Путь ислама. От Пророка до Еврохалифата
* * *Ну а пока евролибералы и исламисты выясняли отношения, Францию шокировал новый жуткий теракт. Утром в четверг 29 октября 2020 года молодой мужчина с мачете ворвался в базилику Нотр-Дам в Ницце, зарезал настоятеля церкви, еще двух человек и нескольких ранил. Журналисты сообщили, что «внутри базилики обнаружено тело 70‑летней женщины без головы». Нападавший был ранен полицией и под охраной отправлен в госпиталь. Убийцей оказался мигрант из Туниса, прибывший всего месяц назад через Италию во Францию с целью убийства «неверных». Поэтому мэр Ниццы Кристиан Эстрози назвал случившееся «исламофашизмом» и потребовал от властей жестких ответных мер. А пока он к этому призывал, в другом французском городе – Авиньоне – вооруженный ножом мужчина с теми же известными криками попытался напасть на полицейских и был убит. В ответ на «убийства мусульман» исламский мир накрыла волна антифранцузских выступлений. В Саудовской Аравии мужчина с ножом атаковал охранника консульства Франции, а на Кипре неизвестный сорвал флаг с французского посольства.
Все эти события породили во Франции волну антиэмигрантских и антиисламских настроений, загасить которые попытался Эммануэль Макрон, срочно прибывший в Ниццу в сопровождении министров внутренних дел и юстиции. Выступая с речью перед народом, он объявил, что «в очередной раз наша страна подверглась исламистской террористической атаке», и пообещал усилить безопасность в общественных местах, церквях и школах. Потом Макрон собрал мусульманских улемов и заставил их подписать «Хартию ценностей Республики», но эти заверения и подписи не успокоили никого. Закипел «возмущенный французский разум». Впервые открыто и прямо, отбросив политкорректность, французы заговорили о наличии острого межрелигиозного конфликта и об опасном ожесточении общества. Вот несколько цитат из выступлений политиков разного толка:
Мэр Ниццы К. Эстрози: «Нет никаких сомнений по поводу истоков этого преступления. По крайней мере один человек был убит тем же способом, что и учитель Пати несколько дней назад. Одним словом, полный ужас и знак, что больше не стоит думать, будто мы сможем победить исламофашизм в нашей стране с помощью законов мира».
Марин Ле Пен: «Я не знаю, сколько атак еще потребуется, чтобы правительство поняло, что нам нужно военное законодательство для ответа на ту войну, которая ведется против нас. Но я считаю, что это нужно сделать как можно скорее».
Эрик Чиотти, депутат Национального собрания Франции: «Впервые с момента оккупации Франция больше не свободна! Наша страна находится в состоянии войны, мы в состоянии войны!»
Гийом Пельтье, вице-президент французской партии «Республиканцы»: «Когда наши правители примут меры к объявленной нам войне? Еще больше убитых, раненых в церкви Нотр-Дам в Ницце. Давайте прекратим откладывать на потом. Это война: уничтожьте врага, защитите наш народ, спасите нашу цивилизацию!»
Николя Дюпон-Эньян, глава националистической партии «Вставай, Франция!»: «Франция снова подверглась варварству… Требуется чрезвычайное положение в сфере безопасности с решительными мерами, чтобы наконец начать войну против исламизма на нашей земле!» [203]
«Во французском обществе присутствует ожесточение, в скользком и опасном политическом контексте… Влияние исламистов стало сильнее, они контролируют мусульман. Вместе с тем происходит усиление и других религий – католической, иудейской. Сейчас практикуется гораздо больше традиционных обрядов, которые были забыты или существовали в узком круге верующих. Это признаки межрелигиозных конфликтов, и это очень опасно», – констатировал председатель Координационного совета российских соотечественников во Франции, публицист Дмитрий де Кошко [204].
Такого единодушия по этой острой проблеме во Франции не было никогда. И правые, и левые, и леваки-либералы – все в один голос твердят об угрозе радикального исламизма, хотя меры борьбы с ним предлагают разные. Правые требуют объявить исламистам войну. Либералы-постмодернисты противопоставляют исламу свободу самовыражения без границ. Макрон ратует за «просвещенный ислам». Разработан закон о секуляризации ислама. Представляя документ, премьер-министр Жан Кастекс заявил: «Политическая идеология, известная как «радикальный исламизм», является врагом республики и стремится спровоцировать вражду французов между собой». По новому закону религиозные организации должны будут раскрывать источники пожертвований на сумму свыше 10 тысяч евро. Будут урезаны возможности для домашнего обучения школьников, а приток религиозных учителей из-за границы резко сокращен. Деньги от государства смогут получить только те организации, которые обяжутся уважать светские устои республики, а врачам запретят выдавать распространенные в мусульманском мире «сертификаты девственности».
Французские либералы (и не только) возликовали. Но российский сенатор и политолог Алексей Пушков, комментируя попытки французских властей переделать ислам, написал в Telegram-канале: «Во Франции хотят перевоспитать своих мусульман и исламистов? Заставить их благодушно взирать на похабные и бездарные рисуночки «Шарли»? Вместе с журналом высмеивать Пророка? Сделать верующих мусульман наследниками Вольтера? Странная идея. Скорее 10 миллионов мусульман изменят Францию, чем Франция изменит их. Собственно, уже меняют».
С этим трудно не согласиться. Влияя на растущую мусульманскую общину в европейских странах и систему образования, исламисты переделывают Европу под себя. В авангарде процесса идут Бельгия, Франция и Нидерланды. Франция занимает первое место среди европейских стран по числу боевиков, отправившихся в Сирию воевать в рядах радикальных исламистских группировок. Исламизирована и Германия. Через два дня после расправы над французским учителем председатель Ассоциации учителей Германии Хайнц Петер Майдингер и его коллега из Ассоциации директоров школ Северного Рейна – Вестфалии Гаральд Виллерт заявили в интервью газете Die Welt: «Мы глубоко обеспокоены тем, что зарождается атмосфера устрашения. Эта атмосфера установилась уже давно, и в Германии тоже. Мечети выдвигают малопонятные требования к тому, что не должны делать на занятиях в школах. К примеру, требуют освобождения от занятий по плаванию или отмены уроков по сексуальному воспитанию. Многие темы должны быть запретными на занятии, например теория Дарвина, холокост, Америка, поскольку это «оскорбляет чувства мусульманских детей»… С середины 1990‑х годов, когда в Европе началось нашествие мусульман, политический ислам систематически оказывает влияние на западные нравы, проникает в правовое государство и образовательные организации. Этот исламизм не верование, а идеология. Пока это не изменится, мы должны быть готовы к террористическим атакам и обезглавливаниям».
В обозримом будущем ислам радикально изменит облик европейского сообщества и Европы в целом. В начале 1990‑х годов американский философ и политолог Самюэль Хантингтон провозгласил пришествие «эпохи мусульманских войн», имея в виду внешние для США и Запада войны в исламском мире, какими стали агрессии США и их союзников против Ирака, Афганистана, Сирии, Ливии, Йемена и других стран. Однако со временем «мусульманские войны» переместились извне вовнутрь западной цивилизации в виде исламизации гражданского общества, религиозной конфронтации и терактов, способы и воздействие которых раз от раза разнятся.
Около полуночи 2 ноября 2020 года группа вооруженных мужчин устроила стрельбу в шести местах в центре Вены. Один из них, одетый (как финский военный лыжник) в белый маскировочный комбинезон, разгуливал по центру австрийской столицы и хладнокровно расстреливал из автомата Калашникова прохожих. Молодой парень попытался спрятаться, прижавшись к оконному проему в стене, но «лыжник», проходя мимо, выпустил в него пару пуль, а потом вернулся и пристрелил раненого, который пытался подняться и убежать. Всю сцену убийства запечатлела видеокамера.