Изменчивая судьба (ЛП)
— Всего один день.
Всего один день? Целый день?
И что-то здесь не так. Алекс сказал, что я нужна Лиаму, и глядя в глаза Лиама, я понимала, что он прав. Что бы там ни было, я знала, что горы сверну… или хотя бы откажусь от рая ради земной жизни… чтобы унять боль, таившуюся в его глазах.
— Ты не можешь это сделать, — сказал Лиам. — Ты не можешь сразиться с ней. Надо продолжать прятаться.
Я сделаю что угодно, только не это.
— Кто-то должен сразиться за всех тех маленьких девочек и за тех, что еще не появились на свет, Лиам.
— Мы найдем другой способ.
— Нет другого способа, — сказала я. — По крайней мере, нет способа лучше. Я должна это сделать.
— Нет, — поглаживание и сжимание превратилось просто в сжимание почти до боли.
— Я обещала Николь. Я должна это сделать.
— Ты не можешь, — это был не приказ, а мольба. — Я не могу потерять и тебя тоже. Ты не можешь бросить меня, как они, — он весь трясся. Ладони, руки и губы дрожали. — Пожалуйста, Скаут. Пожалуйста, не бросай меня.
В этот момент все мое смятение улетучилось. Человек Скаут увидела ситуацию с ясностью Волчицы Скаут. Я нужна Лиаму. Когда я наклонилась, он приподнялся мне навстречу. И когда одеяло начало сползать, никто из нас его не остановил.
***
Пока Лиам отсыпался, я начала собирать вещи. Все ненужное, чего было не так много, я сложила в один шкаф, убрала инструменты и развела костер из оставшегося мусора. Я подмела хижину, закидала тлеющие угольки снегом и собрала все свои силки для ловли животных. Затем я ждала. И ждала. А когда это наскучило, мне оставалось лишь снова ждать.
Я не раз проверяла, дышит ли он.
— Я все приготовила, чтобы отправляться, — сказала я сразу же, когда он наконец-то проснулся и оделся.
Вся нежность и уязвимость ушла с его лица, когда он сказал:
— Отправляться куда?
— В Америку?
Он сощурился.
— Мы и так в Америке.
— Это Канада.
— Которая находится в Северной Америке.
Глупенькие канадцы хотели быть в клубе крутых ребят.
— Ладно. В Штаты. В старые-добрые США. На землю свободных, в дом храбрых.
— Нет.
— Прошу прощения?
Пока мой не такой уж прекрасный принц отсыпался, я беспокоилась о том, как посмотреть ему в глаза после того, что случилось до того, как он сбежал в страну снов. Это беспокойство быстро сменилось злостью из-за его высокомерного и снисходительного тона.
— Мы не отправимся в Соединенные Штаты.
— Нет, отправимся. Пора. Я готова как никогда. И мы сделаем это на моих условиях. А не на их. Не на ее. Не на твоих, — я вторглась в его личное пространство. — Мы вернемся к цивилизации, чтобы я смогла восстановить силы и нарастить немножко мышц, — мы не голодали на протяжении зимы, но питались недостаточно хорошо, чтобы сохранять вес при таких интенсивных тренировках. Мы оба вели постоянную битву, пытаясь не дать одежде спасть с наших похудевших тел. — Когда я вернусь в стопроцентную форму, я брошу вызов, — я задрала подбородок, вкладывая убежденность в свои слова. — Я готова.
На подбородке Лиама дернулся мускул.
— А если я скажу нет?
— Ты не можешь меня остановить, так что даже не пытайся. Только зря силы потратишь.
Я слышала, как ранее люди говорили, что атмосфера наэлектризовалась, но не понимала данное выражение до этого момента. Мы с Лиамом стояли лицом к лицу… или лицом к груди, если говорить точнее. Но хоть мне и приходилось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза, я не чувствовала себя маленькой или находящейся в невыгодном положении. На самом деле, я чувствовала себя могущественной, будто доминирование, которое я видела у других оборотней вроде Стратиго, исходило от меня волнами. И это доминирование сталкивалось с доминированием Лиама, которое он источал не менее явно. Если бы я могла нарушить зрительный контакт, не уступая, то посмотрела бы в сторону и попыталась увидеть эти волны, но мне и не надо было. Я чувствовала это каждой клеткой своего тела.
Как раз когда я подумала, что придется решать спор на кулаках, Лиам опустил глаза, вздохнул и провел рукой по затылку.
— У нас нет каноэ, — сказал он, и вся агрессия ушла из его голоса. — Есть и другой путь к цивилизации, но туда добираться целую ночь с лишним, и в человеческом обличье там не пройдешь.
— А какие еще варианты?
— После первого июня нас будет ждать лодка. Подождем до того времени и вернемся тем же путем, каким пришли.
Я ни за что не стану сидеть и ждать столько времени.
— Я смогу удержать волчью форму до тех пор, пока мы не доберемся до места. Мы уходим сегодня.
Вместо споров Лиам спросил:
— Когда именно сегодня?
Я окинула взглядом хижину, полгода служившую мне домом, и знала, что здесь для меня уже ничего не осталось.
— Почему бы не уйти прямо сейчас?
Глава 23
— Все пялятся на нас.
Лиам поднял взгляд от своих вафель.
— Если под «всеми» ты имеешь в виду мужика, напившегося почти до состояния комы, и бездомную женщину, разговаривающую с солонкой, то да. Все пялятся на нас.
Мы находились в городке Или, штат Миннесота. Думаю, Лиам метил в Фарго, но где-то мы немного сбились с курса.
— Официантка продолжает коситься сюда, — пробормотала я, не шевеля губами. Я подергала толстовку «Харлей Дэвидсон» в размере XXL, которая болталась на мне. — Что, если она узнает одежду и вызовет копов?
Лиам схватил кусочек тоста с моей тарелки.
— Она не узнает твою одежду, — сказал он, даже не пытаясь скрываться. — А если узнает, то не станет звонить копам из-за украденных пижамных штанов и толстовки, учитывая, что ее коллега точно варит метамфетамин в свободное от вафель время.
Я снова подергала толстовку. Она ощущалась на моей коже неправильно, вся такая колючая и грешная, словно у меня возникла аллергическая реакция на незаконно добытую одежду.
Я никогда в жизни ничего не крала. В детстве Джэйс своровал «Сникерс» из супермаркета, потому что мама отказалась его покупать. Я откусила один раз, и этот кусочек осел в моем желудке как комок свинца. Это было мое последнее столкновение с воровством до тех пор, как мы с Лиамом не вернулись в человеческое обличье впервые за несколько дней. Я пряталась в кустах, а он проник в дом и добыл вещи, чтобы прикрыть нашу наготу, и деньги, чтобы заплатить за шведский стол в забегаловке с вафлями.
Может, я чувствовала бы себя иначе, если бы он схватил что-то другое, а не розовые спортивные штаны для бега, которые коротки мне на 10 сантиметров, и толстовку, в которую влезли бы две Скаут.
Тем временем Лиам щеголял в облегающих джинсах и слишком тесной черной футболке — возможно, именно она и была причиной слишком частых взглядов официантки.
Колокольчик на двери звякнул, когда вошли два мужчины в одинаковых рабочих рубашках.
— Нам скоро придется убираться отсюда, — пробормотал Лиам в кружку с кофе.
Я кивнула, заметив старый внедорожник и потрепанный седан-универсал, заезжающие на парковку.
— Ага, похоже, подтягиваются утренние посетители. Есть идеи, куда нам направляться?
— Я могу попасть к телефону, позвонить Мириам, и она пришлет нам денег, но пройдет один-два часа до того, как она получит сообщение, а потом нам придется найти супермаркет или пункт обслуживания «Вестерн Юнион».
Я кивнула на здание, которое привлекло мое внимание еще вечером.
— Пошли туда, — сказала я. — Они наверняка разрешат тебе воспользоваться телефоном, и я хочу посмотреть на книги.
Лиам повернулся и взглянул на то, о чем я говорю.
— Библиотека? Серьезно?
— Нет ничего плохого в том, чтобы быть умным, — я начала вставать из-за столика. — Мозги и способность оборачиваться по своему желанию. Серьезно, Лиам, чего еще ты можешь хотеть от женщины? — как только это слетело с языка, я осознала, как это прозвучало. Я продолжила идти к туалету, как и собиралась, но не оборачивалась, чтобы не видеть паникующего ужаса на его лице.