Подъем (СИ)
— Красный? Или все-таки синий? — верчу в руках два атласных лоскута, надеясь на Сережину помощь. Он не поднимает своей головы, делая какие-то пометки на полях изучаемого документа.
— Ага, — неизвестно с чем соглашается, отбросив на пол принесенную Дюком резиновую кость.
— Что “ага”?
— Это значит, что я согласен, — продолжая читать, он устало трет пальцами переносицу. — Который час?
— Половина девятого. Ты даже не слушаешь! Мне что одной это нужно? — отобрав файлы с листами, убираю их на полку, недовольно подбоченившись.
— Что?
— Свадьба, Сережа, свадьба!
— Марусь, я в этом ничего не смыслю. Делай, как нравиться, мне важен итог, — он встает и, завладев отвоеванным мной трофеем, лихо отрезает мне возможность забрать злосчастные листы, вскинув руку с зажатыми в пальцах файлами вверх, и, улыбаясь, целует в шею, прижав спиной к своей твердой груди.
— Фу! — Семен влетает в зал неожиданно, демонстративно закрывая глаза руками. — Не смейте при мне целоваться! Это же отвратительно!
— Руслан говорит, что дважды видел тебя с девчонкой у школы, — смеется Титов, а я в недоумении приоткрываю рот.
— Я нес ее портфель! — запрыгнув на диван, отодвигается подальше, освобождая место для подоспевшего пса, растянувшегося во всю длину своего собачьего тела на неосмотрительно оставленных мной стопках картона, в ближайшем будущем обещающих стать пригласительными.
— Ни за что не поверю, что вы даже не обнимались, — Сергей выгоняет ретривера, вновь устраиваясь на нагретом сидении. — Кстати, кто она? Ты же был влюблен в Арину?
— Алису, — поправляю, перекладывая картон на стол. Бумага цвета слоновой кости, лучшее, что я смогла выбрать, до сих пор не имея понятия, в какой цветовой гамме будет проходить торжество.
— Она дура!
— Семен!
— Потому что, нашла другого друга? — это сугубо мужской разговор, и я больше не лезу, прислушиваясь к ответам сына.
— Нет. Сказала, что я еще маленький. А сама только на два года старше.
— А портфель чей?
— Вики Морозовой. Мы с ней всю последнюю неделю вместе сидели, — гордо вздергивая подбородок, Семен начинает переключать каналы.
— Ты бабник, Медведев, — тепло смеется мой будущий муж, но сразу берет себя в руки, получив в лоб прилетевшим от меня ластиком. — Что?
— Ему всего девять. Будь добр, выбирать выражения.
— Почти десять, мама. И у меня к тебе дело… — подобрав под себя ноги, мальчишка переводит свой взгляд на меня. — Когда ты купишь мне новый велик?
— А чем тебя не устраивает старый?
— Мам, он же детский! Надо мной друзья смеются из-за его расцветки!
— В прошлом году тебя это мало волновало. И ничего он не смешной, а очень даже красивый!
— Это потому что ты женщина! Вам лишь бы все яркое подавай!
— Сем, у тебя отличный велосипед. Так что не выдумывай!
— Ладно, тогда, пусть дядя Сережа покажет мне еще пару приемчиков…
— Это еще зачем? — ради такого дела, Сергей откладывает в сторону ручку, откидываясь на спинку и сцепляя пальцы в замок.
— Затем, что мне придется поколотить Оверина! Он вечно надо мной смеется. Говорит, что велик у меня девчачий!
— Потому что он желтый?
— Ага, с розовыми кляксами!
— С красными! — желаю отстоять ни в чем не повинный транспорт.
— И еще, Вика меня на день рождения позвала…
— Ты вымогатель! — укоризненно грожу ему пальцем, прикидывая в голове, на какое время назначить встречу с фотографом, с которым желаю встретиться лично, хоть и не сомневаюсь в компетентности Ульяны, и делаю пометку в графе ежедневника.
— Купим ей куклу? Или плеер, я сам еще не определился… О, или, может быть, ролики? Она говорила, что хотела бы научиться кататься. А лучше куклу и ролики!
— Бросай-ка ее, пока не поздно. Если в девять у нее такие аппетиты…
— Сережа! — одергиваю мужчину, переключая внимание на ребенка. — Не слишком ли?
— Ну, мам! У нас вон какая квартира!
— Логично, — кивая мне, Сергей улыбается, и вновь совершает ошибку, закинув ноги на журнальный столик.
— Я его выкину! — не знаю почему, но до скрежета зубов ненавижу, когда люди устраивают ступни на с усердием вымытой мне мебели. — Не хочешь попробовать добиться ее внимания иначе?
— А я и так ей нравлюсь. Она в меня втюрилась. Ее подруга мне рассказала. Я звонил папе, но его телефон недоступен…
— Ладно, я дам, — Сергей достает свой бумажник, отсчитывая купюры, игнорируя мой возмущенный вид. — Но ты должен будешь отработать.
— Отработать?
— Конечно. Ты же мужик, а мужик должен уметь зарабатывать на подарки для своих подружек…
— Как? — вскакивая на ноги, парень нетерпеливо подпрыгивает на месте.
— Ну, для начала посуду помой. И, наконец, разбери свои тетради. Каникулы три дня как начались, а ты все еще не прибрал свой хаос на столе.
— Вообще-то, у меня тренировки.
— А у меня бизнес. Но в моем кабинете все чинно!
— У тебя есть уборщица!
— Да, но чтобы ей платить, я горбачусь с утра до вечера…
— Ладно! Я согласен!
— Это не все.
— Что еще?
— Поможешь мне собрать тумбу, — кивая в сторону прислоненных к стене коробок, уже третий день ожидающих прихода плотника из магазина, отвечает Титов, но не торопиться расставаться с деньгами. — Получишь их, когда все сделаешь.
— Ладно. Тогда давай сейчас ящики колотить?
Сергей довольно улыбается, радуясь то ли освобождению от документальной волокиты, то ли от моих несмолкаемых разговоров о готовящемся банкете, и, хлопнув в ладоши, командует оживившемуся Семе следовать за ним.
— Кто-нибудь мне поможет? — кричу вслед уходящим из комнаты мужчинам, один из которых уже оторвал от пола увесистый короб, и лихо скрылся за дверью.
— Не отвлекай! Мы заняты!
И несмотря на легкую досаду, я улыбаюсь, прижимая к груди заветные образцы, в который раз убеждаясь, что ни разу не ошиблась, впуская в нашу жизнь Сергея. Обижает ли меня его нежелание помогать мне приклеивать кружевную тесьму к приглашениям, над созданием которых я тружусь не покладая рук, отказываясь от услуг специалистов? Навряд ли. Но из какой-то женской вредности я все же всячески пытаюсь вовлечь его в процесс подготовки, всякий раз улыбаясь его попыткам увильнуть от разговоров об оформлении, которые я могу вести часами. Он сумел создать для меня сказку, уставив спальню огромными охапками роз, подаренными мне по случаю нашей помолвки, заставил меня расплакаться на глазах у десятка близких и дорогих моему сердцу людей, собравшихся на Светкиной даче, и дал мне повод мечтательно вздыхать, глядя в ночное небо, окрашенное вспышками салютных залпов. Он подарил мне покой и надежду на будущее, а это, поверьте, дорого стоит. Быть может, совсем чуть-чуть, где-то в глубине души, я и мечтаю услышать заветное признание в чувствах, но мне ли не знать, что громкие заявления еще не дают гарантии нерушимости человеческого союза.
— Все-таки синий, — болтая в воздухе выбранным отрезом, усаживаюсь за стол, набрав номер организатора, обещавшего за полтора месяца подготовить грандиозное торжество.
* * *Подготовка к моей свадьбе с Андреем Медведевым — глупая пародия на настоящие хлопоты перед предстоящим бракосочетанием, со всеми сопутствующими ему волнениями по поводу ресторана, рассадки гостей и выбора платья. Все было тихо, без лишних нервов… Разве что вечером, перед самым важным днем в моей жизни, который на практике был значимым лишь для меня, я напилась пустырника из страха, что не смогу сомкнуть глаз, в нетерпении ерзая на стареньком бабушкином диване. Теперь же, выбрав в спутники такого завидного мужчину, я вольна осуществить любую задумку, коих в моей голове притаилось бесчисленное множество… Несмотря на работу Ульяны Владимировны, я столкнулась с массой проблем, окончательно потерявшись в этих организационных дебрях.
— Есть две кейтеринговые компании, с которыми я предпочитаю сотрудничать. Ценники примерно одинаковые, так что выбор за тобой. Скинула тебе ссылки на их сайты. С помещением все уладила. Они на день закроют ресторан, так что можешь больше не переживать. На улице лишь пятьдесят посадочных мест, так что, все же советую разместиться в зале, — несмотря на приятную наружность от ее манеры говорить меня всякий раз передергивает, и я убавляю громкость динамика, недовольно морща свой лоб от льющегося из трубки писка. — С оформлением я все уладила. Подготовка фотозоны уже началась. У меня прекрасные мастерицы, так что об этом можно не переживать. Кстати, я все же договорилась с Осиповым. Так что и с ведущим мы все решили.