Безжалостные люди (ЛП)

Боже милостивый, я любил свою жену.
— Отвези нас в больницу Святого Иоанна. — Я улыбнулся вместе с ней, доставая из кармана пиджака чековую книжку.
— Должен ли я сделать их богатыми или отвратительно богатым? — спросил я, гадая, сколько нулей поставить в пробел.
— Отвратительно богатыми, конечно. Что-то, что может сделать только Каллахан. — Она усмехнулась, глядя на Адриану: — Адриана, как быстро ты сможешь передать это прессе?
— Десять минут. Если вы хотите переодеться, я принесла одежду. Она в багажнике, — ответила она, уже набирая номер.
У нее была запасная одежда?
Мел кивнула, отстегивая ремень безопасности и забираясь в багажник машины.
— Серьезно? Насколько это не похоже на первую леди? — Я усмехнулся, оглядываясь на нее.
— Заткнись нахуй, ирландский засранец, и смотри вперед.
— Почему? Я видел все это раньше.
Она ухмыльнулась.
— Мы же не хотим, чтобы наш водитель подглядывал, не так ли? — Мои глаза сузились, глядя на человека за рулем. После ее слов он заметно напрягся. Она знала, что я буду следить за ним, как ястреб, что помешает мне пялиться на нее.
Мне придется заставить ее заплатить позже сегодня вечером.
МЕЛОДИ
— Полицейское управление Чикаго важно для благополучия этого города. Мы с мужем не хотим, чтобы наши мужчины и женщины в военной форме беспокоились о медицинских счетах или о своих средствах к существованию после того, как защитили нас. Для меня большая честь вручить этот чек на девятнадцать миллионов долларов нашему комиссару и суперинтенданту офицеру Паттерсону. — Я улыбнулась в камеры, которые стояли в отделении неотложной помощи больницы Святого Иоанна. Офицер Паттерсон посмотрел на меня со смесью ненависти, гнева и отвращения. Но он все равно взял деньги.
— Большое вам спасибо, миссис Каллахан, — сказал он, практически усмехаясь сквозь зубы. — Я уверен, что это поможет семьям, потерявшим близких, и тем, кто получил ранения.
Лиам ухмыльнулся рядом со мной.
— Это была такая трагедия. Эти старые фабрики должны быть проверены. Разве они не известны также своими преступлениями? Полиция занимается этим делом?
Комиссар Паттерсон открыл рот, но репортеры услышали вопросы Лиама и набросились на него.
— Комиссар Паттерсон, это будет одной из вещей, которые вы планируете исправить в Чикаго?
— Комиссар, будет ли проводиться расследование?
— Это правда, что ваш дом тоже был разрушен?
— Ходят слухи, что это была террористическая атака, не так ли?
— Это как-то связано с вашим расследованием по делу рейса 735? — Данный вопрос привлек мое внимание, и, очевидно, внимание Лиама, потому что его челюсть напряглась.
— Дамы и господа, это больница, и мы не хотим беспокоить никого из находящихся здесь пациентов, нуждающихся в медицинской помощи, — сказал комиссар Паттерсон всем так вежливо, как только мог.
Когда репортеры рассыпались веером, вперед выступила врач. Она выглядела почти пораженной, когда смотрела в глаза Лиаму.
Сможет ли она все еще быть врачом, если я отрежу ей руки?
— Мистер Каллахан, я доктор Эми Льюис, большое вам спасибо за пожертвование. Ваша семья была так добра к пациентам этой больницы, а также к персоналу. Для нас было бы честью показать вам окрестности. Я уверена, что жертвы этого несчастного случая были бы рады познакомиться с вами, — выпалила она, в то время как я пыталась не блевать.
— Я не думаю, что это была бы хорошая идея, — заявил комиссар Паттерсон, заставив весь персонал смотреть на него как на сумасшедшего… скорее всего, потому, что он был сумасшедшим.
— Это были трудные дни. Возможно, им понадобится отдых.
— Уверяю вас, мы делаем все возможное для каждого ее пациента, — ответила доктор Льюис, но только потому, что она хотела проводить больше времени с моим мужем.
Встав перед Лиамом, я улыбнулась, как будто снималась в гребаной рекламе Crest46.
— Конечно, я бы с удовольствием с ними познакомилась. Милый, у тебя есть время?
Лиам поднял бровь, глядя на меня.
— Все, что пожелаешь, любовь моя.
 
Доктор Эми Льюис выглядела так, словно пришла в своей медицинской форме на звук его голоса. Интересно, смогу ли я размозжить ей голову?
— Куда мы отправимся в первую очередь?
Казалось, она испугалась моего голоса, как будто забыла, что я все еще здесь. Я почувствовала, как моя рука скользнула к задней части брюк к моему ножу, когда Лиам схватил меня, притягивая в свои объятия.
— Держи себя в руках, любимая, — прошипел он мне в ухо.
Сделав глубокий вдох, мы последовали за глупой сукой, пока она вела нас в другую часть больницы.
— Это наше ожоговое отделение, где проходят лечение многие офицеры, — ответила она, двигаясь по коридору так, словно выставляла мужчин на всеобщее обозрение.
Я не была уверена, что именно заставило меня остановиться перед одной из палат. Может быть, все дело было в цветах, открытках и воздушных шарах. Или, может быть, это сделала маленькая девочка, которая сидела на коленях у своей матери и смеялась вместе со своим обожженным отцом. Половина его лица была обмотана бинтами вместе с обеими руками, но он все еще был в сознании.
Войдя внутрь, семья замерла и посмотрела на нас.
— Офицер Поуп, это мистер и миссис Каллахан. Несколько минут назад они оплатили все ваши счета, — радостно заявила доктор Эми-как-ее-там.
Женщина в кресле разразилась рыданиями, прежде чем подбежать и обнять меня. Я не была любителем обниматься. Однако я не могла быть самой собой.
— Большое вам спасибо. Вы даже не представляете, как много это значит для моей семьи, — воскликнула она, отступая назад, чтобы привести себя в порядок и взять на руки свою дочь.
— Все, что угодно, лишь бы помочь. Я не могу представить, как бы я поступила на вашем месте, — тихо сказала я. — Всегда беспокоишься, не получит ли твой муж ранения или еще чего похуже. Это самое меньшее, что мы можем сделать.
— Благодарю вас. Правда, спасибо. — Она вытерла лицо и повернулась к дочери. — Скажи миссис Каллахан «спасибо».
Маленькая девочка спряталась за ее волосами.
— Спасибо.
— Пойдем, расскажем дедушке хорошие новости, — ответила она, на мгновение оглянувшись на мужа, который медленно кивнул.
— А вот и первая леди, — прошептал Лиам, целуя меня в затылок и протягивая мне чашку кофе.
— Мистер и миссис Каллахан, — позвала доктор Эми-шлюха.
— Лиам, я останусь, — сказала я ему. Он странно посмотрел на меня, прежде чем выйти вместе с остальными.
Офицер Поуп просто уставился на меня, и я знала, что у него есть представление о том, кто мы на самом деле под публичной маской.
— Я понятия не имею, почему люди становятся полицейскими. — Я нахмурилась, глядя на его обожженную кожу, половина его лица была практически расплавлена.
— Кто-то должен сажать таких людей, как ты, — с трудом выдавил он из себя.
Приподняв бровь, я улыбнулась.
— Этого никогда не случится, но если бы это произошло, то вряд ли ты бы стал именно тем человеком, который совершит правосудие. Я видела вяленую говядину и получше.
— Я мог бы взять проволоку, — прошипел он, и я закатила глаза, протягивая руку, чтобы надавить на его обернутую кожу. Он тихо вскрикнул.
— У тебя нет провода, и даже если бы он у тебя был, у меня есть частотный глушитель. Если бы это не сработало, я бы похитила твою семью до тех пор, пока ты не признаешься в подделке улик, чтобы ложно арестовать меня. — Я не была идиоткой, и, в конце концов, мы были в больнице, полной полицейских.
Его глаза сузились.
— Тебе не стыдно за себя? Разве у тебя нет чувства вины? Или вы все просто бессердечные, хладнокровные змеи? Ваши наркотики убивают десятки людей только в этом городе, всего за одну неделю. Одному богу известно, сколько людей умирает в этой стране только для того, чтобы ты могла заработать. Вы все больны. Как, черт возьми, ты спишь по ночам?
— Кого ты потерял? — спросила я его, делая глоток своего кофе. Его слова меня не задели.