего надела, к их мнению прислушиваются и они…
— Превосходно! Просто отлично! — опять перебил я Легера. — Как вы знаете, через два дня у меня свадьба, я бы хотел пригласить всех этих уважаемых людей в главный зал. Вместе с женами, само собой.
— С женами? — опешил Легер.
— С женами, — кивнул я. — Могут еще и старших детей взять, но можно и просто с женами.
— Пригласить?
— Пригласить. Или они не хотят поздравить своего лорда? — опять улыбнулся я, обнажая зубы, чтобы больше было похоже на оскал.
Эту рожу я тренировал перед медной пластиной примерно полчаса, чтобы выглядело максимально устрашающе. И судя по бледному виду Легера, мне это удалось.
Когда бургомистр пятясь вышел из кабинета, постоянно при этом кланяясь, я смог наконец-то выдохнуть.
За годы катаний в коляске по всяким государственным богадельням я понял, что есть два способа получить желаемое. Первый — петровский, он же про принятие перед начальством вида лихого и придурковатого, дабы разумением своим не смущать начальство. Глаза в пол, голос тише, вежливое «здравствуйте» и такое же вежливое «спасибо» или «до свидания». Причем со всеми, начиная с заведующего отделением или начальника отдела и заканчивая гардеробщицей.
Второй — через угрозы и силу.
Сила-то у меня была, но пока не было полноценной власти. Мы с моими парнями могли поставить на уши весь Херцкальт, но толку от этого? Я хотел окопаться в этом месте и вести приятную и безбедную жизнь пограничного лорда, время от времени отвлекаясь на заказы от короны или походы, которые будут оплачивать мои соседи. То что тут летом частенько собирались дружины, чтобы вломить кому-нибудь за кусок недавно высеченного поля или сдвинутый дорожный камень, я знал из рассказов парней. Да и осколки памяти оригинального Виктора подсказывали, что дело это довольно прибыльное — участвовать в разборках мелких феодалов.
Крупные ребята жили в центре, на юге и западе. А север и восток были местами не столь развитыми как финансово, так и культурно. Так что я прекрасно осознавал, чем мне придется заниматься.
Но показывать силу на своих землях пока не время, хоть бургомистр Легер и ждал от меня того, что я железной лапой ухвачусь за власть. Нет, стоит действовать чуть мягче и осмотрительнее. Еще по жизни в родном мире я понял, что намного выгоднее улыбнуться тетеньке в регистратуре и получить отложенный талончик к физиотерапевту, потому что ты всегда приходишь с шоколадкой, чем стоять в общей очереди через врача. Или стоит дружить с медсестрами, которые тебе и результаты анализов вынесут, и позвонят на мобильный, если что-то идет не так, чем ожидать даты приема. Этой уловке научила меня еще мать и я постоянно ею пользовался.
Чтобы получить преимущество не обязательно таскать огромные взятки на самый верх. Достаточно быть вежливым с теми, кому обычно хамят, но кто реально вовлечен в процесс. И тогда все будет просто отлично.
Вместо того, чтобы наводить мосты с человеком, который родился и вырос с мыслью, что он хозяин этих земель и наместник короны, я решил проявить уважение к тем самым старейшинам, которые его выбрали.
Формально, сейчас народный сход общины не будет иметь никакой реальной власти — ведь на землях появился свой лорд, которого назначила корона. Но мне же не обязательно сразу перекрывать всем и вся кислород? Легер будет мне мешать, но первое время именно этот человек поможет мне познакомиться с общинниками, труд которых я собирался использовать в том числе и на собственное благо.
И первый шаг навстречу общине — приглашение старейшин на свадьбу. Их столы будут в самом дальнем конце зала, ведь лучшие угощения предназначены моей дружине, но сам факт, что они будут присутствовать — уже огромный реверанс в их сторону. И если там сидят не совсем идиоты, которые побратались с Легером за последние десятилетия, то этот трехрублевый маневр принесет свои плоды. А чтобы мужики не морщили нос и не смотрели в сторону своего привычного «другана» в лице бургомистра, пусть приходят с женами. В отличие от мужиков, у женщин здесь намного меньше социальных прав, но при этом многие из них довольно влиятельны внутри семей. Хорошая жена — крепкое хозяйство, а старейшинами общины, очевидно, становятся представители самых успешных и зажиточных семей.
Этот вопрос еще стоило бы обсудить с леди Эрен, ее помощь мне пригодилась бы, но я просто не знал, как подступиться к девушке с подобным разговором. Сегодня утром Арчибальд в деталях рассказал, как проходят свадьбы на севере. Все начинается как обычно — с проповеди жреца и брачных клятв перед ликом Алдира, но когда торжество перемещается за столы, вступают в действие местные правила.
  
Первое — мне обязательно нужен будет плащ с красной подбивкой. Красный на севере — цвет жизненной силы, цвет теплой крови. Именно в таком плаще я должен войти в зал и сидеть все торжество. Когда же придет время покидать зал и отправляться в спальню, леди Эрен при помощи старших женщин останется в одной длинной белой сорочке, а я, как муж, должен буду укрыть ее своим плащом и вывести из зала, так показывая окружающим, что теперь эта женщина находится под моей защитой и опекой. Даже ценой моей крови и жизни.