Не время для героев (СИ)

— А для каких?
Учитель разводит руками.
— Ты ведь не будешь использовать кувалду, чтобы вылечить человека от головной боли? Мозг человека — очень хрупкая структура. Достаточно лишь лёгкого касания, доли удара сердца, чтобы вызвать помутнение рассудка или успокоить его. Смотри внимательно.
Беренгар вызывает иллюзию рослого воина в незнакомом доспехе, с огромным лезвием, закреплённым на древке. Он почти мгновенно бросается на Сейнорай, но тот, слегка прищурившись, за долю мгновения вызывает перед собой какой-то символ.
Светящийся знак размером с пол-ладони устремляется вперёд, попадает в голову иллюзии и та, не успев сделать следующий шаг, падает лицом вперёд.
— Что это? — не понимаю я.
— Ар-Кэх. — Беренгар рисует в воздухе символ в виде треугольника с орнаментом, перечёркнутого двумя горизонтальными линиями. — Сонный паралич. Один из многих символов Ар.
Я внимательно разглядываю его, стараясь запомнить.
— Это школа исцеления?
— Нет. Это… Фелайран… Магия сознания.
— Сознания? — я задумываюсь на секунду и вдруг понимаю! — Ментализм?! Нет! Нет, Сейнорай! При всём уважении — я не стану этому обучаться!
— Почему?! — искренне удивляется Беренгар.
— Это… Я ведь уже говорил, что в моём мире запрещены определённые направления магии. Ментализм, кровь, тени, некромантия, демонология. Всё это — удел тёмных! И то, что ты сейчас показал — одно из таких направлений! Воздействие на разум, запрещённое нашими законами! Я знаю, для тебя разницы никакой, ведь ты жил ещё до того, как магия разделилась, но… Я не могу.
— Понимаю, — немного подумав, медленно кивает Сейнорай. — Точнее, понимаю, что многие могли бы использовать такое во вред. Но также это можно использовать и во благо, разве нет?
— Каким образом?
Понимаю, что этот вопрос на грани ереси, но не могу удержаться от любопытства.
— Успокоить буйного, — пожимает плечами Беренгар, — Избавить человека от головных болей, прогнать помешательство.
— Да, но…
Я пытаюсь отыскать контраргумент, но ответа не нахожу.
— Ты живёшь в странном мире, Таскалор. В мире, где последователи Аулэ разделены на две части. И каждая из них словно отрубила себе одну из рук, вместо того, чтобы научиться пользоваться обеими. Полагаю, я не скоро пойму причину подобного варварства, но… Выбор всегда за тобой.
* * *
После экзамена мы с Тормундом устраиваем себе праздничный обед в “терразио” и покидаем её в приподнятом расположении духа. Впрочем, как и все остальные, кто составил нам компанию — Ядвиг, Вик, Лианна, Алисия с одной из своих подружек. Теперь мы не “группа пустышек”, а самые что ни на есть Ученики! Это вселяет в нас радость и надежду, так что расходимся мы невероятно довольные собой.
— Я думал, Грайм вылетит, — замечает приятель, когда мы прощаемся с остальными и идём по коридору к выходу из академии. — Ты видел, как он покраснел, пытаясь вызвать воздушный щит? Ещё мгновение и он бы обос…
— Простите, что перебиваю, — раздаётся за нашими спинами мелодичный женский голос. — Но могу я украсть Ученика Слэйта на несколько минут?
Я оборачиваюсь. Изабель, прижимая к груди стопку тяжеленных книг, мягко улыбается, глядя на нас с Тормундом. Свет магических светильников искрами отражается в её зелёных глазах и я, не отрываясь, смотрю на полные, чувственные губы. Интересно, каково это — целовать их?..
— Ну разумеется, госпожа Канти, — изысканно кланяется друг, но его глаза при этом хитро поблёскивают. — Хоть на всю н… На весь оставшийся день. Увидимся завтра, Хэл, у нас общий Воздух.
— До завтра, — попрощавшись, я подхожу к Изи и забираю у неё из рук книги. — Давай помогу. Ялайская ночь! Как ты их таскаешь всё время?!
Она снова смеётся, и у меня на душе становится ещё теплее, будто там появилось маленькое солнце. Святые предки, как же я скучал по ней!
— Приходится много учиться, чтобы добиться желаемого результата.
— Даже не сомневаюсь, — усмехаюсь я, шагая рядом с девушкой. — Но неужели в твоей свите нет ни одного желающего потаскать за госпожой Канти эти талмуды?
 
Она бросает на меня странный взгляд.
— Сегодня я решила прогуляться без компании.
— А как же я?
— Ну… Ты — особый случай.
Я снова усмехаюсь. Мы поднимаемся по лестнице на второй этаж, пропускаем перед собой группу старшекурсников, и я вдруг вижу, что Изи о чём-то задумалась. Девушка прикусила губу, явно желая что-то сказать.
— В чём дело? — спрашиваю, надеясь подтолкнуть её к дальнейшему разговору.
— Хэл, я… хотела извиниться.
Я внутренне напрягаюсь, почти готовый, что Изи хочет предложить полностью перестать общаться… Ведь на последние мои письма, она не ответила ни строчкой, да и в академии сбегает едва завидев.
— За что? — стараясь звучать безразлично.
Подруга детства взволнованно убирает за ухо выбившуюся светлую прядку, а потом поднимает на меня горящий взгляд.
— За то, что мы перестали общаться, — твёрдо говорит она. — За то, что я всё время занята и не могу перекинуться с тобой парой фраз. За то, что отец пристально следит за мной и поменял всех слуг, которые отказываются носить ответы на твои письма! За то, что я не поддержала тебя после того, как Трибунал незаслуженно утащил тебя на допрос! За то, что дурацкий этикет на позволяет мне плюнуть на условности и проводить с тобой время!
Ого!
Я чувствую, как губы сами собой растягиваются в улыбке, а сердце взволновонно ударяется о рёбра и сладко сжимается. Я смотрю на девушку перед собой во все глаза. Она выглядит смущённой, но решительной, будто перед прыжком в пропасть.
— Не стоит, Изи, — говорю я, стараясь не улыбаться как дурак.— Я же сам решил не создавать тебе лишних проблем из-за своего… статуса, так что и ты меня извини.
— Вы посмотрите на него, — смущённо фыркает Изабель. — Истинный дворянин и сын своего отца.
Моя радость чуть гаснет. Я стараюсь не показывать виду, но при упоминании отца сердце неприятно колет.
— Кстати, поздравляю, — как будто вспомнив, говорит девушка. — Ты теперь Ученик! Это большой шаг вперёд!
— Для “пустышки”?
— Перестань! — она щипает меня за руку. — Я всегда знала, что благодаря целеустремлённости у тебя всё получится! Ялайский пепел, да ты умудрился пойти наперекор самому Кристиану Слэйту и поступить в академию, одолев мессир Вольфгарта! Который, между прочим, один из двадцати лучших клинков города! Отделался от Ищейки Трибунала, которого большая часть старшекурсников боится как огня! Что уж говорить о получении статуса Ученика?
— Спасибо, — улыбаюсь я. — Мне приятно это слышать. Особенно от тебя.
Оглянувшись по сторонам, Изи тянет меня за рукав на балкон. Там ни души, но бросив взгляд через плечо мне кажется, что я увидел скрывшуюся за углом рожу того высокомерного одногруппника моей подруги.
— Хэл, я… — шепчет Изи, цепляясь пальцами за мой рукав, — хотела извиниться ещё кое за что. Прости, что написала об этом в письме, но не сказала потом… Ты спас меня тогда, на охоте… И я никогда этого не забуду! Ещё никто ради меня так не…
Её глаза становятся мокрыми, по щеке скатывается слезинка и я, не удержавшись, вытираю капельку свободной рукой.
Неожиданно девушка накрывает её ладонью. Изи стоит так близко, я чувствую её запах. Внутри вспыхивает пожар. Вот он, тот самый момент! Я тону в зелёных глазах Изабель. Она пристально смотрит на меня миг, другой — и я наклоняюсь вперёд, целуя её в губы… Они мягкие, нежные и…
БОММММ!
Колокол, ударивший так внезапно, заставляет нас вздрогнуть и отстраниться друг от друга. А через мгновение мы начинаем смеяться.
— Вот же… — Я пытаюсь подобрать слово, но Изабель машет рукой.
— Ничего не говори.
— Проклятье, такой момент испорчен! — сетую я и блондинка снова смеётся.
— Мне пора, Хэл, — она торопливо забирает свои книги. — Поговорим позже!
— Изи, я…
— Поговорим позже! — смущённо повторяет девушка, солнечно улыбается и выпархивает в коридор. Улыбаясь ей в ответ, я разворачиваюсь, облокачиваюсь на парапет, стараясь запечатлеть в памяти наш поцелуй как можно отчётливее.