Ранчо горячих свиданий
9. Ада
В последние дни я пришла к неожиданному выводу: работать с боссом, которого терпеть не можешь, намного проще, чем с тем, кто тебе симпатичен. Особенно если выглядит он так, словно вышел из женских фантазий о ковбоях в буквальном смысле.
Всю прошлую неделю мне как-то удавалось не оставаться с Уэстоном наедине и не говорить ни о чем, кроме рабочих вопросов. К счастью, вставал он раньше меня и в утренние часы был занят… ну, не знаю уж, чем занимаются ковбои по утрам. Ближе к полудню заезжал посмотреть, что творится на стройплощадке. Обычно находил, чем помочь, а если нет, просто проверял, как у нас идут дела, и возвращался к своим занятиям.
Так что виделась я с ним гораздо меньше, чем в первый день в Мидоуларке. Однако совсем избежать этих встреч было невозможно.
И чем дальше, тем труднее становилось прятаться от Уэстона.
В начале проекта всеми работами руководит Эван. Я фактически становлюсь частью бригады, а кроме того, слежу за тем, чтобы все необходимые материалы нам доставляли вовремя и в нужном количестве.
Кроме того, не следует забывать о соцсетях. Во время работы над проектами я каждый день выкладываю сториз, три раза в неделю – посты с фото, раз в неделю – видео. Может показаться, что это утомительно, но я не жалуюсь; ведь подписчики в соцсетях – основа моей клиентуры, и я рада делиться с ними тем, как идет работа.
Некоторые считают, что я «ненастоящий» дизайнер интерьеров, поскольку этому не училась. Интересно, что они скажут, если узнают, что училась, но вылетела со второго курса?
В интернете, как и в любом другом месте, мудаков хватает, но, по счастью, у меня в «Доме там, где Харт» они почти не появляются. Мои подписчики – милые люди, и, кажется, я им нравлюсь. Не будем слушать вредный голосок в голове, твердящий: «Это только потому, что они никогда тебя не видели!»
Несколько дней назад я запостила фото с Уэстом. Случайно – да и ничего особенного он там не делал, просто стоял на заднем плане и с улыбкой смотрел на дом; но не прошло и пяти минут, как посыпались комменты типа «Придержи лошадку, ковбой!» или «С таким парнем все становится лучше!».
Я читала и очень старалась не злиться.
А тем временем Уэстон в белой футболке, которая, кажется, ему тесновата, изо всех сил лупил кувалдой по стене, разделяющей две спальни.
И при этом издавал такие звуки, что хотелось спросить, не включил ли кто-то на полную мощность термостат.
Да, меня к нему влекло, и это… странно. Обычно со мной такого не случается. Разумеется, я замечаю красивых мужчин; но если бы любой другой красивый мужчина махал кувалдой у меня перед глазами, да еще с такими порностонами – наверное, мне захотелось бы ему врезать.
Но не Уэстону.
– Ада, все нормально? – заботливо спросил Эван. Тут только я поняла, что беззастенчиво пялюсь на Уэстона.
– Да, извини. Что такое? – спросила я.
Мы с Эваном на тот момент работали вместе год с небольшим, но казалось, что я знаю его всю жизнь. Может быть, другом его и не назовешь, но он точно больше, чем просто коллега.
И знает он обо мне больше всех остальных – хотя я с ним не откровенничала. Дело в том, что друг Эвана, Картер, работал вместе с Ченсом, моим бывшим мужем. Так мы и познакомились – а дальше вся плачевная история моего замужества прошла у Эвана перед глазами.
Мы никогда об этом не говорили, но я знаю: если мне что-то понадобится, Эван всегда будет рядом. То, что он поехал со мной в Вайоминг, – достаточное тому доказательство. Впервые я получила работу вдали от Калифорнии; до сих пор все мои проекты реализовывались в Сан-Франциско или его окрестностях. Рассказывая Эвану, что придется ехать в Вайоминг на четыре месяца, я не знала, согласится ли он – но он согласился.
И я ему очень благодарна.
– Ничего, – ответил Эван. – Просто хотел сообщить: всем видно, куда ты смотришь. – Его взгляд скользнул к Уэстону и снова вернулся ко мне.
Я закатила глаза, однако мысленно поблагодарила Эвана. Еще не хватало, чтобы Уэстон заметил, как я на него пялюсь, и вообразил себе что-нибудь не то!
Хотя что-то мне подсказывало: Уэст не из таких. Когда я объявила, что между нами ничего не будет и быть не может, что у нас чисто рабочие отношения – честно говоря, ждала, что он… ну, попробует меня продавить. Хоть немного.
А он не стал.
Он уважает мои границы. Конечно, это самый минимум – хотя для меня и это в новинку. То, как он общается со мной, с бригадой, вообще со всеми, наводит на мысль, что Уэстон – хороший человек.
Однако у меня уже был печальный опыт с парнем, который поначалу выглядел очень милым, – и повторять не хочется. Да и вообще не хочу сейчас никаких отношений. Я наконец-то вернула себе собственную жизнь – и предпочитаю спокойно в ней разобраться.
Я вернулась к ноутбуку со списком материалов, начала отмечать те, что уже заказаны, и проверять подтверждения, когда с крыльца донесся звук, который в разгар ремонта услышишь не каждый день, – стук каблуков.
В дом вошла женщина. Скорее всего, даже без каблуков она была выше меня – а на шпильках ее рост приближался к шести футам. Темные вьющиеся волосы до середины спины, строгая белая блузка с длинными рукавами, широкие черные брюки, кожаная сумка через плечо – из тех дизайнерских, что на вид скромны, но стоят бешеных денег.
Ее глаза (кажется, черные) обшарили комнату в поисках кого-то… и остановились на Уэсте.
У меня упало сердце.
Да чтоб тебя! Я что, целовалась с парнем, у которого есть девушка? Да еще такая шикарная – ни дать ни взять топ-менеджер какого-нибудь нью-йоркского банка!
«Вот, Ада, что бывает, когда тискаешься в баре с незнакомым парнем, не потрудившись даже задать ему пару вопросов!»
Но ведь он тоже со мной целовался! Значит, это и его вина.
Так и знала! Не может он быть таким хорошим, как кажется!
Уэст опустил молоток и задрал край футболки, чтобы вытереть пот с лица.
Ох, блин.
Если сейчас его сфоткать и выложить, через неделю у меня будет не меньше миллиона подписчиков. Впрочем, теперь, когда я на него злилась, меня и это бесило. Почему нам приходится из кожи вон лезть, а мужчине, чтобы все от него кипятком писали, достаточно существовать и быть немного симпатичным?
Встретившись взглядом с незнакомкой, Уэст ей помахал, и лицо его осветилось улыбкой с ямочками. Когда она подошла ближе, он хотел ее обнять, но она его остановила, жестом указав сперва на его блестящую (не только от пота – во всех смыслах блестящую) грудь, затем на свою белоснежную блузку.
Он рассмеялся и жестом пригласил ее к столу, за которым сидела я. Замечательно. Теперь они идут в мою сторону.
– Ада, – заговорил Уэстон, подходя к столу, – хочу тебя кое с кем познакомить.
Я встала, соображая, как бы поделикатнее сообщить этой красотке, что она выбрала себе отстойного бойфренда. Наверное, прямо сейчас не стоит. Лучше как-нибудь потом. Взрывать бомбу там, где идет ремонт, – себе дороже.
– Это Кэм… то есть Камилла, – поправился он, словно не привык к ее полному имени. Однако имя Камилла ей подходило. Звучало очень… по-королевски. – Она адвокат, обеспечивает юридическую сторону нашего проекта.
– Юрист, Уэст, – поправила Камилла. – Юрист – это любой, у кого есть диплом, а адвокат – тот, кто сдал экзамен на допуск к практике. Я пока не сдала.
– Все ты сдала, – ответил он, – просто результатов еще не получила.
Хм. Интересно, каково это – когда рядом человек, настолько уверенный в тебе и твоих способностях?
Камилла закатила глаза, но я увидела, что она с трудом сдерживает улыбку. Выходит, Уэстон на всех так действует?
– Ада, – представилась я, протянув руку. – Рада с вами познакомиться.
– Камилла – но все здесь зовут меня просто Кэм.
Потому что все здесь, включая Уэстона, ее знают… Пожимая руку, я заметила на безымянном пальце левой руки кольцо с огромным бриллиантом – и у меня вновь сжалось сердце. Так они помолвлены?! Господи, ну я и влипла!