Изменчивая судьба (ЛП)

Сражение как будто длилось вечно, но я знала, что прошло не более получаса, и на небе начало подниматься солнце. Менее доминантные первыми упали на землю, содрогаясь от обращения. Мы с Лиамом оставались в волчьем обличье до самого конца, охраняя остальных вместе с Джошуа, все еще вооруженным мечом. Не знаю, были ли у оборотней правила схватки, но мне казалось, что нападать на оборотня в момент обращения нельзя.
Поле выглядело именно так, как в видении Талли. Всюду кровь. Пусть большинство ран заживет во время обращения, их кожа будет покрыта пролитой кровью. Но не все исцелятся. Я проходила через массу извивающихся тел. Хэнк стал первым, на кого я наткнулась. Я понимала, что ему сражение далось особенно тяжело, но он быстро обращался. Я порадовалась за него, ведь Лиаму не пришлось терять еще одного «отца».
Джэйса найти оказалось сложнее. Облегчение при виде его в процессе обращения почти перевесило странность и мерзость от вида его в процессе обращения.
«Скаут?» — даже в мысленном голосе Талли слышались слезы.
«Джэйс в порядке».
«Знаю, но Тоби…»
Я бросилась бежать, ища его по запаху. Я перескакивала через тела, которые были наполовину животными, наполовину человеческими, но следила лишь затем, чтобы ни на кого не наступить. Я нашла его в стороне от остальных. Он был в человеческом обличье, и уже давно. И снова последняя попытка выжить провалилась.
Перед его телом лежал другой оборотень. Все еще будучи по большей части койотом, он рычал и щелкал зубами, когда я подошла.
«Талли, можешь поговорить с Маки?»
«Он этого не делал, Скаут».
Я это уже знала. Маки не мог бы справиться с Тоби, и горе, исходившее от него, было осязаемым.
«Скажи ему: что бы ни случилось, он должен остаться здесь. Если он позволит кому-то, помимо Хэйганов, дотронуться до тела, то пожалеет, что не умер сам».
«Скаут…»
«Скажи ему».
«Это приказ от моей Альфы?»
Мой взгляд не мог оторваться от тела, лежавшего на земле. В голове замелькали воспоминания. Тоби еще ребенок, уговаривает Чарли, Джэйса и меня стырить драгоценный арбуз дедули Хэйгана. Тоби выходит из родильного зала с ослепительной улыбкой, держа на руках Лэйна. Тоби выходит из самолета после девяти месяцев в Ираке, и слезы катятся по его щекам, пока он бежит к своей семье. Тоби стоит перед Альфа-Стаей и просит их отпустить меня.
Храбрый, сильный Тоби. Будь я проклята, если позволю ему умереть впустую.
«Да. Давай сделаем это».
***
К слову об Альфах, пора нам с Сарварной побеседовать лицом к лицу. Я обратилась возле своей одежды. Это казалось жульничеством, поскольку всем остальным пришлось остаться голыми, но я ни за что не встречусь с ней с голыми сиськами, пока вокруг куча парней. Лиам, надевший джинсы, ждал меня, когда я превратилась и оделась.
— Тоби мертв, — ужасное приветствие, но я ничего не могла поделать. Я должна была выпустить из себя эти кошмарные, гнилые слова. — Они убили Тоби.
Лиам тыльной стороной руки смахнул слезы с моих щек.
— Мне так жаль. Он был хорошим мужчиной.
— Как мне сказать Чарли? О Боже. Как мне сказать Лэйну? — мое сердце разрывалось на куски. Я не сомневалась в этом, ведь было так больно.
— Скаут, тебе надо дышать.
Разве он не видит, что я пытаюсь?
— Кого еще? Кого еще мы потеряли?
— Мы потеряли примерно пятерых. Рука Джошуа похожа на котлету, но он заверяет меня, что все заживет. Остальные должны быть в порядке после обращения.
— И это мое единственное милосердие.
Я не вздрогнула, и это наверняка взбесило ее. Она попыталась подкрасться к нам, но даже запах крови не мог скрыть ее запах от меня.
— Сдайся сейчас, и я просто изгоню остальных.
Я думала, что не буду готова к этому моменту, что увижу в ней слишком много человечности и не смогу дойти до конца. Смерть Тоби изменила все. Мне плевать, что она любила своих родителей, и что младшая сестра ее обожала. И если она считала меня демоном, то она сама сделала меня такой.
 
— А если не сдамся?
— Мы начнем заново, но в этот раз раны не заживут так быстро.
Я посмотрела на поле, хотя это зрелище уже год не стиралось из моих мыслей.
— Пожалуй, это не лучшая идея, Сарварна. Как ты могла заметить, большая часть твоей Альфа-Стаи погибла, — и я до конца дней буду нести на себе бремя вины за это. — Ты готова потерять еще больше?
— Полагаю, я более подготовлена к потере солдат, чем ты, Скаут, — ее верхняя губа скривилась. — Может, потому что мы обе знаем, что вся эта кровь и смерть на твоих руках, а не на моих.
— Не могу понять, ты реально настолько сумасшедшая, чтобы верить в это, или нет.
— Ты же понимаешь, что всего этого не случилось бы, если бы ты не была отродьем, жаждущим власти.
— Прошу прощения. Ты разговариваешь сама с собой? Я могу оставить тебя одну, если тебе нужна минутка.
В ее глазах загорелась ненависть.
— Ты думаешь, это какая-то шутка?
— Вообще-то, я думаю, это Вызов, — плечи расправлены. Голос громкий и ясный. Никто не сомневался в том, что происходит. — Сарварна, я официально бросаю тебе Вызов за титул Альфа-Самки.
— Ты не можешь это сделать!
— Могу и сделала.
«Покорись, — сказала я ей через ментальную связь. — Ты знаешь, что не сумеешь меня победить, и я не хочу тебя убивать. Пожалуйста. Покорись».
Сарварна пару секунд постояла, взвешивая варианты, затем выдохнула.
— Ладно, — сказала она с опущенной головой. Она медленно подошла ко мне, держа плечи сгорбленными. Затем, оказавшись прямо передо мной, она резко вскинула голову. — Я принимаю твой Вызов.
Поначалу я не поняла. Я видела, что ее рука сжимает нож, торчащий из моего живота, но это казалось сценическим реквизитом с отступающим лезвием. Затем вспыхнула боль, и я поняла, что оружие настоящее.
«Выдерни его. Выдерни его. Выдерни его…»
По воздуху пронесся крик, но он принадлежал не мне. Я хотела сказать Лиаму, что все хорошо, и, может, упомянуть, что я люблю его, но я не могла говорить. Я ничего не могла сделать. Если бы она только вытащила чертов нож…
— Я же сказала, что не позволю отнять то, что принадлежит мне, — она провернула нож, и перед глазами все помутилось. — Ты умрешь, как и должна была еще в июле, — еще один поворот лезвия. Я не выживу. — Ты вообще не должна была существовать.
— А ты никогда не должна была стать Аль… — мир начинал чернеть. Мое тело обмякло, и Сарварна выдернула лезвие из моего живота.
Наконец-то.
Держась за последние капли сознания, я рванула энергию из земли под моими ногами. Через два мгновения Сарварну пригвоздила к земле очень злая полярная волчица.
«Покорись».
Сарварна оскалилась, словно сама была волчицей. И это стало последним, что она сделала в этой жизни.
Глава 30
У смерти есть много запахов. Серная вонь пороха. Металлический привкус крови. Резкое жжение больничного антисептика.
— Вас оставить наедине?
Ярко-желтые и фиолетовые цветочки на униформе медсестры оскорбляли меня своим бодрым весельем. Это вовсе не веселый момент. Это не веселое место. Такую одежду надо разрешать только в родильном отделении. Все остальное в больнице было заполнено людьми, переживавшими самые мрачные моменты их жизней. Когда ты проходишь сквозь ад, тебе меньше всего хочется видеть медсестру в такой яркой одежде, что та как будто светится на солнце.
— Нет, — сказал Лиам. — Все хорошо.
Эта медсестра в нелепой одежде пошла к стойке капельницы. Как раз когда ее палец приблизился к сенсорному экрану, я завопила:
— Нет!
— Лесли? — позвал меня Лиам по имени, которое мы сообщили больничному персоналу, представившись сыном Стефана и его будущей невесткой.
Я заправила за ухо прядь рыжеватого парика.
— Думаю, мне надо побыть с ним несколько минуток, — до того, как они остановят все капельницы и машины, поддерживающие Стефана в живых, и тем самым закрепят наши с Лиамом титулы новых Альф.