Изменчивая судьба (ЛП)
— Я несправедлива?!?!
Один из оборотней/агентов ФБР у двери деликатно кашлянул, намекая, что даже люди без суперслуха слышали нас.
Когда Лиам заговорил вновь, его голос был намного тише.
— Я думал, ты этого хочешь.
— Ты ошибался.
— Оно и видно.
Он не стал пояснять, так что я заговорила сама.
— Я взяла на себя обязательства и выполню их. Это важно. Может, я не верю в судьбу, предназначение и прочее дерьмо, но я верю, что должна это сделать.
Лиам взял мою руку в свои ладони. Костяшки пальцев были покрыты царапинами и синяками от стычки с членом стаи Одом. Еще больше синяков покрывало правую часть моего тела, а запястье было сломано, если не ошибаюсь. Опять. Я могла бы исцелить все, обратившись, но побитый вид придавал правдоподобности истории о том, что меня удерживали в плену террористы. Первым делом в должности Альфа-Самки я позаботилась о том, чтобы правительство Соединенных Штатов отдало должное Тоби Хэйгану за гибель в ходе спасательной операции.
— Я не могу защитить тебя, если ты Альфа, — сказал он, нежно водя пальцами по ранкам на моей руке. — Это не прекратится в ближайшее время. Весь мир оборотней в хаосе, а ты в самом центре. Тебе будет безопаснее просто исчезнуть.
— И какой посыл это создаст? — я покачала головой. — Нет, я больше не могу бежать и прятаться. Я буду отстаивать то, во что верю, даже если ради этого придется отражать атаки.
Поцелуй в костяшку пальца, с которой была содрана вся кожа.
— Мне не нравится видеть, что на тебя нападают.
— Ну, если честно, мне тоже не нравится, когда меня бьют. Если только это не ты, — как только слова слетели с моих губ, я осознала, что сказала. — Это прозвучало неправильно.
— Вообще неправильно.
— Поясню, — сказала я любым подслушивающим ушам. — Я поколачиваю его в ответ…
— Еще как.
— Это очень даже взаимные побои, вовсе не ситуация домашнего насилия…
Уголки губ Лиама приподнялись.
— Пожалуй, тебе лучше заткнуться.
— Я пытаюсь. Мой язык сам творит что хочет.
Я ощутила вибрации смеха Лиама, когда он снова притянул меня в объятия.
— Поехали со мной, — прошептал он мне в макушку.
— Останься, — парировала я.
— Не могу.
Слезы угрожали пролиться, но я сморгнула их.
— Я тоже не могу.
Глава 31
— Банановый десерт с мороженым — это полезная еда. Там есть молоко, фрукты и орехи. Молоко, фрукты и орехи полезны для организма, — Энджел зачерпнула еще больше сладкого лакомства из миски размером с нее саму. — Скажи ему, Скаут.
— Малявка права. Молоко, фрукты и орехи правда полезны для организма. Мы знаем. Наша мама — медсестра.
На бульваре было полно народа, что практически нормально для лета. Туристы и местные устремились в единственное место в Лейк-Каунти, которое могло предоставить какое-то развлечение. Мне нравилось бывать здесь в дождливые дни и в конце сезона, когда температура падала, и все теряли интерес. Но находиться тут в солнечное июльское воскресенье сродни пытке, особенно после цирка последних трех месяцев.
Мы пробыли тут пятнадцать минут, и уже три человека подошли спросить, не Скаут ли я (как будто нас было пять-шесть штук клонов), или выразить соболезнования о тех долгих месяцах, что я провела в заложниках. Это был единственный раз, когда я вышла на публику. Почему-то люди решили, что я хочу поведать им о «своей личной трагедии» (так выразились репортеры), несмотря на то, что я отказалась давать интервью новостным изданиям.
— Молоко полезно для организма. А мороженое нет, — парировал Джошуа, который гостил у нас этим летом.
— Мороженое сделано из молока, — услужливо добавил Джэйс.
— И взбитые сливки тоже, — вклинился Чарли.
— И про фрукты она не врала. Бананы, ананас и клубника. Это типа взрыв витаминов.
— И это будет последним гвоздем в крышке твоего гроба, — сказала я. — Талли как всегда стала решающим голосом. Ты проиграл.
— Проиграл, проиграл, проиграл, — скандировала Энджел. — Джошуа Н-Е-У-Д-А-Ч-Н-И-К! — второй, третий и четвертый куплет этой кричалки были абсолютно такими же.
Здорово быть дома.
Я сделала глубокий вдох, наслаждаясь влажным воздухом. Конечно, тут воняло рыбьими кишками и потными детьми, но это запах Тимбера. В такие моменты, находясь в знакомом окружении, я почти могла убедить себя, что все вернулось в норму. Сложно было помнить о всех покушениях на мою жизнь (которые из ежедневных стали еженедельными), Очень Важных Решениях (которые мне приходилось принимать с тревожной частотой) или о крови, которую я пролила, пока помощница воспитателя из моего детского сада жевала гамбургер в трех метрах от места, где моя младшая сестренка висела на плече восьмидесятилетнего подростка.
Ладно, с нормальностью я погорячилась.
— Но ты сказала, что мы пойдем кататься на картах, — заныла Энджел, возвращая меня в реальность.
— Картинговый корт переполнен. Нам пришлось сделать бронь, — объяснил Джэйс в двадцатый раз.
— И когда наша болонь?
— Бронь, — поправила я. — В два часа.
Энджел убрала кудряшку с глаз.
— А сейчас сколько времени?
— Без пятнадцати два, — ответила я. Значит, в Румынии 09:45.
Не то чтобы я следила за временем в Румынии и думала о том, что кое-кто может делать в этот момент. Неа. Это не я. Я не из тех чокнутых не-совсем-девушек. Ну типа, нельзя сказать, что я постоянно думала о нем. И я совершенно не чуяла его временами — например, сейчас, когда проводила время со своими любимыми людьми.
Боже, я просто печальное и жалкое ничтожество.
— Пятнадцать минут? Да нам туда час шагать!
Джошуа, который отпустил Энджел только на том условии, что она отдаст ему свой банановый десерт, показал вперед длинной красной ложкой.
— До тех картов вон там? Нам понадобится час, чтобы перейти улицу?
— Да!
Не знаю, то ли она не умела оценивать время и пространство, то ли просто драматизировала. В любом случае, это было уморительно, поскольку это реально бесило Джошуа. Не поймите неправильно, этот парень мне нравился, но его так забавно было бесить.
— Нам, наверное, все равно пора, — сказала я, отлипнув от пластмассовой скамейки. — Там будет очередь…
Мир вокруг меня перестал существовать, когда я встретилась взглядом с этими глазами. Он не улыбнулся и ничем не показал, что рад видеть меня, но я знала.
Ибо свою пару знаешь всегда.
Я начала переходить улицу, но потом передумала.
— Идите без меня, — бросила я через плечо, направившись обратно к озеру. Был один миг нерешительности, когда я не могла решить, какое дерево — то самое, но в итоге я нашла его и устроилась поудобнее. Мне не пришлось долго ждать.
— То есть, парень, сидевший на соседней скамейке со мной…
— Он пахнет пластилином, — я подняла руку, чтобы заслонить глаза от палящего солнца.
— Почему?
— Это одна из великих загадок жизни. Думаю, мы никогда не узнаем.
Лиам сел напротив меня. Я хотела протянуть руку и потрогать его, чтобы убедиться в его реальности, но не сделала этого. Часть меня знала, что он не будет возражать и даже хочет, чтобы я это сделала. К сожалению, это была не та часть моего мозга, которая отвечала за движения. Та часть воображала, как будет больно, если он отстранится или неловко отреагирует на контакт. Так что я сидела, держа руки на коленях, и пыталась довольствоваться взглядом на него.
— Мы могли бы у него спросить.
— Не говори глупостей, — желание прикоснуться к нему не угасало, так что я прислонилась к стволу, создав между нами больше расстояния. — Не знаю, откуда ты берешь эти сумасшедшие идеи.
Нельзя сказать, что мы не общались в последние месяцы. Мы обменивались электронными письмами (мне не стоило маячить в соцсетях, так что мы действовали по старинке), созванивались, переписывались, даже раз в неделю разговаривали по скайпу. И все же видеть его в живую, различать каждую складочку на щеках при его улыбке — это другое.