Богоборцы 4 (СИ)

— Поэтому Золотую бабу ты и не тронул, хотямог, — вновь беззаботно улыбнулся Самеди. — Люди разные, а лоа, они как люди. Мы тоже хотим жить. А тот, кто бокора оседлал, он человек. Я это сразу почувствовал. Да и не станет никто, даже из начона Петра заставлять человека думать, будто кукла — это его больная дочь.
— Значит, он пытался её вылечить, поэтому к тебе обратился? — пазл сложился. — А когда ты отказал, пошёл к Ти Жану. Только чем ему мог помочь карлик, поднявший целое кладбище?
— Это было послание мне, — пожал плечами Барон. — Но не только. Думаю, ему приказали или заставили. Впрочем, это уже не мои проблемы, а твои. 
— Чего вдруг? — наигранно удивился я. — Бокор ваш уже сидит и вряд ли когда выйдет. Так что вопрос закрыт.
— Ты же в это сам не веришь, — рассмеялся Самеди, разливая очередную дозу рома, пару бутылок которого мы успешно прикончили, пока разговаривали. — Ти Жан почуял тебя и обязательно придёт. Если не подготовишься, умрёшь. Ты могуч, но и Принц Зандор не слаб. А с сильным конём вполне может с тобой потягаться. 
— Зачем тебе это? — мне уже основательно захорошело и проснулась подозрительность, — Вот лично тебе. Для чего ты всё это мне рассказываешь?
— Может, просто интересно, что будет дальше? — Барон счастливо улыбнулся. — Но если ты быстро умрёшь, то вся интрига пропадёт. А там, у нас, — он неопределённо махнул рукой, — на самом деле довольно скучно. Только и дел, что наблюдать за вами.
— А как же разговоры о море и закате? — мне уже было совсем хорошо, жуткой крепости ром сделал своё чёрное дело, — о том как огромный горящий шар тает в волнах?
— И это тоже! — дико расхохотался Самеди, хлопая себя по ляжкам. — Но наблюдать за вами интереснее. А за тобой — вдвойне, хоть ты, лопух, до сих пор баб своих в кровать не затащил. Так что, если умрёшь до этого момента, ко мне лучше не попадай, я тебя в мир мёртвых не поведу.
— Я сам кого хочешь куда хочешь доведу… — мысль сбилась от вида очередной красавицы, задорно покачивающей бёдрами в такт музыке. — Ты смотри какая! Нет, ну что творит, что творит!
— Это и есть самая главная магия, — хлопнул меня по плечу Барон, вставая из-за стола. — И это то, что мы в вас ищем.
Дальнейшее закрутилось в какой-то дикий калейдоскоп. Мы пили, танцевали, снова пили. К нам подходили другие люди и включались в гулянку. Клуб превратился в филиал латиноамериканского карнавала, где под задорные звуки самбы и макарены девицы избавлялись от тех немногих тряпочек, что на них были. Уж не знаю, влияние это Барона Субботы, или тут всегда так, да и не задумывался об этом я в тот момент, позволив алкоголю и музыке вести меня. 
И неудивительно, что проснулся в совершенно незнакомом месте в компании нескольких обнажённых красавиц. Причём точное число я определить так и не смог. В каждой комнате находилось по одной-две минимум, и на втором десятке я просто бросил считать. Тем более что их вид будил воспоминания самого фривольного содержания. Не то что я их стеснялся, скорее наоборот, даже зверобог в глубине души довольно ворчал, просто сейчас я чувствовал, что находиться здесь мне больше неуместно. Кстати, Барона уже тоже не было, я специально обошёл весь дом. Но уезжали из клуба мы вместе, это я помнил чётко.
Впрочем, плевать. Я уже сам не понимал, почему вчера начал с ним разговаривать, а не попытался с ходу завалить. Вряд ли бы получилось, я прекрасно представлял уровень сил Барона, но хотя бы попытаться я мог. И будь на его месте тот же Ти Жан Петро, наверняка бы напал. Но после Золотой бабы и её кикимор что-то во мне изменилось. А может, и раньше, после Балашки, прав был Самеди. Хорошо это или плохо — не знаю. Да и знать не хочу. Чем в себе копаться, я лучше пойду набью морду какой-нибудь твари. Их на мой век хватит, и не только среди духов, но и средилюдей тоже.
После вчерашнего загула смотреть в глаза Юле было неудобно, но я нисекунды не раздумывал, когда вбивал в навигатор адрес дома её родителей. Звонить не стал, такие вещи надо решать, глядя в глаза. Стыдно… было. Но не сильно. И дело даже не в самооправдании, мол, верность хранить я не клялся. Я старался себе не лгать, особенно в таком. Просто вчера я повёл себя как пацан, сбежал, вместо того чтобы решать проблему. Видите ли, обидели мышку, написяли в норку. 
 
И, с одной стороны, можно было бы сказать, что я ещё действительно молодой, восемнадцать лет, мяса в голове мало. С другой, если я хочу создать свой владетельный Дом, и чтобы ко мне относились соответственно, нужно брать жизнь в свои руки без оглядки на возраст, происхождение, образование и прочее. И отвечать за свои поступки, что, собственно, я сейчас и собирался сделать. Хотя вполне может быть, что меня даже на порог не пустят.
Как оказалось, мои страхи были напрасны. И охрана посёлка лишь заглянула в машину и тут же дала добро на проезд, аворота владений Обресковых распахнулись, стоило мне подъехать. На крыльце дома встречала Юлия, правда, с привычно равнодушным выражением лица, но к нему я уже привык и даже научился немного определять настроение подруги по косвенным признакам. И сейчас, на удивление, признаков того, что девушка злится, не было. Скорее наоборот. Что не мешало мне достать большой букет роз, которые я купил по пути, и, сграбастав Юлиюв охапку, уткнуться ей в макушку.
— Прости, — девушка пахла чем-то вкусным и экзотическим. — Я дурак и виноват. Скажешь уйти — уйду, но, если сможешь, извини меня.
— Вот уж точно дурак, — буркнула девушка и вдруг обняла меня в ответ. — Куда ты теперь денешься с подводной лодки. А что ты бабник и кобель, я всегда знала. Даже странно, что ты раньше в загулы практически не уходил.
— Так я наверстаю! — жизнерадостно вскинулся я, за что тут же получил крепким кулачком под дых. — Всё, всё, понял, осознал! Буду тихим и смирным подкаблучником.
— Трепло, — выдохнула Юлия и вдруг уткнулась мне в грудь. — Это я должна просить у тебя прощения. Я тебя подставила с этой передачей.
— Так, а ну цыц! — я взял девушку за подбородок и заставил взглянуть мне в глаза. — Запомни раз и навсегда. Я прекрасно знаю, что ты тут нипричём и тебя не виню. И закрыли эту тему. Сейчас силёнок у меня маловато, но рано или поздно я со всеми поквитаюсь.
— Мы поможем, — моя красавица отвернулась, тайком смахивая слезинки из уголков глаз. — Они и меня подставили. Такое не прощают, и отец обещал, что сделает всё возможное. А связей у него хватает.
— Я не буду бить себя в грудь, крича, мол, не лезь, я сам, — я сделал вид, что ничего не заметил. — Но всё-таки хотел бы поговорить с ним, пусть это и не мой уровень.
— Обязательно, — кивнула Юлия. — Папа и сам хотел с тобой встретиться, только…
— Что, всё плохо? — я заметил грусть и неуверенность в глазах девушки. — Нас разгоняют?
— Пока нет, — Юлия тяжело вздохнула. — Команда лишь приостанавливает свою деятельность, но… есть приказ убрать тебя из города.
— Только меня одного? — я скрипнул зубами от злости. — Суки!
— Официально группа уходит на каникулы, — немного успокоила меня Обрескова. — А у тебя, как у командира, будет практика. Так что, если кто-то захочет поехать с тобой, особых возражений не последует, но… девчонок лучше не трогать. Я потом тебе объясню расклады. А вот Аллу и Матвея вполне можешь взять. Раз уж ты их в свой Дом принял, то они даже обязаны ехать с тобой. Это их долг как вассалов.
— Хорошо, только наш, — кивнул я. — Дом не мой, а наш. Если ты и думала от меня избавиться, то после сегодняшнего дня у тебя это никак не получится. Я тебе обещаю.
  
Глава 16
 
— Что значит, вы забираете Татьяну? — я уставился тяжёлым взглядом на невозмутимо прихлёбывающую кофе женщину, чьи скромные с виду украшения стоили столько же, сколько мой броневик. — В каком смысле?
— В прямом, — Анна Марковна Тарасова поставила чашку и ответила мне не менее твёрдым взглядом. — В самом что ни на есть прямом. Это стоило сделать ещё год назад, но я решила, что не будет ничего страшного, если она поиграет в богоборца. Как оказалось, это было ошибкой. Теперь пришло время её исправить.