Богоборцы 4 (СИ)

— Смешер? — я поднял его, уперев пяткой в пол. — Для чего он тебе?
— Как отец холит и лелеет своих детей, так и для мастера каждая вещь, вышедшая из-под его молота, бесценна, — вдруг смущённо улыбнулся суровый карлик. — Смешер был моим первым творением, с которым зажглась моя искра мастера. Я делал его для одного из молодых ванов, но, взяв однажды с собой в Мидгард, потерял.
— Как можно было потерять молот? — у меня чуть глаза на лоб не полезли. — Он же руки отрывает любым ворам.
— Ну, не потерял, — совсем смутился тёмный альв, — один хитрый мидгардец выиграл у меня. Мы, цверги, видим в глубь металла, чуем сокровища земли сквозь толщу камня, но этот шарик под стаканчиком… я до сих пор не понимаю, как это произошло.
— Серьёзно?! — я от удивления аж рот раскрыл. — Тебя провели обыкновенные уличные каталы?! Мать моя женщина… теперь я видел всё.
— То дело давно минувших дней, — насупился Тоймли. — Нынче же я прошу тебя лишь прикоснуться. Дать вспомнить молодость. В глубинах Свартальвхейма я услышал победную его песню и пошёл на зов. А здесь мне сказали, что ты сразил ётуна, тем самым закончив мою работу. Ибо только в крови врагов можно по-настоящему закалить оружие.
— Согласен, — я поднялся из-за стола. — Держи. Смешер мне как брат, но ты его отец. Молот по праву твой.
— Благодарю, — перед тем как взять оружие, цверг мне поклонился, а затем принял довольно увесистую кувалду, словно дитя. — Да… это он, точно он.
— Мастера сами похожи на детей, — Перун с полуулыбкой глядел на баюкавшего молот тёмного альва. — Не боишься, что не вернёт?
— Нет, — я пожал плечами. — Я вообще мало чего боюсь. И уж точно не этого. К тому же уверен, Смешер сам вернётся, если что.
— Так и будет! — услышал нас Тоймли. — Благодарю тебя, воин. Мне это было нужно. Позволь же показать тебе пару секретов. Мой отец с братьями выковали чудесный корабль Скидбладнир, который мог перевести всё войско Асгарда, а затем его можно было сложить в кошель. В молодости я мечтал создать нечто подобное. Поэтому и создал Смешер. Узри же его секреты!
Цверг как-то повернул навершие, и молот вдруг преобразился, став двулезвенной секирой. Острые полукружья выглядели предельно хищно, было видно, что им под силу рассечь даже корни гор. Ещё поворот, и в руках Тоймли оказалось тяжёлое копьё, способное пронзить любой щит. Следующий поворот, и вдруг оружие начало сжиматься, словно складываясь само в себя. С каждым мгновением оно становилось всё меньше, и через пару секунд пропало вообще, а на мозолистой ладони тёмного альва остался лежать перстень.
— Возвращаю его тебе, — Тоймли протянул его мне. — Пусть он служит тебе с честью.
— Благодарю, — всё ещё пребывая в лёгком шоке, я взял перстень, хотя скорее печатку, уставившись на силуэт горы, расколотой молотом надвое. — Походу, у моего будущего владетельного Дома только что появился герб.
  
Глава 29
 
— Думаешь, у него получится? — Сирин доверчиво прижалась ко мне, заглядывая в глаза. — Этот ваш смартфон просто чудо какое-то.
— У Тоймли-то? — я пожал плечами. — Запросто. Как по мне, создать корабль, который трансформируется из маленькой дощечки, золотого вепря, молот, что может метать молнии и возвращаться после броска, или даже волосы, что растут и выглядят как настоящие, гораздо сложнее. А тут всего-то делов, подключиться к нужной частоте да настроить приём и передачу сигнала. Раз плюнуть. Недаром он из рода Ивальди. Они там головастые. 
— Я не ожидала, что он тебе свой молот подарит, — кивнула девушка на прицепленный к поясу инструмент. — Твоему другу-кузнецу это будет большое подспорье. 
— Да, я сам в шоке, — и это действительно было так. — Матвеич описается от радости. Но ты уверена, что хочешь именно об этом поговорить?
— Я боюсь, — вдруг честно призналась Сирин. — Со мной такое впервые. А ты ещё и смертный. Вдруг…
— Никаких вдруг быть не может! — отрезал я, обнимая красавицу. — Да и смертным меня назвать можно только с натяжкой. Мало того что Чемпион, так ещё наследство зверобога даёт о себе знать. На меня дома уже косо смотрят, но мне плевать. Так что не переживай, мы обязательно встретимся. А я буду ждать твоего звонка. Номер запомнила? 
 
— Конечно, — вздохнула птица. — Я позвоню. Обязательно.
— Ох, сдаётся мне, выпустил я джина из бутылки. — Я припомнил, с каким восторгом Тоймли слушал о научно-технических достижениях Земли, ну, или Мидгарда. — Скоро заведёте себе интернет, будете гонять на машинах и постить голые задницы в инстаграм. Представляю, сколько лайков соберёт та же Афродита или Фрея.
— А тебе так хочется на них поглядеть?! — разозлилась Сирин и, вырвавшись, отвернулась. — Ах ты кобель! Ну и иди к ним! Давай, давай!
— Глупышка, — я обнял девушку, уткнувшись ей в макушку. — Я просто тебя дразню. Не хочу уходить. Но и остаться не могу.
— Я знаю, — всхлипнула та, — я… я буду ждать. А теперь иди! Уходи! Времени у тебя уже почти не осталось. Даже мы, боги, имеем свои пределы. 
— Конечно, — я отпустил Сирин и уже сделал шаг в сторону клубящейся пелены тумана, но вдруг остановился. — Да, кстати…
— Что… — повернулась девушка, и я тут же сгрёб её в охапку, крепко поцеловав. Та затрепыхалась, но быстро обмякла в моих объятиях и принялась отвечать. Оторвались друг от друга мы только минут через пять. — Давно мечтал это сделать. Не надо было ждать так долго.
— Дурак, — Сирин спрятала лицо у меня на груди. — Я тебя…
— Тс… — я прижал ей палец ко рту. — Ничего не говори. И я не скажу. Вот когда снова встретимся, тогда всё и будет ясно. Хорошо?
— Да, — кивнула та, глядя на меня огромными глазами. — А теперь иди. Пора.
— Я не прощаюсь! — чмокнув её в лоб, я ухватил пускающего пузыри Митьку за шиворот и, не оглядываясь, направился прямо в туман. — И не надейся, что от меня отвяжешься!
— Я буду ждать, — словно сквозь вату донеслись до меня последние слова. — Лю…
Да, сходил что называется за хлебушком. Закрутил роман с богиней. И главное, ни капли об этом не жалел. Понравилась мне Сирин, просто мочи нет. Ни с одной девчонкой такого не было. Да, мои тоже красавицы и не уступят ей в прелести, но что-то вот зацепило меня в волшебной птице, что-то родное, близкое, словно я её уже сто лет знаю. 
Как отнесутся к этому мои девушки, я не знал, но, по счастью, вопрос пока стоял не так остро. Будет время провентилировать ситуацию, да и в целом провести исследования на тему отношения к потусторонним… личностям. Назвать сущностью Сирин я не хотел. Перуна — пожалуйста. Сколько угодно. А вот моя птичка всё же не какая-то там неопределённая сущность, а в какой-то мере даже человек. Пусть не очень обычный. Хотя не мне это говорить, я действительно в какой-то мере уже не был человеком, тут я Сирин не обманывал. Наследие зверобога меня сильно изменило. Не то чтобы я людей стал презирать или ненавидеть, нет, с этим ничего не поменялось, но внутренне я ощущал, что другой.
Понятное дело, мне на это было плевать, и любому, кто назвал бы меня нечеловеком, я морду вскрыл бы как здрасьте, но против фактов не попрёшь. Кстати, может, в этом была причина того радушия, с которым меня встретил Перун, и того факта, что еда и питьё не оказали никакого воздействия. Но, опять же, пока не изменилось моё отношение к родным и близким, да и к человечеству в целом, я не считал это проблемой. Хотя, однозначно, следовало поговорить с Юлией на эту тему. Ну и про Сирин рассказать. Обрескова, хоть и могла взорваться от таких новостей, всё же была самой опытной из нас и наверняка даст пару дельных советов. Ну, или прибьёт меня, чтобы не мучился. Это тоже вариант.
Под ногами зачавкала вода, и я выбросил лишние мысли из головы. Буду решать проблемы по мере их поступления. Сейчас главное нормально вернуться, поймать хулигана и закрыть проход. Ну и разобраться с бандой Арнольда, если те сунутся. В то, что они останутся в стороне, я не верил. И правильно делал, потому что издалека до меня донёсся звук выстрела. Кто-то палил из ружья, и я даже догадывался, кто именно. Так что, дав ускоряющего пенделя Митьке, кинулся вперёд, готовясь к драке.