Путь ислама. От Пророка до Еврохалифата
«На съезд я отправился лишь один раз. В большом зале сидели кавказцы в черкесках, афганцы с чалмами, в клеенчатых халатах, бухарцы в ярких тюбетейках, персы в фесках и многие другие. У всех были приколоты на груди портреты Карла Маркса, с его патриархальной бородой. В середине восседал товарищ просто в пиджаке и читал резолюции. Делегаты кивали головами, прикладывали руку к сердцу и всячески одобряли мудрые тезисы. Я слыхал, как один перс, сидевший в заднем ряду, выслушав доклад о последствиях экономического кризиса, любезно сказал молодому индийцу: «Очень приятно англичан резать», на что тот, приложив руку к губам, шепнул: «Очень».
Почетным гостем съезда был известный английский писатель и публицист Герберт Уэллс. Он тогда приехал в Советскую Россию. Жил в Петрограде на квартире Максима Горького, а в Москве встречался с Лениным, по совету которого отправился в Баку посмотреть на то, как народы Востока, угнетаемые британским империализмом, становятся под красное знамя Октября. Вернувшись в Англию, Уэллс написал статью «Ленин. Вождь мировой революции», где говорилось:
«В Баку был созван съезд – ошеломляющий калейдоскоп людей с белой, черной, желтой и коричневой кожей, азиатских одежд и необыкновенного оружия. Это многолюдное сборище поклялось в неугасимой ненависти к капитализму и британскому империализму. Потом состоялось грандиозное шествие по улицам Баку, в котором, как я, к сожалению, должен отметить, фигурировали и британские пушки, неосторожно брошенные поспешно бежавшими (из Баку. – А.М.) «строителями Британской империи». Были вырыты и вновь торжественно похоронены останки 13 человек, расстрелянных без суда этими самыми «строителями Британской империи», и сожжены чучела г. Ллойд Джорджа, г. Мильерана и президента Вильсона. Я не только видел в Петроградском Совете кинофильм в пяти частях об этом замечательном фестивале, но благодаря любезности Зорина [22] даже привез его с собой. Этот фильм следует демонстрировать с осторожностью и только совершеннолетним. Там есть места, от которых г. Гвинна из «Морнинг пост» и г. Редьярда Киплинга начнут преследовать кошмары, если только они вообще не лишатся сна, просмотрев его».
Большевики направили работу съезда в антизападное русло, отождествляя буржуазный Запад с англосаксонским капитализмом и колониализмом. Это был сильный ход. Самый эмоциональный момент съезда наступил тогда, когда на призыв Зиновьева объявить священную войну английскому империализму все делегаты встали и, потрясая оружием, под бурные аплодисменты и крики «ура!!!», хором прокричали: «Клянемся!» Фотографии этого зрелища попали на полосы английских газет и произвели сильное впечатление на британского премьер-министра. Нариманов, который был инициатором проведения бакинского съезда, потом вспоминал: «Ллойд Джордж, получив фотографическую карточку, где представители народов Востока, держа в руках обнаженные кинжалы, револьверы, шашки, ножи, угрожают европейскому капиталу, вероятно, улыбнулся и написал тов. Чичерину: «Мы согласны вести переговоры с Советской Россией по поводу торговых сношений» [23].
Съезд народов Востока большевики сочли чрезвычайно удачным, увидев в нем зачаток «мусульманского Коминтерна», хотя некоторые их вожди сразу поняли нереальность такого кентавра. Вернувшись из Баку в Москву, Н.И. Бухарин сказал Ленину: «Владимир Ильич, мы разбудили чудовище». И оказался прав. Но не в том смысле, какой вкладывал в эти слова. Скрестить шариат с коммунизмом не удалось, хотя большевики создали через Коминтерн во многих мусульманских странах компартии, которые финансировались из Москвы и действовали в ее интересах, а реализованная в Коминтерне идея всемирного братства рабочих послужила примером для создания чуть позднее «всемирного братства мусульман». Пути Коминтерна и мирового ислама вскоре разошлись. Важнее было другое. Под влиянием Октябрьской революции (хотя не только) в 1920‑х годах исламский мир забродил и пришел в движение, пытаясь найти свое место в новых мировых реалиях и адекватно ответить на вызовы истории. Куда сильнее коминтерновской пропаганды на сознание мусульман всего мира повлиял пример Советского Союза, который создал альтернативную Западу более справедливую модель общественно-экономического развития, разгромил гитлеровскую Германию и совершил гигантский рывок в своем развитии. Уровень жизни, образования, медицинского обслуживания советских мусульман был выше, чем в любой стране исламского мира, что не могло не влиять на сознание всех мусульман. Этими настроениями проникались общественные деятели и политики, а главное – молодежь, что породило после Второй мировой войны такое явление, как «арабский социализм», в котором советский опыт накладывался на национальное самосознание, местные традиции и обычаи.
Социализм с «арабским лицом»
Политическим воплощением этого симбиоза стала Партия арабского социалистического возрождения, кратко именуемая Баас. Эту общеарабскую политическую партию основали в апреле 1947 года в Дамаске Мишель Афляк и Салах ад-Дин Битар под названием Партия арабского возрождения. В 1954 году она объединилась с Арабской социалистической партией Акрама Хаурани и получила свое нынешнее название. Лозунг партии – «Единство. Свобода. Социализм». Основные цели – построение социализма с арабской спецификой и объединение арабов на основе идеи панарабского движения, призванного дать арабам достойную жизнь и место в современном мире. Идеология партии – баасизм – представляла собой синтез арабского социализма, панарабизма и антиимпериализма. Первое и последнее из этой триады сделало Баас союзником СССР. Баасисты быстро закрепились в мусульманских странах Ближнего Востока и Северной Африки. Партия имела отделения в Сирии, Ираке, Алжире, Бахрейне, Египте, Иордании, Кувейте, Ливане, Ливии, Мавритании, Палестине, Судане, Тунисе и Йемене. Большое влияние на слияние идей панарабизма и социализма оказал Гамаль Абдель Насер – лидер египетской революции 1952 года, будущий президент Египта, основатель и первый глава Арабского социалистического союза. Он стал кумиром арабской молодежи, которая повалила в ряды Баас.
Влияние баасистов быстро росло, особенно в Сирии и Ираке, где в 1958 году армейские офицеры во главе с генералом Абдель Керимом Касемом в ходе вооруженного мятежа свергли иракского короля Фейсала II из династии Хашимитов, которая ведет свою родословную от Пророка. Тем самым был нарушен многовековой пиетет перед исламской традицией, которая в новых реалиях отходила на второй план. Однако власть генерала Касема была непрочной, потому что в обществе и армии день ото дня росло влияние баасистов, которые в феврале 1963 года захватили власть в Ираке в результате военного переворота. Новый баасистский режим, проводивший репрессивную политику, возглавил Али Салих ас-Саади, а самым заметным молодым членом партии Баас был бывший студент юридического факультета Каирского университета Саддам Хусейн, который из рядового партийца вырос в заметного функционера, члена руководящего комитета Баас в Египте.
После свержения баасистами режима Касема Саддам Хусейн вернулся в Ирак, где стал членом Центрального крестьянского бюро. А на VI общеарабском съезде Баас в Дамаске в октябре 1963 года он выступил с яркой речью, в которой подверг резкой критике деятельность Али Салиха ас-Саади, генерального секретаря иракского регионального отделения Баас с 1960 года. Через месяц по рекомендации общеарабского съезда партии Баас региональный съезд иракской Баас снял ас-Саади с поста генерального секретаря партии, возложив на него ответственность за преступления, совершенные за время пребывания баасистов у власти. Деятельность Саддама Хусейна на общеарабском съезде произвела сильное впечатление на основателя и генерального секретаря партии Мишеля Афляка, который стал наставником Саддама и продвигал его по карьерной лестнице.
Когда 18 ноября 1963 года иракская армия под руководством генерала Арефа отстранила баасистов от власти, Саддам в подполье приступил к созданию новой партии. В феврале следующего года общеарабское руководство Баас приняло решение о создании нового иракского руководства Баас в составе пяти человек, среди которых были популярный в стране генерал Ахмед Хасан аль-Бакр и Саддам Хусейн, включенный в региональное руководство по рекомендации Афляка. Баасисты предприняли две неудачных попытки свергнуть военный режим в Багдаде, после чего Саддам был арестован, закован в кандалы и заключен в одиночную камеру тюрьмы. Однако в июле 1966 года ему организуют побег, а уже в сентябре Хусейна избирают заместителем генерального секретаря иракской отделения Баас и затем поручают возглавить партийную службу безопасности (разведку и контрразведку).