Г.Р.О.М. 3 (СИ)

— Хирург, что у тебя? — спросил я по рации.
— На позиции, — сразу отозвался тот усталым голосом. — Всё спокойно.
— Будь наготове.
У Хирурга мотоцикл, уйдёт на нём, тем более, ездить умеет. Потом где-нибудь бросит, по нему нас всё равно не отследить. Мы его купили в деревне в соседнем за сто баксов на всякий случай, ещё когда Валера был не ранен, он и подготовил мотоцикл к возможному выезду.
  
Та заброшенная двухэтажка, где засел Хирург, как раз удобно находится, что от склада до неё напрямик не добежать, а пока обойдёшь, снайпер смоется. Да и если придётся стрелять, звуков будет мало, винтовка у Хирурга малошумная…
Коршун подогнал «буханку» поближе к складу. Должны влезть все пленные. Сибиряк полностью освобождать пленниц не стал, оставил связанные руки, правда, одной ослабил, потому что бечёвка врезалась глубоко в кожу.
Сначала я удивился, но Сибиряк хоть и ещё молодой мент, но много чему натаскался у старших коллег и в людях разбирается. Он сделал правильно. Лучше сделать так, пусть ещё немного потерпят. Истерика же у всех и страх за свою жизнь. Если что-то случится, например, стрельба начнётся, а они бегать начнут повсюду, и вместо спасения схватят шальную пулю. Обидно будет так умереть, когда помощь уже пришла.
Лучше так, да. А потом уже поймут, через несколько дней, что мы здесь их спасли.
Помогли усадить в таблетку всех, велели Абхазу тщательно следить, чтобы никто не паниковал и не мешал водителю. Похоже, тот залитый бензином парень кого-то из пленниц знал, но разбираться с этим мне было некогда.
— Так, сидеть тихо, — напутствовал я. — Если услышат, то нас грохнут, а вас — в контейнер вернут.
Очень тесно вышло, но куда деваться? Лишь бы доехали и лишь бы их не остановили по дороге.
А нам надо продолжать работу. Нашли ключи от «Паджеро», накидали в багажник калашей, даже китайские пригодятся. Нашли бензин, Левитан уже деловито ходил с канистрой, поливая ящики.
Нашли у бандитов «Полароид», только не чёрный, а тёмно-красный. Ворованный, наверное. Я сделал несколько снимков ящиков с наркотой на всякий случай. Вдруг будут проблемы, но если докажем, что здесь была дурь, которую мы уничтожили, то сможем позвать на помощь полковника Иванова.
В очередной раз щёлкнул фотиком, механизм заработал, выплёвывая ещё чёрную карточку… и тут зашипела рация.
— Батя, приём! — динамик хрипел. — Чё-то недоброе начинается. Какой-то грузовик едет. И за ним кто-то ещё тянется.
— Принято, Хирург! Тишина в эфире. Конец связи.
Би-бип! Это с улицы, кто-то приехал прямо к складу.
Два варианта: бежать или изучить что-нибудь ещё. И не просто изучить — наше дело ещё не закончено. Мы ещё можем нанести удар по заказчикам этого дерьма.
Мы перехватили оружие и залегли по кустам за пристройкой, я у самого здания, рядом со мной расположился Коршун, Левитан чуть дальше. Мы в темноте, фонарь на столбе освещал только территорию в центре. Пахло полынью. «Борзы» оставили в стороне, вместо них взяли китайские калаши. Надеюсь, в нужный момент осечку не дадут, но огневая мощь нам понадобится.
Снова гудок снаружи. А потом где-то внутри пристройки зазвонила мобила. Звонили Гиле.
— Бухают, что ли? — спросил кто-то, вылезая из грузовика.
— Опять? Гила! — заорал другой голос. — Открывай! Чё ты там засел? За грузом приехали! Чё, не ждал? А мы приехали!
— Я же говорил, его с девками нельзя оставлять, — кавказский акцент узнался сразу. — Пока всех не опробует — не успокоится.
— И Чен ему потом яйца отрежет. Он как раз проверять едет, что товар не попортили.
— Кашу маслом не испортишь.
Заржали громко. Четыре человека, судя по голосам. Коршун поднял автомат, но я положил руку на его оружие. Ещё не время. Сначала надо понять, кто там явился. Каждая деталь важна. Я убавил рацию до самого минимума, чтобы Хирург случайно нас не выдал.
Ещё можем уйти. Но тогда операция будет провалена. Мне нужно узнать больше самому. Так что рискнём. И если нападём в нужный момент…
Ворота заскрипели, кто-то их уже открывал сам. С той стороны стоял белый японский грузовик-двухкабинник с маленьким прицепом и аппарелью. Грузовичок заехал в свет фонаря и остановился. Внутри четверо, пару человек я знал по именам, да и третьего видел в лицо.
Тот, что в серой ветровке — Измайлов, старший опер из линейного отдела железнодорожной милиции, но его звание я я не помнил. Я видел его как-то раз в компании Веселовского, и Иванов намекал, что это сообщник убитого Зиновьева.
Второй, водитель в китайской жилетке — оттуда же, но его фамилию я не знал. Друзья Зиновьева, значит, вот вы каким ещё бизнесом занимались. Но да, я сразу понял, что их они тут замешаны, ведь живой товар без их участия провезти было бы невозможно.
— Васька, ты пока приведи какую-нибудь помоложе, — водитель в китайской жилетке загоготал.
— Куда тебе молодую? Перебьёшься.
Третий — с наголо обритой головой и бородатый, в ярко-красном спортивном костюме. Я его хорошо помнил, он сидел как-то передо мной в первую мою жизнь в прокуратуре на допросе, предлагал мне взятку и угрожал найти мою семью.
Это Шах, Асланбек Шахтамиров. Он под Магой ходит. С ним ещё один бородач, крепкий и здоровый, как шкаф, тоже в спортивном костюме. Он что-то держал под курткой.
Так и думал, что и они причастны. Где много оружия, там всегда трутся родственники сепаратистов. Поссорить китайцев и кавказцев будет сложнее — у них общий бизнес, взаимовыгодный. Отправляют туда девок, взамен — оружие и наркота. Или наркота для наших бандитов?
Не важно. Настоящий интернационал, международная преступность, все работают друг с другом, невзирая на национальность. Бабки здесь крутятся — огромные, даже без всякого леса и металла.
И мы в центре этого.
Но ещё рано сворачивать операцию. Мы ещё не закончили.
Я лежал на животе и держал автомат, готовый к бою, палец так и норовил лечь на спусковой крючок. Но ещё немного бы увидеть.
Мочить всех? За убитых ментов весь город перевернут, даже из-за таких, как эти двое. Впрочем, за Зиновьева не перевернули, про него будто забыли.
Ждём.
Измайлов подошёл к пристройке и постучал в дверь. Рация тихо зашелестела, но что она говорила, я не слышал, регулятор звука выкручен почти в ноль.
А вскоре у ворот показался чёрный джип с тонированными в ноль стёклами, следом ехал седан, тоже чёрный. Из седана вышли двое человек в деловых костюмах, похожих друг на друга, как братья. Два китайца, один из них курил. И в машинах остался кто-то ещё. Наверняка все вооружены.
Измайлов зашёл внутрь пристройки, мы напряглись. А китайцы тем временем здоровались с остальными.
— Привёт, дарагой, — Шах и один из китайцев здоровались аж двумя руками. — Как сам, брат Чен?
— Отлично, брат Асланбек, — у китайца акцента не было вообще.
Я аж услышал, как Коршун скрипит зубами от злости.
Но я выжидал момент.
И вот наконец вышел Измайлов, бледный как смерть.
— Там всех перемочили! Никого живого нет! Девки куда-то слиняли!
И тут…
Да! Вижу! Вот чего я ждал!
Китайцы потянулись за оружием, Шах тоже, но смотрели они не по сторонам, а друг на друга. Только менты не в понятках, что случилось.
Не верят они своим партнёрам, думают, что это подстава.
И это наш шанс не только уйти живыми, но и остаться победителями в дальнейшем. Не зря мы остались. План только начинается.
Я дал сигнал, чтобы все приготовились, и достал рацию.
— Мужики, готовьтесь, — прошептал я.
Хороший аппарат у меня в руках, не китайский, слышимость хорошая. Снайпер меня услышит.
— Хирург, — так же тихо сказал я в рацию, прибавив громкость, — прострели ногу тому мужику в красной мастерке… а потом по остальным на поражение.
  
— Принято! — едва слышно отозвалась рация.
Второй мент повернулся на звук, но среагировать не успел. Шах вдруг заорал от боли и начал падать, все уставились на него. А второй кавказец, его напарник, выхватил пистолет и нацелился на китайца. Тот среагировал быстро, вывернул ему руку, но кавказец оружия не выпустил и нажал на спуск.