Игра (СИ)
Он чужой. До тошноты. Запах, повадки — я не хочу это чувствовать. Это давит, злит, вместе с тем пугает и заставляет чувствовать себя загнанным в угол зверем — душит беспомощность и обида, изводит собственное бессилие. Обречённость какая-то…
Уснула самая последняя, уже после того, как в углу перестала всхлипывать Лена, а Костик наконец-то ослабил хватку, позволяя мне отодвинуться на пару сантиметров…
***…Проснулась резко, будто от толчка. Открыла глаза.
Небо за окном почти посветлело, но солнце ещё не взошло. Почему-то показалось, что разбудил меня звук, напоминающий хруст стекла на первом этаже, и эхо этой глухой ноты до сих пор висит в воздухе… Крысы? Птицы? Или просто приснилось? Неважно… Остальные не проснулись — значит, почудилось…
Повернулась на другой бок, снова закрыла глаза, почти мгновенно проваливаясь обратно в сон…
***… Чудовищный грохот вклинился в сознание слишком внезапно и как-то бесповоротно — громкие голоса, маты, топот, женский крик… Вашу мать, ну вот откуда…
Чёрт!
Господи…
Распахнула глаза, ощущая, как сердце делает кульбит и падает куда-то в пятки…
Трое.
Тот, что в балаклаве, приставил автомат к пытающемуся надеть одновременно очки и куртку Лёше… Второй, без маски, молодой и чернявый, с какой-то ненормальной улыбкой наблюдал за тем, как у его ног в ужасе поджимает коленки и пятится к стене Ленка… Третий стоял справа от нас, и я не рискнула повернуть голову…
…Рука Кости сжала под майкой мою талию…
— Так, девочки-мальчики, готовы? На выход.
Мир вдруг пошатнулся в бесконечном пространстве, слетая с орбиты… На несколько мгновений исчезли окружающие звуки и краски, погружая вселенную в первобытный хаос, расщепляющий мироздание на атомы…
Я узнала этот голос.
Красивый, сильный, бархатистый голос, способный одной интонацией выразить презрение, доверие, благодарность или равнодушие… Родной до дрожи…
Этого просто не может быть.
Повернула голову, подняла глаза…
С растрескавшихся губ невольно сорвался жалобный хрип — произнести хоть что-то я оказалась просто не способна…
В следующую секунду сорвалась с места, вырываясь из Костиных рук, споткнулась о чёртову доску, рухнула на колени, не в силах отвести взгляд от до боли знакомого лица и всё еще боясь поверить в происходящее…
Неужели вот оно — спасение от всего это кошмара?! Неужели для меня весь этот ад сейчас закончится?! Мне всё равно, что будет с остальными, главное — не со мной…
— Артём… — я даже не попыталась подняться на ноги, бездумно хватаясь за мужские штаны и чувствуя, как к глазам стремительно подступают слёзы. — Тёмка… Тёмочка… Ты же… меня… заберёшь отсюда?! Правда?!
Муж даже не пошевелился. Молчал, скользя по мне каким-то незнакомым чужим взглядом, полным брезгливого отвращения и какой-то насмешливой жалости…
От затылка по позвоночнику пополз ледяной холод…
Опустила глаза, осматривая серый камуфляжный костюм, поясную сумку, автомат в его руках… Снова подняла взгляд, с трудом глотая вставший в горле горький ком…
Осознание давалось медленно и мучительно. Артём здесь, рядом! Но он — охотник… Это какая-то чудовищная несправедливость… Он же… Он же не всерьёз всё это?! Он же… Я же его жена! Бывшая…
Автомат в его руках чуть заметно дёрнулся в сторону. Ровный спокойный голос отдал чёткий приказ:
— На выход.
*12* Третий день
Гулкие многочисленные шаги… Поворот… Узкая лестница чёрного хода, где можно перемещаться только по одному… Крошечная площадка… Снова высокие неудобные ступеньки…
Мне было наплевать. В ушах стоял какой-то монотонный гул, зрение вдруг стало воспринимать мир в двухмерной плоскости, сердце стучало ровно и спокойно, словно механическое. Это просто дурной сон. Чья-то нелепая шутка. Это не моя реальность… Не моя!
Я чувствовала присутствие Артема. Могла вычленить из этой какофонии запахов аромат его туалетной воды, ощущала его энергетику в этом практически замкнутом пространстве, легко улавливала вибрацию его голоса среди других звуков… Он здесь. Рядом.
Душа привычно воспринимала его как своего родного человека. Разум рвался сказать ему что-нибудь, губы то и дело подрагивали от просящейся наружу улыбки, по телу пробегал трепет…
Наверное, я просто не могла охватить сознанием настоящее. Я не хотела верить в то, что сейчас происходит. Я отказывалась воспринимать этот перевернувшийся с ног на голову мир…
Как? Почему?! Почему, чёрт побери?! А дети? Дочь сейчас должна быть дома с ним… А если с нами с обоими что-то случится?! Что тогда?! Мне было гораздо легче, когда я точно знала, что у детей в случае чего останется отец…
Перед глазами стояла мутная пелена. Слёзы не текли, но выжигали глаза калёным песком, мешая видеть окружающих.
Это просто дурой сон…
А ведь могла махнуть на побережье… На море, вашу мать! Он, Тёмка, даже оплатил бы, если бы попросила…
…Я не обратила внимания на возню впереди, пока не врезалась в Ленкино плечо. Подняла голову, машинально хватаясь ладонью за её локоть…
Господи, только этого не хватало!
Наверное, я даже не удивилась, увидев сцепившихся в драке Костю и молодого парня, спускающегося во главе шеренги и так беспечно размахивающего своим автоматом несколько этажей подряд…
Ощутила резкий грубый толчок в спину, едва успела выставить вперёд руки, припадая на одно колено и впечатываясь грудью в стену, пока двое других охотников, замыкающих строй, быстро сбегали по ступеням… И один из них — он, Артём…
На секунду мне стало жаль Костю… Отвернулась, пытаясь абстрагироватся от происходящего, зажмурилась, заткнула уши, не желая слышать громкий отборный мат смешавшихся мужских криков, грохот железных перил, непрерывные звуки глухих ударов…
Секунда… Две…
Снова толчок в плечо, рывок за руку…
— Давай, пошли! — Ленка то ли крикнула, то ли прошептала где-то то над ухом…
Заторможенно повернула голову на верхнюю площадку, откуда мы только что спустились… Всего четыре ступеньки — и узкая железная дверь, уже приоткрытая Лёхой, который отчаянно машет рукой и подзывает нас к себе…
Глупо, мы не успеем…
Я поднималась последняя. Долго, несколько секунд… Впрочем, я, кажется, и вовсе не спешила, каждое мгновение ожидая окрика, удара, выстрела…
Ленка схватила меня за кофту, втаскивая в коридор…
Только здесь, когда за нами захлопнулась дверь, оставляя за стеной дикий шум драки и оглушающие возгласы, я, кажется, начала приходить в себя.
Артём остался там… Там, чёрт его подери! Среди троих, сейчас наносящих удары одному Костику…
— Ин, догоняй быстрее!
Закусила губу, смахнула наконец-то проступившие слёзы. Мельком огляделась по сторонам… Бросилась следом за Лёшей и Леной, которые уже пробежали половину коридора…
Мимо мелькали проходы, двери, неожиданно попался ряд театральных кресел, преграждающий путь, снова лестница, на этот раз парадная… Холл, полный битого стекла, узкий коридор, где мы с Костей ночью трахались… Свежий прохладный предрассветный воздух, зелень мокрой от росы травы, шелестящие ветки яблонь в роще…
Мы втроём пробежали между зданиями, свернули на основную улицу…
Почему-то не удивилась, когда здесь, где опасность частично миновала, мы разбежались в разные стороны…
Чёрт, нет уж! Я это уже проходила, когда мы с Машей потеряли друг друга!
— Лена! Подожди! — я метнулась назад, сворачивая следом за девушкой прямо в огромные открытые ворота какого-то гигантского бокса.
Вашу мать! Ну кто так прячется?! А если там тупик?
— Лена?! — я притормозила, осматриваясь по сторонам…
Грязь, пыль и ставший привычным глазу бардак терялись в этом колоссальном помещении, сверху до низу забитом какими-то разнокалиберными трубами и перекрытиями. Тусклого света, проникающего сквозь длинные окна, расположенные под самой крышей, вполне хватало для того, чтобы мрак по углам немного рассеялся, но ощущение навалившейся тишины и пустынного одиночества обострилось в несколько раз… Какие-то огромные ёмкости, похожие на вагоны-цистерны, закреплённые прямо на полу, шли вдоль левой стены, с правой располагались лестничные конструкции, какие-то аппараты, открытые электронные шкафы с вывернутым наружу оборудованием…