Обычная жизнь обычного японца (СИ)

— На свидание? — поинтересовалась Кей. И тут же предупредила, не дождавшись ответа. — Будь осторожен, а то получится, как в прошлый раз.
— Не, никакого свидания, Кей. Я на работу, — ответил ей. — Взял тут халтурку одну. Платят отлично. За вечер, как за неделю в офисе.
— Так много? Странно, — нахмурилась она.
— Не много, — криво улыбнулся я. — Просто мне в офисе мало платят. Ну всё, пока, буду поздно.
Искать заказчика долго не пришлось. Изначально договорились встретиться рядом с определенным кафе, возле которого имелись уличные высокие столики для стоячих посетителей. Оказывается, и такое в Токио есть. Обежав быстро взглядом людей за столиками и просто стоящих под стенами кафе, я обратил внимание на колоритную парочку. Один был обычным европейцем в белой футболке и серых шортах в сандалиях, ростом чуть выше среднего по европейским меркам или высокого, сравнивая со средним японцем. Причёска полубокс. Через плечо перекинул мужскую сумку-барсетку, на левой руке висели часы с хромированным металлическим браслетом. Второй не уступал ему ростом, но был плотнее сбит, абсолютно лыс, с небольшим пивным животом. Но главное — в чёрной майке, на которой с левой стороны груди краснела аппликация, изображающая рабочего и крестьянку, под которыми тем же цветом были вытеснены четыре крупные буквы, известные всему миру. Увидев футболку, я сразу подумал, что это тот, кто мне нужен. По крайней мере, человек в ней точно похож на русского. Набрав номер, который был указан в сообщении и услышав гудки, я увидел, что лысый достал из шорт телефон и приложил к уху.
— Алло!
— Это я, ваш переводчик, — представился я. — Вы в чёрной майке?
— Ага, а ты где? — закрутил он головой. — А-а, вижу, давай к нам.
Он помахал рукой, смотря в мою сторону.
Когда я подошёл к этой парочке, то услышал:
— Блин, натуральный японец, а гутарит, как Васёк из финансового.
— Кудо, — проигнорировал я его слова и протянул ладонь.
— Что? Да тут недалеко… А-а, понял. Макс, — он пожал мою руку. — Я сначала подумал, что ты спрашиваешь куда нам нужно, хо-хо-хо.
— Игорь, — представился его товарищ. — Ты настоящий японец? По православному чешешь без акцента.
— Нет, на самом деле я якут. Мои родители в конце существования СССР были заброшены в Японию КГБ. Но потом случился путч, КГБ разогнали, начальство пропало, с родителями перестали связываться, и они решили пожить для себя. Сделали себе новые документы на шпионские деньги и родили меня, — не моргнув и глазом ответил я ему.
— Правда? Охренеть, — протянул он.
Но тут его хлопнул по плечу лысый:
— Гарик, да он тебя разводит, ха-ха-ха! Снимай лапшу с ушей. Кудо, а ты молоток, классно сказал, даже я почти поверил. Кстати, я хорошо знаю якутов, ты точно не из них.
— Мама японка с Сахалина. Её родители остались там после того, как СССР присоединил к себе японскую часть острова после Великой Отечественной.
— Хм, — улыбка на его лице подувяла. Секунду он внимательно меня рассматривал и затем выдал. — Говоришь прям как наш. Японец сказал бы, что после второй мировой.
— Я пошутил, Макс, — широко улыбнулся я.
— Тьфу ты, — плюнул он. — Я сейчас реально поверил.
— Что нужно от меня? Куда вести и где переводить?
— Да есть тут местечко, где нужен переводчик с японского. У них всего несколько работников, кто шпарит по-английски и по-русски. Они обслуживают компании туристов. Но все, блин, заняты и нам отворот поворот там дали. А у нас уже сроки горят, скоро домой, но не везде побывали, где хотели. Думаем, что хоть сегодня сможем пройти в это местечко, если с нами будет свой переводчик.
— А где конкретно такие условия? — нахмурился я. — Впервые слышу.
— В Кабукитё.
— Где? — переспросил я.
— Кабуки-тё. Это квартал в районе Синдзюку, — подал голос приятель Макса, достаточно чисто произнеся японские названия. — Центр для туристов. Нам нужен там бордель.
— Бордель? С переводчиком? — посмотрел я на него.
— Ага, всё так. Мы тут не причём, реально там такие условия. Ты же местный, неужели не знал?
 
— У меня хорошая девушка, мне с ней никакие бордели не нужны. И много работы, — ответил я ему. — Тем более в Токио свыше двадцати миллионов жителей. Здесь за всю жизнь можно многих мест не увидеть.
— Сколько? Двадцать с фигом? — удивлённо присвистнул Макс. — Это же как две Москвы! Ну да, быстро не обойдёшь, ха-ха, — хохотнул он в конце своей речи.
— Тысячу йен нужно заплатить сейчас. Остальное на месте, — прервал я его веселье.
— С чего бы?
— За моё потраченное время и для уверенности, что вы платежеспособные клиенты, — вновь натянул я маску «серьезный японец».
— Ладно, держи, — мужчина достал из барсетки одну купюру и протянул её мне. — Погнали?
— Погнали, — кивнул я.
В туристический район мы добрались на такси. Вызывал его я со своего телефона через специальную программу. На моём сотовом, доставшимся в наследство вместе с телом таких было полно. А вот оплачивали поездку мои земляки по прошлой жизни.
«Ух ты! Ярко!» — про себя восхитился я видом улицы в вечернее время. Сотни вывесок и баннеров, излучавшие разноцветное свечение. Сотни, а может и тысячи людей. Среди них азиатов всего половина, может чуть-чуть больше. Прочие европейцы и негры. Чернокожих в этом квартале оказалось весьма немало. Взгляд постоянно на них падал.
— Нам туда, — куда-то в сторону махнул рукой Макс.
Через несколько минут наша троица стояла напротив входа в какой-то подвал. Над дверью светилась анимешное женское лицо в медицинской кружевной маске, больше похожей на… хм, трусы. Рядом с дверью мигала светодиодной разноцветной лентой доска-объявление. Там значилось, что это кафе для иностранцев с особыми услугами. А также крупными цифрами и буквами сообщалось, что за вход с каждого посетителя или с группы не более трёх человек требуется заплатить восемь тысяч.
— Опять этот хрен, — скривился Макс.
Фраза его была обращена в сторону японца в забавном жёлтом жилете с таким же анимешным лицом, как над входом. Он вышел к нам сразу же, как только мы подошли к спуску в подвал.
— Эй, если вы не понимаете по-японски, то вам сюда нельзя. У нас нет переводчиц, все заняты, — чётко сказал он, внимательно следя за нашей реакцией на его слова.
— Что он там сказал, Кудо? Опять у него нет переводчиков? — посмотрел на меня клиент
— Ага, — кивнул я ему, а затем обратился к японцу в жилетке. — А переводчик сгодится?
— А ты кто такой? — лицо японца чуть-чуть изменилось.
— Переводчик и знакомый этих двоих.
Тот несколько секунд молчал, что-то обдумывая.
— Ну, что? — не вытерпел Макс.
— Договорился? — вслед за ним спросил меня его приятель.
В этот момент носитель жёлтой анимешной жилетки подал голос:
— Хорошо, если есть деньги, то входите. Я сейчас позову администратора, она вас проводит на ваше место.
— Денег просит. Как заплатите, так нас проводят внутрь, — сказал я Максу.
— Восемь за троих? — уточнил он и вжикнул молнией на барсетке.
— Восемь? — взглянул я на «жилетку».
Тот молча кивнул.
— Восемь, — перевел я взгляд на соотечественника.
Стоило деньгам, купюрам по пять тысяч и по тысяче, зашуршать в руках работника «кафе», как на ступеньках показалась миловидная японка в одежде японской горничной из аниме. То есть блузка, короткая свободная юбка и розовый кружевной фартук.
— Прошу вас, — блеснула она белоснежной улыбкой.
— Идём за ней.
Обстановка внутри полностью отличалась от той, которую я уже успел представить в своей голове. Здесь наличествовали закрытые кабинеты с большим овальным журнальным столом и С-образным диваном вокруг него. А ещё здесь имелся небольшой кабинетик, куда вела раздвижная дверь. В нём стояла огромная круглая кровать, над которой крутился зеркальный шар. Стоило Максу увидеть этот интимный уголок, как на его лице появилась непристойная ухмылка.
— Фига себе тут траходром, — сказал он. — Чур я первый!