Брат моего погибшего мужа (СИ)

А она, я заметила, все в своем репертуаре. Не могла нормально одеться даже на день рождения к своему… парню.
- Это София! Она здесь живет! Со мной и папой! А ты кто такая? – заговорила Алена очень строгим голоском.
  
Глава 22.
 
Дина перевела все тот же враждебный взгляд с меня на девочку. Уставилась на нее и, вроде собиралась что-то сказать, но, передумав, резко взглянула на Константина. Ее ноздри были раздуты и, казалось, что даже перегидроленные волосы на голове чуть приподнялись.
Ох, если бы она посмела что-то Алене грубое сказать, то ей бы не поздоровилось. Лично от меня.
- Что это значит? - на выдохе произнесла Дина.
Друзья Константина молча переглянулись.
- Дина, - Константин встал с дивана и подошел ближе к девушке. – Пойдем выйдем.
- Нет! Ты сейчас все скажи! Что это значит?! – она и не думала двигаться с места, еще и задергалась. – Она что… - кинула на меня короткий взгляд, - …правда здесь живет? Ты тогда соврал мне у клуба? Она не проблема, а баба, которую ты привел с улицы к себе домой? Или что это значит? Мы с тобой два месяца встречаемся! Меня ты не приглашал к себе! Ни разу!
- Думай, что говоришь, Дина. Пошли, я сказал, - процедил Константин.
Тут я не выдержала и поднялась со стула. Не могла больше выносить этих взглядов со стороны его друзей и уж точно не хотела слышать продолжения этого разговора.
Я просто подошла к Алене, взяла ее за руку и увела из гостиной. Все произошло так быстро… Но все же, как бы быстро мы ни поднимались с Аленой, я кое-что еще услышала о себе из уст Дины.
Привела Алену в ее комнату и поспешила присесть на ее кровать. Ноги не держали.
Черт, да он мог сказать, что я его родственница, что и является правдой. Почему нельзя было этого сказать при всех?.. Не сообразил?..
- София, не плачь…
- Я не плачу, Ален, - наверное, я была на пороге того, чтобы заплакать. Все это было настолько неприятно. – Все хорошо…
- Они все испортили, - притопнула ножкой Алена. – Но папа их обязательно выгонит, - приободряя меня, сказала девочка. – Очень скоро.
Похоже Алена была права. Ее отец поднялся через минут пять. Коротко постучал в дверь и вошел в комнату.
- Папа! Они ушли?
- Да, ушли. Иди вниз, Алена. Там Маргарита ждет. Она тебе кусочек торта отрежет.
- С розочкой?!
- С розочкой.
- София, пойдем! Пойдем есть торт!
- Она попозже спустится, - видимо, он хочет поговорить со мной.
- Хорошо. Я буду ждать внизу, - Алена выскочила из комнаты и теперь были слышны ее быстрые шаги по лестнице.
Я опустила взгляд вниз, себе на колени. А он так и остался стоять неподалеку от двери. Пауза была недолгой, а потом он почему-то извинился.
- Извини. И спасибо, что увела Алену.
- Тебе не за что извиняться, - подняла на него глаза. – Это твои друзья и твоя девушка. Они могли прийти. Это совершенно нормально. Просто… просто ты мог бы им сказать, что я твоя родственница, что является правдой. Тогда скандала можно было избежать.
- Я не считаю тебя своей родственницей.
- Но я ей являюсь. Отчасти именно по этой причине я уговариваю себя, что в какой-то мере заслуживаю твою помощь.
- Он не мой брат. Я его никогда не знал. А что до кровной связи… мне нет до нее дела, - с пренебрежением бросил Константин.
- Ясно, - киваю. – Тебе… тебе стоит спуститься к ним. Сегодня твой день рождения.
- А ты?..
- Нет, прости… - прикрыла веки. - Я побуду здесь.
- Так будет только хуже…
- Что, хуже?
- Я понимаю твое состояние. Ты не хочешь спускаться не из-за того, что случилось внизу, а совершенно по другим причинам. Но тебе не стоит сидеть и подпитывать это в одиночестве. Нужно отвлечься.
Он прав. Я думаю о Маше и о том, кого уже никогда не увижу.
- Понимаешь мое состояние?..
- Я в нем был гораздо дольше времени, чем ты.
Должно быть, это из-за матери Алены. Он, как и я, тоже когда-то потерял дорогого человека. А теперь, по всей видимости, абстрагировался, и живет как может. Как ему проще. Все притупилось за столько лет. А вот для меня все только начинается.
 
- Прости… но я все же останусь здесь, чтобы потом сразу уложить Алену.
- Нет, ты пойдешь, - настаивает Константин. – Ты обещала мне, что спустишься и будешь там.
- Но я…
- Никаких отговорок. Пойдем, - открывает дверь и хочет, чтобы я вышла первой. – Нечего тебе сидеть в одиночестве.
- Почему ты не оставил Дину? - не должна была спрашивать этого, но желание понять, что между ними на самом деле происходит было сильнее.
- А, ты ушла потому, что решила, что я ее оставлю? Ее вообще не должно было здесь быть. Никогда, - произнес Константин с недовольством.
- Почему?
- Потому что она мне не нужна. Моей дочери тем более.
- А тебе не кажется это… жестоким? Думаю, ей была обидна вся эта ситуация.
- Это быстро пройдет.
- Откуда ты знаешь?..
Он такой уверенный в том, что чувствуют другие люди. Думаю, насчет меня он тоже сделал определенные выводы. Возможно, он не считает такой особой трагедией, что я потеряла мужа. Он наоборот думает, что мне повезло. И я уже заметила, что у этого человека всегда и обо всем свое мнение, которого не изменить.
- Мы встречались с ней раз десять за все время нашего случайного знакомства. Каждый раз она что-то получала от меня. Может, она и хотела более тесного общения, но лишь для того, чтобы получать еще больше. Такова ее натура. А мне большего и не надо было.
Как он завуалированно назвал ее проституткой. Подобные дамы никогда не согласятся с этим термином в их отношении, но по сути это является правдой. Я же сама это наблюдала. Он водил ее в торговый центр, в дорогой бутик за покупками, а потом она за все это рассчитывалась. Фу…
- А твои друзья... Почему ты их выгнал?
- Здесь не проходной двор. Здесь живет моя дочь. Им здесь не место. Я свободно могу встретиться с ними в другом месте. Но в этот раз они пренебрегли моим правилом.
До чего же он боится ранить свою дочь… Это и понятно. Она все, что у него есть.
- Хорошо, - поднимаюсь с кровати и приглаживаю платье у колен. – Пойдем вместе спустимся.
- Ты хорошо играла на пианино.
- Спасибо… - прохожу мимо него, выхожу из комнаты.
  
Глава 23.
 
Хорошо, что я все же переборола себя и спустилась с ним. Посидели мы очень даже хорошо. Больше не было ничего омрачающего. Да и Алена все скрашивала одним своим присутствием. Мы около трех часов просидели, а потом я отвела Аленочку спать. Она быстро заснула. После трех кусков торта сладенько было ей засыпать.
Сейчас я была на кухне. Мыла посуду. Сама вызвалась. Маргарите что-то нехорошо стало. Она и так сегодня умаялась с готовкой. Это самое малое, что я могла сделать. Я надела ее фартук и решила быстренько все перемыть. Кое-что загрузила в посудомоечную машину.
Маргарита все же присутствовала на кухне, чтобы я тут одна не была.
- Хитро ты придумала с тортом, - усмехнулась Маргарита. – Алене нельзя столько сладкого, но она хотела три куска. Не меньше. А ты взяла один большой кусок и поделила его на три маленьких. Все довольны.
- Психология, - натирала губкой тарелку.
Сомневаюсь только, что подобное будет срабатывать, когда она станет чуть старше.
Константин тогда так посмотрел на меня, будто почувствовал опасность. Мол, вдруг я его умудрусь где-нибудь так виртуозно провести. Угу, его проведешь, пожалуй.
- Все же тебе не стоит мыть за меня посуду. Нехорошо будет, если Константин это увидит.
- А что такого?..
- Он просил не грузить тебя ничем.
- А вы и не грузите. Я же сама вызвалась. А сам он сейчас у себя в кабинете, и вряд ли, я думаю, будет спускаться. Поздно уже.
- Ну хорошо… Спасибо.
- Я хотела спросить… - вспомнился один момент из разговора с Аленой. – Мы тут с Аленой гуляли по дому и когда мы проходили мимо одной из комнат, она сказала, что туда входить нельзя. Никому. Что папа так сказал. Мне просто любопытно стало…