Изумрудная роза (ЛП)

Октавия стояла обнажённой перед Флинном. Он снова выпрямился, скользя по ней взглядом.
— В мире сейчас нет мужчины счастливее меня, — хрипло произнёс он.
Октавия потянула за его рубашку.
— Ты как-то слишком одет для такого случая.
— А, точно. — В его глазах заиграл весёлый блеск, отражавшийся от светящихся грибов. — Позволь мне исправить эту досадную эту оплошность.
Он обхватил себя руками и одним ловким движением стянул рубашку через голову.
У Октавии пересохло во рту, колени подкосились. Она села, радуясь, что кушетка стояла прямо позади неё. В этом приглушённом свете грибов и блеске сокровищ Флинн был похож… на бога. У него рельефная грудь, очерченные, но не перекачанные мышцы. Шрам, тянувшийся от левого плеча к середине груди, только придавал ему мужества. Её взгляд опустился ещё ниже, по V-образной зоне косых мышц, ведущих к отчётливому бугру. Октавия облизала губы.
Да, остановиться здесь на ночь было определённо хорошей идеей.
— Что насчёт штанов? — спросила она, и это прозвучало с большей хрипотцой, чем ещё буквально минуту назад.
Флинн приблизился к Октавии с блеском в глазах. На секунду она позабыла, что является хищником по своей натуре, потому что ведьмак выглядел так, будто хочет проглотить её целиком. Прокрутив эту мысль, она пришла к выводу, что была бы совсем не против.
А что тут сказать? Его извинения на коленях очень разогрели её интерес.
— Мы к ним ещё вернёмся. — Он опустился одним коленом на кушетку рядом с ней и медленно склонил голову. Его губы приблизились к её, опаляя горячим дыханием, и он шёпотом добавил: — Чуть позже.
Она резко вдохнула, и он вновь её поцеловал. Их языки переплелись, Флинн усиливал напор, всё больше распаляя пожар в её груди, пока тот не распространился спиралью по всему телу.
Но на этом ведьмак не остановился. Он проложил дорожку из поцелуев по шее Октавии, прикусывая и присасываясь к коже. Она чувствовала бугор в его штанах, прижатый к её телу. Он был невероятно твёрдым.
Боги, как ей не терпится к нему прикоснуться.
Октавия потянулась руками, но Флинн перехватил её запястья и поднял их над её головой.
— Не торопись, красавица, — промурлыкал он. — Пока рано.
Она взирала на него из-под полуприкрытых век. Она могла бы высвободить запястья, если бы захотела… но не стала.
Флинн отпустил их сам и обхватил её грудь.
— Боги, у тебя такая горячая кожа, — произнёс он, перед тем как обхватить ртом её сосок. Он делал что-то невероятное своим языком, волны удовольствия прокатились по Октавии.
— Я же дракон, — то ли простонала, то ли прохрипела она, пока его руки продолжали эту сладкую пытку. — Мы всегда горячие.
Он довольно прорычал в ответ, переключая внимание с одной груди на другую и продолжая свои мучительно-прекрасные движения. Октавия извивалась, крича его имя. Воздух в пещере сгустился, наполняясь запахами обоюдного желания.
— Флинн, пожалуйста, — простонала она. Он продолжал целовать её. У неё уже всё намокло между ног. Она активно двигала бёдрами, пытаясь ощутить желаемое трение.
Слава Кайдоне, ведьмак спустился ниже, на каменный пол, и продолжил прокладывать свои поцелуи от живота к бёдрам. Его язык был везде, но только не там, где хотелось Октавии. С её губ срывались невнятные мольбы, а Флинн продолжал уделять внимание ей везде, только не там, где это было больше всего нужно.
В какой-то момент он прервал свои сладкие издевательства. Из глубины его горла раздался смешок.
— Скажи мне, чего ты хочешь, Октавия.
Она зарычала:
— Ты знаешь, чего я хочу!
Не может столь искусный в поцелуях и прочих ласках мужчина не понимать очевидного.
Его ладони скользнули между её ног, задев самое чувствительное местечко. Какие ещё нужны доказательства? Он точно знает, что делает.
— Я хочу услышать это от тебя.
Его дыхание коснулось её клитора, и в низу живота всё стянулось тугой спиралью.
— Боги, пожалуйста, — умоляла его Октавия. — Просто коснись меня уже там!
Очередной смешок прозвучал раскатом грома в его груди.
— С удовольствием, красавица.
  
Не прошло и секунды, как его рот накрыл её лоно. Ведьмак сосал и прикусывал её клитор так, что она растеклась лужицей перед ним. Она схватила пальцами его за волосы, не давая ему отстраниться, а сама откинула голову на спинку кушетки.
— Скажи вслух, Октавия, — тихо произнёс он. — Скажи мне, чего ты хочешь.
Никогда ещё ей не было так сложно найтись со словами.
— Ещё, — умоляла она, зажмурив глаза от удовольствия. — Только не останавливайся.
— Умница.
Он снова вернулся к сосредоточению её желания, только теперь уже его палец скользнул внутрь.
Октавия застонала, прикусив губу. Наслаждение было подобно бурной реке, уносившей её к краю пропасти.
Флинн это знал. Второй палец присоединился к первому, двигаясь внутри неё, подводя её всё ближе и ближе к желанной разрядке. Связь между ними только усиливала ощущения. Октавия не могла сдержать стоны.
Если он сейчас остановится, она умрёт. Это точно.
Она держала его за волосы, позволяя каждому движению губ, языка и пальцев унести её в другую реальность. И спустя несколько секунд она всё же полетела в пропасть, и её крик эхом отражался от стен пещеры. Её закрытые веки трепетали, тело дрожало от удовольствия, разрывающего её изнутри.
Флинн продолжал свои движения во время её оргазма и после того, как волны наслаждения начали медленно отступать, только его прикосновения стали уже нежнее, ласковей.
Октавия никогда ещё не испытывала ничего подобного. Её прошлые партнёры не шли ни в какое сравнение с ведьмаком.
Спустя некоторое время она смогла приоткрыть глаза. Флинн уже успел избавиться от остальной одежды. Он стоял перед ней обнажённый, довольный и гордый собой.
Её взгляд скользнул ниже, ниже и ещё ниже, остановившись на твёрдой длине.
Октавия облизала губы, желая попробовать его на вкус так же, как и он её. Она хотела, чтобы он излился ей в рот.
Должно быть, она произнесла это вслух, потому что Флинн тихо засмеялся и покачал головой.
— В другой раз, красавица.
Он подошёл к ней.
Движением одновременно сильным и бережным он поднял её и поменял их местами.
Теперь Октавия сидела на нём сверху. Его твёрдое достоинство было прижато к ней. Стон сорвался с её губ.
— Я хочу тебя. — Она наклонилась, чтобы поцеловать его, умышленно потираясь об него. — Всего тебя.
И уже было неважно, что они знакомы совсем недавно, что начали они не очень хорошо… Сейчас она не могла представить себя ни в каком другом месте, только рядом с ним.
Он ответил на её поцелуй.
— Боги, я тоже тебя хочу.
Она приподняла бёдра, проводя своим влажным лоном по головке его члена. Будь у неё более игривое настроение, она бы подразнила его, но сейчас её желание было так сильно, что она не могла думать ни о чём другом.
Вместо этого она прижалась губами к его рту. Флинн сжал её бёдра. Он держал крепко, но не причиняя боли.
Октавия начала медленно опускаться на его член. Он был… большим. Намного больше того, к чему она привыкла. Его руки сильнее сжали её бёдра. Она неторопливо насаживалась на него, пока его член не погрузился полностью.
Флинн откинул голову, капельки пота проступили на его лбу.
— Чёрт, ты такая узкая.
Октавия не смогла ничего ответить. Она не была к такому готова. Чувствуя, как колотится сердце в груди, она пыталась расслабиться. Флинн не двигался, позволяя ей привыкнуть к его размеру.
Затем она начала приподнимать бёдра. Её рот приоткрылся в беззвучном стоне боли и удовольствия. У неё так давно никого не было. Слишком давно, как оказалось.
Во взгляде Флинна отразилось беспокойство. Он нежно коснулся её губ.
— Не спеши.
Она попробовала снова, и теперь уже пошло лучше. Флинн был терпелив, нашёптывал ей ласковые слова на ушко, пока она сама выбирала комфортный ритм. Он двигался медленно… пока она не будет готова к большему.