Призрак в моей ванной

– Прости, что напугал, – повинился призрак. – Хотел спросить, не можем ли мы погулять по пляжу? Уже стемнело, а вчера там было очень хорошо.
– Можем, конечно, – согласилась я. Действительно, час поздний, там будет немноголюдно, да и поплавать хотелось. Поэтому быстренько переоделась в ванной, ставшей запретной зоной для призрака, и мы пошли на пляж.
Тейт сейчас воспринимался как простой человек. Он шагал рядом, думая о чем-то своем. Разве что звука шагов не было. А еще дыхания, которое бы вздымало его грудь. И ветер не касался его волос. Сложно это…
– Не смотри на меня так, как будто я… умер, – после заминки закончил фразу Тейт.
– Прости, – вздохнула я. – За своей работой вообще не думаю о том, как тебе тяжело.
– Ты и не должна думать об этом, – улыбнулся парень. – Не твоя забота. Да и пока мы на Биррийских островах, ты ничем не можешь мне помочь. Спасибо, что хотя бы находишь время поговорить со мной, как с человеком. Я чувствую себя опустошенным, а наши разговоры помогают справляться с отчаянием.
– Ты не похож на отчаявшегося, – заметила я.
– И хорошо, – кивнул Тейт. – Потому что я не собираюсь впадать в депрессию, да и вряд ли она положена призракам. У меня есть цель – мне нужно найти убийцу, потому что я хочу знать, кому помешала моя жизнь.
– И все-таки кого бы ты заподозрил в первую очередь? – спросила его.
– Семью, – вздохнул Тейт. – Мои деньги достанутся родителям, брату и сестре. Год назад я попал в аварию и после этого написал завещание, они об этом знают.
– А денег много?
– Не настолько, как у Голсби и его приятелей, однако достаточно. Но я не хочу думать, что это они. Может, случайность? С кем-то перепутали со спины…
– Ты веришь в случайности?
– Вообще-то нет, – с грустью улыбнулся Тейт. – Но и в то, что брат или сестра могут быть к этому причастны, верить не хочу. Родители тем более. Пусть мы не ладим, но все-таки…
– Понимаю.
Значит, надо будет как-то познакомиться с семьей Тейта. Выведать о них что-то, что позволит подтвердить или опровергнуть их причастность к убийству. Эх, где ты, мой обещанный отпуск? Ты мне очень пригодишься, пусть и не для отдыха.
– Тебе нравится Голсби? – вдруг спросил Тейт.
– Когда-то нравился, – честно ответила я. – Можно даже сказать, я была его фанаткой. Но девочки взрослеют, и кумиры юности остаются в прошлом. Уверена, и у тебя была какая-нибудь актриса, на которую ты пускал слюнки.
– Певица, – поправил меня спутник. – Лана Фей.
– Ого! Сама Фей! Ничего себе. Губа не дура.
– И это мне говорит фанатка Эвана Голсби?
Я рассмеялась. Хорошо, что никто со стороны не видел, как я разговариваю и смеюсь сама с собой, иначе это выглядело бы и вовсе дико. Утомленные постояльцы давно покинули пляж и теперь сидят где-нибудь в ресторанах либо спят в своих номерах. Я же села на песок и погладила рукой воду. Плавать перехотелось. Теперь я желала просто сидеть в покое и смотреть, как катится волна за волной, ласково целуя берег.
– Ты хороший турагент, – заметил вдруг Тейт. – Но не только. Ты хороший человек.
– С чего ты это взял?
– Помогаешь незнакомцу, сопереживаешь его смерти. Не все на это способны. Ты особенная.
– Скажешь тоже! – рассмеялась в ответ. – Просто нас что-то связало. Понять бы, что. Я не была свидетельницей твоей гибели, вряд ли знакома с преступником. Видимо, ба намудрила во время спиритического сеанса. Может, использовала мою вещь и что-то попутала в заклинании, такое бывает.
– Может. Только я этому рад, иначе… не знаю, что со мной было бы.
– Есть шанс, что ты бы просто ушел.
– А если нет?
Мы посмотрели друг на друга. Грустная получалась беседа. Я вздохнула, поднялась, скинула накидку и все-таки нырнула в воду. Было тепло и хорошо, но нотки грусти все еще звучали в сердце. Хороший ли я человек? В отличие от Тейта, не могу однозначно ответить на этот вопрос. Но его мне было искренне жаль, и я действительно хотела помочь. А значит, впереди были непростые дни, и сейчас надо использовать краткие мгновения отдыха, потому что потом на них может не быть времени. Поэтому я наслаждалась звездной ночью и теплой водой, а Тейт стоял на берегу и наблюдал за мной с загадочной улыбкой. Лень было разгадывать ее значение, я и не стала. Просто плыла, разрешив всем проблемам остаться за спиной.
   
Глава 7
 
Примета: если что-то где-то убыло, значит, что-то где-то прибыло. Но не у вас
 
На следующий день мы все-таки добрались до чаши молодости. Без Элины дорога прошла легко и весело. А может, это мне так казалось, потому что я невзлюбила девицу с первого взгляда? Как знать. Но весь день прошел как по маслу. Да и следующий, с замечательным театральным вечером, тоже. Когда слишком легко пролетел и третий день, я заподозрила неладное. Ведь верная примета: если все идет слишком хорошо и гладко, где-то притаились неприятности. Но настало утро четвертого дня, а их все не было.
На этот день у нас снова была достаточно насыщенная программа: путешествие к вулкану, а вечером – шоу фейерверков в соседнем городке. Я так понимала, на фейерверках настояли дамы, а на вулкане – мужчины. Мне был милее вулкан, потому что на различные шоу я давно уже насмотрелась, а вот у заснувших вулканов бывать еще не приходилось. Поэтому вместо платья по местной моде натянула блузу и брючки, на голову, как дань Биррийским островам, шляпку – и вперед, навстречу приключениям!
Митч все так же лучился жизнерадостностью, и мне начинало казаться, что улыбку кто-то приклеил к его лицу. Потому что каждый день быть в хорошем настроении – что-то сродни научной фантастике. Во всяком случае, я в такое не верила.
– Спящий вулкан Фифить, – вещал Митч, пока мы добирались до места на белоснежном монстре. – Первое его извержение было зафиксировано тогда, когда в вашем мире все еще длился железный век. Последнее – пятьсот лет назад. Во время него лава уничтожила город Эхонт.
– Как земные Помпеи? – поинтересовался Голсби.
– Да-да, именно так. Но пострадавших было гораздо меньше. Накануне местный шаман – а вы уже с ними сталкивались – пришел в Эхонт и сказал, что город будет уничтожен через сутки. За эти сутки две третьих городского населения спешно выехали. Оставшиеся же, как вы понимаете, долго не прожили. Сегодня на месте Эхонта расположен музей, в который мы обязательно заглянем. Сам же вулкан уснул и больше не просыпался. Он считается потухшим, но опять-таки шаманы говорят, что однажды он проснется снова, и тогда острова будут погребены под лавой и пеплом.
– Какое мрачное предсказание, – поежилась Мередит. – Надеюсь, это случится не сегодня.
– Учитывая, во сколько переделок мы уже попали, я бы не удивился, – насмешливо заметил Уолт. Понятное дело, он шутил, но от его шутки мне стало не по себе. Вспомнилось, что вот уже три дня, как неприятности оставили нас в покое. Главное, чтобы вулкан действительно не проснулся.
А автомобиль остановился у извилистой тропы. Прямо перед нами возвышалась серая громада – тот самый Фифить. Застывшая лава и пепел покрывали его бока. Сам вулкан казался спящим великаном, которого очень не хотелось бы разбудить.
– Направо, пожалуйста! – громко скомандовал Митч. – Итак, мы с вами находимся поблизости от Эхонта. За этим поворотом время застыло навеки. За мной!
А вот подобного я не видела никогда – в Помпеях, упомянутых Голсби, не бывала. Здесь же прямо в лаве были раскопаны дома. В один из них нам даже разрешили зайти, и мы разглядывали посуду, оставленные людьми вещи, ветхую мебель. Удивительно… Мои спутники притихли, отдавая дань моменту.
– Фифить проснулся ранним утром пятого мая по вашему исчислению, – проговорил Митч. – И буквально за полчаса города не стало. Раскопки здесь начались пятьдесят лет назад, в них участвовал еще мой дед, он был археологом. Но даже сейчас большая часть Эхонта остается погребенной под слоем застывшей лавы. Кто знает, что еще она нам преподнесет.