Бывший муж, предатель и отец (СИ)

Никаких слов, ни здравствуй, ни привет, он не сказал.
Только произнёс то, от чего у меня мурашки пронеслись по коже, а желудок будто свернулся в тугой узел.
— Соня моя дочь и ты мне не сказала?!
  
Глава 11 А нужна ли твоя борьба?
 
Таисия 
— Это моя дочь?! — повторил Влад, глядя в упор.
Он стоял напротив, высокий, сжимающий в руке какой-то конверт. Белый, плотный. На краю — синяя печать. Внутри я сразу почувствовала… всё. Я знала. Тест.
  
Он поднёс его ближе. Пальцы сжаты, рука дрожит от напряжения. 
— Это… — выдохнул он, — тест ДНК. И он подтверждён. Она — моя дочь, Тая. Моя. Ты… ты даже не дала мне шанса знать! 
Я отступила на шаг. Горло перехватило. 
Он знал. Теперь — знал всё. 
— Тая! — выкрикнул он. — Почему ты?! Почему ты молчала? Семь лет, чёрт побери! Семь грёбаных лет!
— А ты думал, что заслужил это право?! — Я взорвалась. Голос сорвался, — Ты изменил мне. Ты уничтожил всё, что между нами было. Почему ты вообще думаешь, что имеешь право её воспитывать?!
Он подошёл ближе. 
Глаза — стальные. Лицо — закрытое, но дрожь в пальцах выдавала всё. Он держал себя на волоске. 
— Потому что она моя дочь, — прошипел он. — Потому что у неё мои глаза. Потому что она дышит так же, как я. Потому что когда я увидел её у ворот — я сразу понял. Я понял раньше, чем ты решилась мне сказать.
Я замерла. Он не знал, как больно он сейчас сказал.
Раньше, чем ты решилась… 
Я не решилась. 
Я бежала.
Потому что он тогда был с другой. Потому что я услышала в его квартире то, чего не должна была услышать. 
Потому что я боялась, что он сделает выбор — и это буду не я. И не Соня. 
— Ты был с ней, — сказала я резко. — С той. С брюнеткой. В моей кровати, в нашем доме, в моей жизни. А теперь пришёл забирать себе то, от чего ты когда-то отвернулся? Спустя семь лет?
— Я не знал, что ты беременна! — выдохнул он. — Ты просто исчезла. Исчезла, Тая! Как будто тебя никогда и не было!
— Потому что ты изменил мне! Потому что ты — предал!
— А ты — солгала! Сказала, что ребёнок от другого! — Он уже кричал. — Как ты могла?
Я стояла, глядя на него. Лицо моё горело, руки дрожали.
Я не могла вдохнуть — будто лёгкие сжались до точки.
— Я боялась, Влад, — прошептала я. — Боялась, что ты будешь приходить, уходить, снова врать. А я не хотела, чтобы моя дочь знала, что её отец — мужчина, который когда-то растоптал её мать.
Он шагнул ближе. Очень близко.
— Ты моя жена. Была и будешь. Мне плевать на штамп. Я не заберу дочь у тебя. Я хочу быть рядом. Я имею право знать её. Право любить её. И тебя, Тая.
Он потянулся, взял меня за руку.
Горячие пальцы сжали мои. Губы — совсем рядом.
Он хотел поцеловать.
Он хотел сжать меня в объятиях, будто ничего не произошло.
И тогда — с размаху — я ударила его.
По лицу.
По самолюбию.
По прошлому.
— Не трогай меня. Ты не имеешь права касаться меня. Ты умер для меня тогда. В ту ночь. В той квартире. В той постели.
Он отшатнулся. Медленно. Лицо побледнело. На щеке — яркое пятно.
Он молчал.
Первый раз за всё это время — молчал.
Я повернулась и пошла прочь. Плечи — сводило от напряжения. В груди бушевал ураган. Но я шла. Не оборачиваясь.
Потому что если я остановлюсь — он снова разрушит всё, что я годами пыталась собрать по кусочкам.
Это факт. Я знаю.
Я уже почти дошла до калитки, когда за спиной снова раздался его голос. Сколько можно, замолчи уже.
— Я не остановлюсь, Тая! Слышишь?! Не остановлюсь! Я буду бороться за неё! И за тебя, если нужно! Ты не закроешь дверь передо мной второй раз!
Я не обернулась. Не позволила себе.
Сжала пальцы в кулак, как будто от этого могла сдержать всю боль, которая хлынула через край.
Ноги двигались сами.
К садику. Железные ворота. Калитка.
Всё расплывалось перед глазами — как будто мир залили тусклой, мутной водой.
Мои пальцы сжали ручку. Я толкнула её вперёд. 
Словно в спасение. Словно в тишину. 
Только бы скрыться. Только бы исчезнуть из-под его голоса, из-под его глаз. 
Воспитательница в холле что-то сказала — поздоровалась… наверное.
Я не расслышала.
Звук стал глухим, словно я была под водой.
Я шагнула вперёд — и вдруг поняла: тело не слушается.
Сердце билось слишком громко. Слишком быстро. Воздух будто выдуло из комнаты. 
Перед глазами поплыло. 
Всё потемнело, как будто кто-то медленно гасил свет.
Я ухватилась за край подоконника, попыталась вдохнуть глубже — но воздух не входил.
Не здесь. Только не сейчас. Только не при людях… 
— Таисия? Вам плохо? — донёсся до меня тревожный голос Жанны Борисовны.
Я не ответила.
Просто сжала губы, как будто это могло остановить слезы, которые подкатывали.
Я всё ещё стояла. Но внутри… я уже падала. 
Словно обрушивалась изнутри. 
На дно того самого дня, где я осталась одна, беременная, преданная. 
И теперь — всё снова. 
  
Глава 12
 
Таисия
Его слова отделись мурашками по моей коже. Нет, только не это… Он узнал, он догадался. Но я не могу это признать! Не хочу! Не хочу чтобы такой изменщик был отцом моей дочери…
Я хотела резко ответить ему, закричать «нет» и всё отрицать, но не смогла. Ком застрял у меня в горле и когда я открыла рот, то из него не получилось выдавить ни звука.
— Молчишь, значит это правда. А я то думал, чего это малышка так на меня похожа. Вот, решил спросить напрямую, а у тебя на лице уже всё написано и без слов понятно, — улыбнулся он. — Что делать будем?
Последняя его фраза ввела меня в ещё больший ступор. Что значит, «что делать будем»??? Какого блин…
— Ч-что? — еле выдавила я.
— Тась, мы так далеко не уедем, если ты будешь отвечать мне односложными предложениями, — усмехнулся он, сложил руки на груди и опёрся спиной на дверь своей машины.
«Тась» - меня триггерит от этого! Ещё и его голосом. Он всегда меня так называл. Я так давно не слышала этого. Меня словно сковородой ударило по голове и отправило в воспоминания. Черт подери. Перед глазами сразу наши счастливые дни, разговоры о будущем, о детях. А затем измена. Как будто было вчера, помню все эти стоны за дверью, а затем, их раздетые тела, её модельную внешность и его… Страстно наслаждающегося плотскими утехами с ней. С той, кто лучше меня.
Ну конечно, я не модель, как она. Я всего лишь обычная девушка. Я даже считала себя красивой, но после такого, моя самооценка упала до нуля. Я ещё несколько месяцев пыталась ходить к психологу, но потом решила, что всё это бестолку. Не выкинуть это из головы, не выкинуть. То, что я видела - запомнила навсегда.
— Не называй меня так! — прошипела я.
— Чего это? — усмехнулся Влад. — А раньше тебе нравилось. Ведь тебя никто так не называл, кроме меня, сама говорила.
На его лице читалось удивление, но в целом, он как обычно, выражал полную уверенность в себе. От него так и веяло брутальностью. Может, именно поэтому я тогда так сильно в него влюбилась…
  
— Вот именно! И никто после тебя не называл, благодаря тебе же! Плохие воспоминания, знаешь ли, — я скрестила руки, также, как он.