Подъем (СИ)
— Хорошо, — взяв в руки меню, удивляющее огромным ассортиментом блюд, начинаю внимательно изучать перечень салатов.
— Спасибо, — выпивая одним махом рюмку, благодарит подоспевшего официанта, пресекая его порыв вновь наполнить ее одним взмахом руки. — Дима уже третий день ночует в гостинице.
Наверное, мои глаза едва не вылезают из орбит, потому что Иванова прыскает со смеху, видя мою озадаченность.
— Мы поругались. Он накричал на Леву, а я сорвалась и не самыми лестными выражениями сказала, куда ему следует засунуть свои авторитарные замашки, — рассказывает подруга, не забывая кокетливо улыбаться мужчине напротив. — Симпатичный, неправда ли?
Я даже не думаю смотреть в направлении незнакомца, пытаясь переварить услышанное.
— Давай, самое время сказать, что он полный придурок и я поступила правильно, отчитав его за несдержанность, — салютуя рюмкой, заканчивает свой монолог подруга.
— Не слишком ли ты разошлась? — я отодвигаю графин с неизвестным мне содержимым, и передвигаюсь на сидении, желая закрыть ее от глаз заинтересовавшегося человека. — Уверена, что он перешел границы? Как бы там ни было, Леве давно необходима твердая мужская рука. Парню нужен пример для подражания, и Дима прекрасно подходит на эту роль.
— Когда твой муж завел интрижку, я не пыталась обелить скромную персону его подружки…
— Это совершенно другая история. Застань ты в своей кровати молоденькую сотрудницу кредитного отдела, я была бы первой, кто нелестно о ней отозвался.
— Лучше бы я пошла с Иринкой. Уверена, она бы нарушила правило и хорошенько обматерила моего мужа, — недовольно надувая губы и складывая руки на груди, отворачивается от меня Иванова.
— Мне кажется, ты слишком привыкла нести ответственность за ребенка на своих плечах. Я не призываю тебя молчать, когда он набрасывается на Левку без повода, но в ситуациях, где действительно требуется отповедь, стоит позволить Диме приходить тебе на помощь.
— Я посмотрю на тебя, когда какой-нибудь дядька примется за воспитание Семы…
— Если это действительно будет необходимо, я, пожалуй, позволю ему прочитать поучительную лекцию. Тем более что родной отец энтузиазма не проявляет. Знаешь, что сказал Сема, когда я с трудом заставила его заправить за собой постель? — облокотившись на столик, рассказываю подруге. — Что лучше бы он остался у папы.
— Это жестоко…
— Не то слово!
— Как там Титов? Ты так и не решилась ему позвонить, — спустя пару часов задушевных разговор, спрашивает Иванова, останавливая взгляд на моем мобильном, про который я совершенно забыла, сбегая от навязчивого ухажера. В тот вечер я получила первый букет с украшенной темным бантом коробочкой, в которой обнаружила свой мобильный и его визитную карточку.
— Опять прислал цветы…
— Боже, как ты держишься? Я бы уже не устояла!
— Ну… Он… какой-то странный. Сначала предлагает поразвлечься, открыто заявляя, что о большем не стоит и мечтать, а после шлет эти цветы. Наверное, он больной, — глупо хихикаю, чувствуя, легкое головокружение.
— Возможно. Но он чертовски обаятелен в своей манере говорить в лоб, чего ждет от вашего знакомства. Лично меня дико заводит мысль, что где-то поблизости обитает такой брутальный самец.
Я не собираюсь отрицать, что от одного вида его вздернутого подбородка и спортивных покатых плечей, у меня начинают трястись поджилки, и, внезапно вспомнив сколько огня и сбивающей с ног ласки способны подарить его губы, заливаюсь краской.
— Маша, да ты же влюбилась в него! — вскакивая с сидения и тыча пальцем в мою опешившею физиономию, привлекает внимание разомлевших от выпивки посетителей.
— Сядь, — недовольно шиплю, хватая ее за руку и резко дернув, заставляю вновь занять свое место. — Не говори ерунды! Ни в кого я не влюблялась!
— Конечно! Сколько я тебя знаю? Ты всегда краснеешь, когда в твою голову закрадываются грязные мыслишки!
— Нет! — пытаясь хоть немного унять жар на щеках приложенными к ним ладонями, мгновенно отрицаю ее предположение. — Он мне ни капли не нравится!
— Будь я лет на десять моложе, возможно бы и поверила!
— Обещаю, что ты будешь первой, кто узнает о каких-либо чувствах с моей стороны! Здесь нечто другое… Просто он выходит за рамки моего понимания… Он меня дико бесит и в то же время манит к себе, как магнит…
— Это называется желание! — слегка заплетающимся языком, подводит итог Иванова. — Какого черта ты до сих пор не набрала его номер?
— Нет, ни за что! Как я потом буду смотреть ему в глаза? Я же со стыда умру, когда наутро он подбросит меня до подъезда!
— И плевать! Будешь всю жизнь вспоминать подаренное им удовольствие… Давай, наберем? — предлагает она, потянувшись к моему телефону, но я быстро бью ее по пальцам, отодвигая мобильный подальше.
— Ты пьяна! Если так жаждешь мужского общения, позвони лучше Диме!
— Обязательно. Но после того как ты перестанешь трястись, как заяц, и сделаешь небольшой шаг навстречу.
— И не подумаю!
— Ты непроходимая тупица, Медведева! И я буду не я, если не заставлю тебя хотя бы раз в жизни совершить что-то безумное! — поднимая рюмку, произносит, как тост, Светлана, улыбаясь мне во все свои тридцать два зуба.
— Как ты могла так со мной поступить?! — моему возмущению нет предела, когда на выходе из бара, я замечаю на парковке знакомую Ауди. Ее владелец, в светло-сером спортивном костюме, вальяжно устроившись на лавке, неторопливо курит, с наслаждением выдыхая дым из своих легких. В это позднее время, улица почти безлюдна, и спортивная фигура, окутанная полумраком, выглядит немного пугающе. Словно он отъявленный хулиган, поджидающий свою жертву под сенью разросшихся веток ивы.
— А что мне оставалось? Позволить тебе начать вязать носки и тратить все сбережения на кошачий корм? Дорогая, ты ведь не молодеешь! Пока твой бывший размножается, ты все больше и больше порастаешь пылью! — шипит мне в ответ подруга, вскидывая руку в тщетной попытке словить такси. Я не знаю, как поступить: обрушить на ее голову свое недовольство или позволить себе рассмеяться над голосующей женщиной, одиноко стоящей у поребрика, переминаясь с ноги на ногу.
— Перестань махать своим пальцем! Если ты не заметила, дороги абсолютно пусты! — сложив руки на груди, все же перехожу в наступление. — Может, попросишь Титова? Уверена, он будет только рад тебя подвезти! Не зря же прикатил сюда в два часа ночи?
— Вот еще! Здесь он явно не из-за меня! — начиная вытрясать содержимое сумки на тротуар в поисках мобильного, заявляет мне Света, тяжко вздыхая от навалившейся на нее усталости, вызванной отнюдь не беспрерывным трудом. — Где этот чертов телефон?
Ее изрядно покачивает, а тонкие шпильки и вовсе трудно назвать пригодными для ходьбы, когда ты влила в себя изрядное количество алкоголя, поэтому я с опаской наблюдаю, как Иванова из последних сил пытается устоять на месте. Мне ничего не остается, кроме как торопливо вернуть все ее безделушки в маленький кожаный клач, и поддерживая под локоть, довести мою закадычную подругу до фонарного столба, на который она незамедлительно опирается, посылая мне подобие улыбки.
— Я хочу спать, Маш… И мне нужен аспирин…
— Скорее, тебе стоит задуматься о собрании анонимных алкоголиков, — накидывая ей на плечи свой пиджак, не отрывая взгляда, слежу за приближающимся к нам мужчиной.
— Не вздумай сказать что-нибудь вздорное, — последнее, что успеваю ей посоветовать, когда в паре шагов от нас останавливается моя ночная фантазия.
— Здравствуйте, Сергей! — прикладывая к голове свою руку в глупой попытке отдать ему честь, заходиться смехом Света. — А мы тут ждем такси. По-моему, это свинство… делать женскую обувь такой неудобной, — со стоном стягивая со ступни свою красную лодочку, еле удерживает равновесие, цепляясь пальцами за толстовку Титова. Я испытываю жуткое чувство стыда за всю неприглядность ситуации и торопливо отвожу глаза, стоит мне встретиться с его горящим взглядом. Мне хочется оттянуть вниз свою юбку, чтобы хоть немного прикрыть оголенные коленки, заменить мой укороченный топ, на что-нибудь мешковатое, закрывающее кожу до самого горла, поскольку внезапно я ощущаю себя полностью раздетой и кричаще-доступной. Его ползущие вверх уголки губ, и уверенная поза, словно он непоколебимая скала, а повисшая на его локте женщина сродни пушинке, заставляют меня задуматься над тем, как часто среди ночи в его квартире раздаются звонки от захмелевших незнакомок и ко всем ли он приезжает, наверняка наспех нацепив спортивные треники…