Безжалостные люди (ЛП)

— Тебе лучше не пострадать, или я убью тебя сам, любимая. — Лиам ухмыльнулся, целуя меня в щеку, прежде чем шагнуть вперед, стреляя вслепую в коридор и все же каким-то образом попав в ублюдков.
Выйдя из-за стены, я уставилась на него, когда он ухмыльнулся.
— Я ненавижу тебя.
— Ты любишь меня… — Он был прерван, когда я выстрелила в коридор в одного мудака, прячущегося за сломанной дверью.
— Забудь об этом. — Я ухмыльнулась, прежде чем побежать по коридору, и я чувствовала, что он идет прямо за мной.
В тот момент, когда мы добрались до восточного крыла, оно выглядело как тотальная война между нашими людьми, которые использовали каждую часть себя, включая зубы, кулаки и битое стекло, чтобы убивать, если у них не было оружия. Краем глаза я увидела, как Нил чуть не оторвал руку русскому. Воздух был наполнен запахом крови, и я оглохла от шума вокруг меня. Из ниоткуда лезвие рассекло мою ногу, и в ту секунду, когда я посмотрела вниз, я встретилась взглядом с дураком, который думает, что это хорошая идея порезать меня стеклом.
Ударив каблуком ему в лицо, я закричала, когда его кровь разлилась повсюду. Вытирая лицо руками, я обернулась и увидела, как Лиам перерезает мужчине горло. Когда он снова посмотрел на меня, его взгляд был не на мне. Я проследила за его взглядом как раз вовремя, чтобы увидеть, как Эмори всадил Эрику пулю в лоб.
Лиам взревел так громко, что я бы подумала, что это он заставил дом содрогнуться.
— Эмори!
Сначала Эмори казался шокированным, как будто он забыл, на чей дом напал. Но шок вскоре сменился страхом, когда Лиам направился к нему, как сам дьявол. В тот момент, когда кто-то преграждал ему путь, они были сбиты с ног так быстро, что я даже не успела моргнуть. Я хотела посмотреть, как он обрушит огонь и серу на дурака, но я не была уверена, что они знали о том, как много им нужно. Их осталось совсем немного. Мне нужно было убедиться, что все наши документы и компромат не были украдены прямо у нас из-под носа.
— Нил! — Я звала его, но он зашел слишком далеко в своей жажде крови и был занят тем, что отстреливал ублюдков на своем пути. У него был почти головокружительный вид, как будто он был в какой-то видеоигре.
Оглянувшись на Лиама в последний раз, я увидела, как его кулак врезался в лицо Эмори, прежде чем побежать по коридору. Чем дальше я шла, перепрыгивая через обломки и оголенные провода, тем громче становились крики. Сначала я не была уверена, что это такое. Между искрами, дымом и пламенем я едва могла видеть несколько футов перед собой. Выглянув из-за угла, я услышала чей-то крик.
— Отпусти меня!
Это была Оливия, она кричала, когда трое крупных мужчин окружили ее, как волки овцу.
— Ты красивая, — сказал один из мужчин, — но ты будешь красивее на моем члене.
Они все засмеялись, когда он схватил ее, и в эту секунду я всадила пулю ему в голову, отчего кровь забрызгала все ее лицо. Она стояла, потрясенная, в то время как двое других мужчин развернулись, выпустив град пуль.
Прыгнув за то, что осталось от разрушенной стены, я крикнула:
— У вас есть две секунды, чтобы убежать, прежде чем я всажу пули вам в голову.
— Пошла ты, сука, ты в меньшинстве, — сказал один из них с сильным акцентом.
— Выходи, как хорошая сучка, и мы будем нежны с тобой, — сказал другой, смеясь, и все, что я могла слышать, был крик Оливии. Она была чертовски раздражающей. Почему она не могла просто уйти в безопасную комнату, как хорошая маленькая девушка, попавшая в беду?
Сделав глубокий вдох, я медленно встала, подняв руки.
Пистолеты были направлены мне в лицо, мужчины ухмылялись. Тот, кто держал Оливию, улыбнулся.
— Брось пистолет, милая.
— Я предупреждала вас, — это было все, что я сказала им, ухмыляясь, когда Федель подошел сзади. Я прострелила руку, которой этот ублюдок держал Оливию, а когда он попятился, я выстрелила ему прямо в глаз.
Бросившись к кричащей Оливии, я схватила ее за окровавленную руку. Разорвав свою рубашку, я быстро завернула руку и заставила ее посмотреть мне в глаза.
 
— Какого черта ты не в безопасной комнате?
— Н-Нил… — пробормотала она в шоке. — Я-я… Нил…
Ударив ее по лицу, я пристально посмотрела ей в глаза.
— Возьми себя в руки и беги, или я убью тебя сама. Федель, отведи ее в безопасное место. Если она будет сопротивляется, выключи ее.
Он кивнул, и я оставила ее на его попечение, прежде чем побежать по коридору. Это должно было быть отвлекающим маневром. Они чего-то хотели. В восточном крыле были только спальни, и если они были умны, у них были чертежи дома, а это означало, что они знали, что находится в западном крыле. Некоторые из наших самых важных документов, наличных денег и кодов хранились в западном крыле.
Взбегая по разбитым ступеням, я почувствовала жар пули, которая с такой силой пронзила мое плечо, что я приземлилась на спину и покатилась вниз по лестнице.
Это была женщина, которую я помнила, она улыбалась на свадьбе Эмори и Сейдж, когда смотрела на меня сверху вниз.
— Упс, я сделала тебе больно?
Я попыталась дотянуться до своего пистолета, но она наступила мне на руку.
— Ты вообще знаешь, кто я? — прошипела она мне, направив пистолет мне в лицо. — Твои люди убили моего брата.
— Милая, мы убили много людей. Мне насрать на твоего брата, дорогуша. — Сказала я в дуло пистолета.
— Ты сука! — закричала она, но я дала ей повод для крика. Схватившись за ближайший электрический провод, я прижала оголенные провода к ее ноге, отвернувшись, когда они заискрились и затрясли ее, как будто у нее был припадок.
Отползая от нее, я держалась за плечо и пыталась сохранять спокойствие. Я почувствовала желание схватиться за живот, но не смогла. Я не мог остановиться и не мог позволить себе запаниковать. Но даже зная все это, я все равно поймала себя на том, что на мгновение потираю живот кругами, прежде чем снова встать и направиться вверх по лестнице.
Когда я вошла в потайную комнату, то никого там не обнаружила. Я начала отправлять документы на другие компьютеры, прежде чем удалить все. Услышав звук, похожий на треск стекла, и обернулась, направив пистолет в лицо любовницы дьявола. Но пистолет выскользнул из моей руки, когда я увидела лезвие в моем животе.
— Я предупреждала тебя, — сказала Сейдж Валеро, смеясь. Это было последнее, что я запомнила, прежде чем все погрузилось во тьму.
ЛИАМ
— Держите его, — сказал я Деклану и Нилу, когда они поставили Эмори на колени передо мной. Этот ублюдок думал, что сможет перехитрить меня. В тот момент, когда я дотронулся до него, он понял, что его жизнь кончена, и этот придурок сбежал. Я догнал его в том, что осталось от моего гаража стоимостью в полмиллиона долларов.
Надев свой кастет, я ударил его по лицу.
— Ты думал, что можешь войти в мой дом, — закричал я, сломав ему челюсть. — Ты думал, что сможешь уничтожить меня? — Мне нравился звук ломающихся костей его лица, и только кожа удерживала их вместе. — Ты думал, что можешь сжечь мой гребаный дом дотла! — Я даже не мог разглядеть его лица из-за всей этой крови.
— Ты думал, что можешь навредить моей семье? Ты безрассудный, — его зубы выскочили изо рта, как кукурузные хлопья — идиот, — удар— гребаный ублюдок! — Удар.
В тот момент, когда я остановился, мякоть его носа целовала его губы, а один глаз вылез из глазницы.
— Ты? Огромный кусок дерьма, который не любила родная мать, а отец не уважает. Ты всего лишь ублюдок, который испортил мой гребаный день, — вздохнул я, вытирая нос, прежде чем схватиться за цепи.
— Я однажды видел это в кино, — сказал я ему, когда Нил и Деклан привязали его ноги и руки к двум разным машинам. — Я всегда хотел знать, действительно ли человеческое тело разорвется на части.
Эмори выкашлял еще больше зубов, пока они его связывали.
— Как поживает твоя жена, Лиам?
Только тогда что-то щелкнуло у меня в голове, и я почувствовал, как мое сердце упало в желудок. Однако я не мог позволить этому отразиться на моем лице. Вместо этого я кивнул двум водителям, и они начали отъезжать друг от друга, когда тело Эмори поднялось с земли, а его крики усилились.