Путь ислама. От Пророка до Еврохалифата

Власти тянули время. Террористы же не дремали. На испанском острове Майорка 13 октября они осуществили дублирующую операцию, захватив авиалайнер компании «Люфтганза», где находились 86 пассажиров и 5 членов экипажа, чтобы поддержать требования похитителей Шлейера. Правительство ФРГ на экстренном заседании приняло решение освободить заложников, используя элитную группу спецназа ГСГ-9. Но террористы не давали это сделать, перемещая захваченный авиалайнер по аэропортам Европы, Турции и наконец приземлив его в столице Сомали Могадишо, куда тайно прибыл и немецкий спецназ. Тем временем родственники Шлейера, войдя в контакт с похитителями, решили выплатить им 15 млн марок за его освобождение. Власти воспротивились этому. В ответ 16 октября террористы убили командира захваченного авиалайнера, а его труп выбросили за борт.
Дальше ждать было нельзя. В 23.50 находившийся в Могадишо государственный министр Вишневски отдал приказ на штурм. Ровно в полночь спецгруппа ГСГ-9, бросив ослепляющую гранату в носовую часть самолета, взорвала двери и ворвалась в салон. Схватка была короткой: трое террористов были убиты, а женщина-террористка ранена. Все заложники были освобождены. Эту новость в Германии встретили с ликованием. Однако в 9 часов утра того же дня агентство ДПА сообщило странную весть: «Баадер и Энслин покончили жизнь самоубийством». Потом выяснилось, что перед этим самоубийцы общались с ведомством федерального канцлера и тогда же в той же тюрьме Штаммхайм погибли еще трое соратников «самоубийц». А вечером 19 октября 1977 года редакция газеты «Либерасьон» и бюро ДПА в Штутгарте получили такое послание от «бригады Зигфрида Хаузнера»: «43 дня спустя мы оборвали жалкое и продажное существование Ханса Мартина Шлейера. Господин Шмидт, пытаясь удержаться у власти, с самого начала спекулировал жизнью Шлейера. Он может забрать его труп в Мюльхаузене на улице Шарля Пегю в зеленом «Ауди 100 G 1» с номерами города Бад-Хомбурга». Расправа со Шлейером стала ответом террористов на Могадишо и Штаммхайм. В своем «коммюнике» они заявили: «Мы никогда не простим Шмидту и поддерживающим его империалистам пролитую кровь. Борьба только началась».
Однако после этого деятельность РАФ постепенно сошла на нет. Полиция и спецслужбы провели ряд операций под кодовым названием «Немецкая осень», в ходе которых в разных странах Европы было арестовано 169 боевиков, членов РАФ или связанных с ними. Тем не менее в 1980–1992 годах уцелевшие боевики РАФ совершили ряд убийств и покушений на убийство представителей военного командования, а также диверсии на военных объектах бундесвера и НАТО. Только в мае 1992 года РАФ опубликовала документ об отказе от террористических методов борьбы, хотя в апреле 1993‑го ее боевики взорвали новую тюрьму в Дармштадте.
Rote Armee Fraktion оставила неизгладимый рубец на общественном теле Германии. Помимо нее в 1960–1980‑х годах в Европе действовали разные экстремистские и террористические организации левого толка: «Движение 2 июня» (Д-2), «Революционные ячейки» и «Антиимпериалистические ячейки» в ФРГ, «Аксьон дарект» во Франции, «Движение 17 ноября» в Греции и др. Все они специфическими методами боролись против капитализма и рожденного им империализма за более справедливое обустройство общества.
* * *
С другой стороны, в Европе было много экстремистских организаций, чьим главным движущим фактором являлся национализм – либо в форме борьбы за национальное освобождение тех или иных этносов и создание собственного государства, либо в идеологической форме неонацизма и фашизма. Самыми известными группировками такого рода были Ирландская республиканская армия (ИРА) и баскская экстремистская организация «Эускади та Аскатасуна» (ЭТА).
Англичане еще на заре Нового времени завоевали соседний остров Ирландию. Их колониальная политика привела к тому, что ирландская территория по экономическому и религиозному признакам разделилась на две части: южную (Эйре) и северо-восточную (Ольстер). На юге, где было развито сельское хозяйство и преобладали католики, остро стояла проблема перенаселения и нехватки пахотной земли. Ирландия дважды (в 1845–1849 и 1863–1866 годах) переживала «великий голод», вызванный политикой англичан. Всё это привело к огромной эмиграции ирландцев, вследствие чего в колонизованном англичанами Ольстере численность населения росла, а на остальной части острова сокращалась. За 1841–1901 годы население Ирландии сократилось с 8 млн 178 тысяч человек до 4 млн 459 тысяч. Большинство эмигрантов (почти все – католики) переселялись в США, куда уехало более 3 млн ирландцев. Это привело к экономическому упадку южной части острова. В то же время Ольстер, где среди населения преобладали переселявшиеся туда из Англии протестанты, благодаря покровительственной политике английских властей превратился в промышленно развитый регион страны. В Ирландии (быть может, как нигде) проявился главный принцип политики английского колониализма: разделяй и властвуй.
 
Угнетаемое католическое большинство Ирландии требовало предоставления независимости и периодически устраивало вооруженные восстания, жестоко подавляемые англичанами. Протестантское же меньшинство в Ольстере всегда выступало против отделения от Великобритании и с оружием в руках боролось на стороне Британской империи против католических «бунтовщиков». Потерпев поражения на поле боя, ирландцы решили перейти к политическим формам борьбы за независимость и в 1905 году создали националистическую партию левого толка Шинн Фейн (ирл. Sinn Féin – «мы сами»), начавшую переговоры с Лондоном по вопросу о государственном устройстве, которые привели к тому, что в марте 1920 года Вестминстер принял акт об управлении Ирландией. Этим законом был учрежден отдельный парламент для шести графств Ольстера. Данный район, составляющий 1/5 территории острова, где проживала треть его жителей, был назван Северной Ирландией. Остальная часть Ирландии (26 графств) получила название Эйре. В декабре 1921 года руководители Шинн Фейн и ключевые фигуры британского правительства Д. Ллойд Джордж, У. Черчилль и Н. Чемберлен подписали в Лондоне «Статьи соглашения между Англией и Ирландией», в соответствии с которыми вся остальная часть острова (без Ольстера) получила статус доминиона под названием Ирландское свободное государство (с 1937 года – Эйре). В 1949 году Эйре вышло из Британского содружества наций и объявило себя независимой Ирландской Республикой.
Но на этом история взаимоотношений Англии и ее бывшей колонии не закончилась. По мере роста численности католического ирландского населения в Ольстере там возникли сепаратистские настроения с целью присоединения этой отколовшейся в 1920 году провинции острова к материку. Выразителем этих настроений стала Ирландская республиканская армия, возникшая в том же 1905 году, что и Шинн Фейн, и ставшая ее военным крылом. Но в отличие от Шинн Фейн – легальной организации ирландских католических националистов – ИРА никогда не признавала раздела Ирландии и выступала за присоединение Ольстера к Ирландской Республике. Ее боевики совершали единичные нападения на представителей «колониальных» властей, но широкой огласки они не имели. Час ИРА наступил неожиданно.
В июне 1969 года в Ольстере вспыхнули межобщинные столкновения протестантов и католиков (юнионистов и сепаратистов). В Лондондери только за один день были ранены 49 человек и более 40 арестованы. В столице провинции Белфасте около 100 человек получили ранения, десятки задержаны полицией. Но столкновения не стихали, и уже к августу Белфаст напоминал поле грандиозного сражения: всюду были баррикады из пустых металлических бочек, перевернутых автомобилей и горящих шин, скелеты сожженных полицейских машин, разбитые окна домов и витрин магазинов. Обстановка накалилась до предела после того, как члены протестантского ордена оранжистов устроили в городе санкционированное властями шествие по случаю очередной годовщины победы войск Вильгельма III Оранского над католическими войсками короля Якова II в 1690 году. В ходе марша воинствующие толпы протестантов ворвались в католические районы Белфаста и устроили там дикий погром. Католики оказали сопротивление. Сражение с применением огнестрельного оружия продолжалось более 50 часов. Мертвых исчисляли десятками, раненых сотнями, горели целые улицы и кварталы, более 60 тысяч человек остались без крова. Полиция (которой тоже досталось) ничего не могла поделать.