Сын Тишайшего 5 (СИ)
Окидываю взглядом залив, в который вошла наша галера, и не перестаю поражаться насколько всё родное, но одновременно чужое. Естественно, речь идёт о Севастопольской бухте. Вернее, Каламитском лимане, названном в честь старой крепости, переименованной турками в Инкерман. Мы как раз приблизились к концу бухты, и мне удалось рассмотреть, заброшенное несколько лет назад сооружение. Внушает! Опять-таки для своего времени. Снова поражаюсь разгильдяйству османов. Ведь Крым атаковали не только казаки, но и русские войска. Тот же Адашев во времена Грозного навёл немало шороха на западном берегу полуострова. Жалко, что Иван Васильевич в своё время не пошёл на юг. Ведь можно было попробовать договориться с Литвой и ударить единым фронтом. К тому времени набеги татар начали терзать и южные пределы великого княжества, которое ещё не вступило в унию с Польшей. Эх, мечты.
— Может, сделаем вылазку, государь? — произнёс Иоганн фон Сиверс, командовавший морпехами пока лечится Апраксин, — У нас на кораблях триста бойцов, да и мелких пушек хватает. А то совсем расслабились басурмане.
Зам Федьки оказался таким же сумасшедшим авантюристом. Хорошо, что эти двое спелись и действуют сообща на благо делу. Перевожу подзорную трубу на правый берег, где начали скапливаться толпы кочевников, чего-то орущих и трясущих оружием. Некоторые даже пробовали стрелять по нам из луков. Не верьте в сказки о великих лучниках и мифических дистанциях, на которые летит стрела. Прицельная дальность композитного лука не более семидесяти метров, а эффективность максимум в два раза больше.
По нам же пулял всякий сброд. Хотя рядом с визжащей толпой расположился десяток степняков на хороших скакунах. Доспехи по такой жаре одевать глупо, а вот кони являются хорошим маркером положения воина.
— У нас другая задача. Нечего тратить силы на всякий сброд, — отвечаю подпрыгивающему от нетерпения немцу, — Но после разворота дозволяю пальнуть пару раз по поганым.
Слова предназначались венецианцу, встретившего их с довольной улыбкой.
* * *— Отдача компенсируется люлькой, крепящейся вот здесь, при помощи особых блоков. И даже после этого корабль может развалиться. Поэтому надо использовать кечи[3], подобные нашему.
Невысокий саксонец был суетлив и излишне подвижен. Ещё он разговаривал слишком быстро на жуткой смеси немецкого, латыни и русского языков. Я-то его неплохо понимал, как и десяток помощников, монтировавших весьма сложную конструкцию, призванную сдержать отдачу мортиры. Морозини и его капитаны мастера понимали с трудом. Зато они с восторгом смотрели на его людей. Прямо мальчишки, увидевшие новую игрушку.
Оно и немудрено. Сегодня мы открываем новую страничку в короткой истории русского флота. Для этого в Воронеже специально построили кеч, единственным предназначением которого было нести две мортиры. В Европе такое судно называется «galiotes à bombes», бомбардирский галеот по-русски. Устойчивый корпус позволяет кораблю выдерживать отдачу орудий, применяемых при осаде крепостей. Именно эти монстры помогли Франции фактически снести с лица земли Алжир в 1682 году, а спустя два года Геную[4]. Говорят, разрушения оказались просто чудовищными. В итоге пираты перестали трогать французские суда. А торговая республика пришла в ещё больший упадок, по крайней мере, верфи они восстановили только недавно.
Забавно, что формально генуэзцам не объявляли войну, а просто наказали за якобы постройку галер для Испании, с которой тогда воевала Франция. Хотя запуганные лигурийцы боялись даже кашлянуть в сторону агрессивного соседа. Финансами занимались, а вот в военные дела не лезли. Кстати, добив республику и опутав её долгами, лягушатники обманным путём отжали у неё Корсику. Что-то мне эта история напоминает. Типа разбомбим Сербию или Ирак, они какие-то недемократичные. Затем давайте чего-то у них изымем — Косово или нефтяную промышленность.
Естественно, генуэзцы затаили обиду. После утверждения моего плана торгаши начали действовать оперативно, восстанавливая флот. Так как они собрались уничтожить Алжир, то решили пойти путём своих обидчиков. И кого, вы думаете пригласили для постройки галиотов? Правильно, их создателя — Бернар Рено д’Элисагарэ. Талантливый инженер, судостроитель и фортификатор чем-то прогневил начальство, наверное, своим умом, и вышел в отставку. После чего принял приглашение Генуи, чьи боссы явно не поскупились. В итоге верфи республики получили мощный импульс. Французы ещё сильно пожалеют, разбрасываясь такими кадрами. Хотя возникает ощущение, что потери десятков и сотен талантливых людей никак не отражаются на культурном, научном и экономическом гегемоне мира. Страшно представить, в какого монстра могла превратиться Франция, реформируй она своё общественное устройство. Мне этого точно не нужно. Пусть чудят дальше и кладут десятки тысяч людей и миллионы ливров в бессмысленных войнах.
Нам тоже перепало ништяков от генуэзских союзников. За что им огромное спасибо! В республике прекрасно понимают, что мне придётся брать многие крепости. И часто противник не ожидает удара с моря. По крайней мере, столь специфического.
Не знаю, как саксонец Иоганн Фридль оказался на побережье Лигурийского моря и стал корабелом. Но немец быстро освоил систему д’Элисагарэ, став его учеником. Кстати, гость — толковый инженер и обратно в Европу я его не отпущу. Такие люди нужны самому. Ведь кеч также построили при помощи саксонца.
И вот мы в Керчи, где работники проводят последние манипуляции, устанавливая две мортиры на корабль. Мы решили не торопиться и обкатать вундервафлю на практике. Пушек в России достаточно, да и построить нужный корабль в Воронеже давно решаемая задача. Зато новых технологий нам не хватает. Конечно, русские мастера за последние годы добились просто невероятных успехов. Но пока они больше оттачивают навыки и воспроизводят европейские изобретения, вроде шведских пушек. Есть и отечественные достижения — лафеты или передки для перевозки артиллерии. Только это мои идеи, как и многие другие вещи. Креатив нам пока не хватает, но есть приятные подвижки. Особенно меня радуют прорывы в производстве различных механизмов и станкостроении. Разве что всё движется очень долго.
* * *Бух! Кеч вздрогнул и окутался клубами дыма. Я сразу перевёл подзорную трубу на османскую крепость. Раскинувшийся передо мной город, пожалуй, самый большой из владений султана в Крыму. По данным разведки в нём около четырёх тысяч домов, из которых четверть принадлежит христианам с евреями. В последнее время население изрядно сократилось, но его численность всё равно внушает. Мощные валы и стены окружают внутреннюю часть полиса, в центре которого расположилась цитадель. Большая часть жителей скрылась за укреплениями, а публика победнее сбежала в окрестные холмы. Это они зря. Русская армия блокировала войска хана на дороге, идущей вдоль Сиваша. А наши поисковые отряды переловят всех умников.
Меня проблемы индейцев не волнуют. Сегодня шериф испытывает оружие, должное стать бичом господним для всех черноморских крепостей Порты. Эк Федю пробило на пафос. Жителей же совершенно не жалко. Кафа — крупнейший невольничий рынок мира после Константинополя. Думаю, не нужно рассказывать, каких невольников здесь продавали тысячами до недавнего времени? Особой нужды в уничтожении города нет. Впрочем, экономически он бесполезен. Мне просто хочется отомстить местным работорговцам. Ну и оружие надо на ком-то испытывать.
Между тем второе ядро, выпущенное через десять минут после первого, врезалось в аккуратный домик. Круто! После того как пыль осела, удалось разглядеть, что половина строения превратилась в развалины. Судя по забегавшим на улице людям, подарок им понравился. Ничего, я только начал. Времени, зарядов и пороха у нас хватает. Есть даже четыре запасные мортиры новейшей конструкции, позволяющие обстреливать противника вне досягаемости его артиллерии. Главное, чтобы выдержал кеч. Поэтому я удобнее расположился в своём кресле и приготовился наблюдать за шоу. Наш галеас стоит в сотне метров от оружейной платформы, дабы избежать проблем на случай разрыва мортиры. Парусники, знаете ли, вспыхивают очень быстро.