Принц Смерти

Смелый? Это мне только что намекнули на то, что я рановато вырядилась в королевское золото?
– Ну что вы, – лениво отмахнулась я, одновременно выразительно продемонстрировав обручальное кольцо. – В моем положении такой цвет – лишь соблюдение формальностей и дань уважения к родственникам Каэля. Не надеть подаренное платье я просто не могла. К тому же Каэль подобрал к нему такие замечательные украшения! Как вы правильно заметили, его выбор всегда безупречен. Мне ведь идет золото, дорогой?
  
Да, я расчетливо надавила на его больную мозоль. Но не одной же мне страдать от его кахоровой любовницы и ее попыток утонченно меня задеть? Пусть тоже проникнется и сделает наконец что-нибудь!
Взгляд Призрачного дракона на миг полыхнул негодующей ртутью, но намек он вроде бы понял. Изобразил на лице самое медовое выражение, на какое был способен, и промурлыкал:
– Без сомнения, любимая. Тебе все идет, а золото особенно. В нем ты буквально горишь.
У Зарины дернулась щека. Ну да, я бы тоже сильно изумилась, услышав такие слова от мужчины, который золото всю жизнь показательно ненавидел.
– Главное, чтобы леди действительно не сгорела, а то воспламенит скатерть ненароком и всех нас в придачу, – доверительно сказала Каэлю она, а затем вновь со змеиной улыбкой, больше похожей на оскал, обратилась ко мне: – Да и вообще, осторожнее, леди ди Файр. Фениксы имеют тенденцию гореть на работе. Вы уже едва не сделали своего жениха вдовцом до свадьбы.
Ну не стерва, а?! Она ведь мне уже откровенно хамит!
Я открыла было рот, чтобы бросить в ответ более резкую фразу, но не успела.
– Не переживайте, я лично за этим прослежу, – холодно отчеканил Каэль. – Моя будущая жена будет гореть со мной исключительно в пламени любви. Однако вы слишком назойливы, леди Мертел, и общение с вами меня более не интересует. Оставьте нас, я хочу закончить обед наедине с невестой.
Грубо! Недопустимо грубо для светского общества. Таким тоном прислугу из спальни отсылают, а не разговаривают с леди из высшего сословия. Конечно, принцам позволено и подобное, но отослать Зарину вот так, на виду у всех, значило буквально заявить об утрате расположения!
Я понимала, конечно, желание Каэля избавиться от навязанной отцом пассии, но чтобы так радикально сжечь все мосты? Тем более, они ведь все-таки какое-то время встречались и были близки…
Неожиданностью это оказалось не только для меня, но и для Зарины. На лице бывшей фаворитки отразилась растерянность.
– Ваше Вы…
– Прощайте, леди Мертел, – перебил Каэль и демонстративно вернулся к еде, окончательно отрезая Зарине возможность продолжения разговора.
Глаза драконши полыхнули огнем. Наполненный смесью уязвленного самолюбия и ненависти взгляд метнулся ко мне, словно желая испепелить на месте. На миг мне даже показалось, что обручальное кольцо потеплело, хотя это, конечно, было самовнушением.
Ответила отвергнутой фаворитке легкой улыбкой и тоже отвернулась к столу. Там меня ждал десерт, еще более вкусный после общения с Зариной. Правда, когда драконша отошла, не удержалась и тихо отметила:
– Это было не слишком вежливо.
– Возможно, – не стал спорить Каэль. – Зато она ушла.
– И тебя слышали все вокруг.
– Пфф, и что? – беспечно отмахнулся он. – Тем веселее будет, когда об этом доложат Харту и отцу.
– Ты отослал ее на виду у всего народа только ради веселья? – я осуждающе качнула головой.
Каэль вмиг посерьезнел. Устремленный на меня взгляд стал пронзительным и наполненным решимостью.
– Нет, – четко произнес он. – Я отослал ее ради тебя. Я люблю тебя, и хочу, чтобы все об этом знали, включая и Зарину, и моего отца.
Ох!
От признания меня опять бросило в жар, а сердце застучало сильнее. Не могла я спокойно реагировать на такие слова от мужчины, который вопреки всем логическим доводам все равно был слишком притягателен! До безумия хотелось поверить в них и поддаться…
«Нельзя. Потому что, если поддаться, потом будет больно. Ты ведь понимаешь, что на самом деле это не любовь. Он не может любить. Не тебя».
– Каэль, – выдавила я. – Мы ведь уже говорили. Это не любовь, это просто симпатия и чувство вины. И…
– И можно я сам буду решать, что чувствую к тебе. Хорошо? – с нажимом перебил он.
Стук сердца стал тяжелым, отдаваясь пульсацией в висках. Знакомой. Неприятной. Уверенность мужчины, перерастающая в упертость, давила, отчего дыхание перехватывало, словно горло опять сжимала удавка.
– Давай закроем эту тему и просто спокойно закончим обед? – попросила я и, не удержавшись, потерла виски.
И Каэля внезапно как подменили. Лишь на миг в его взгляде проскользнуло что-то похожее на тревогу, а затем лицо смягчилось. Ушла решимость, исчезло давление, а на лице заиграла легкая мягкая улыбка.
– Конечно. Десерт понравился? Можем заказать еще, – предложил он.
Я нервно посмотрела на почти опустевшую вазочку и… почему бы и нет, собственно? После нервотрепки просто необходимо успокоиться и вернуть хорошее настроение!
– Давай. Только теперь тот, что был в прошлый раз. Я его тогда толком и не попробовала.
Не прошло и пары минут, как передо мной стояла очередная великолепная сладость. Каждая его ложечка как целительный нектар притупляла неприятные эмоции, а вместе с ними и тупую боль в висках. Когда же блюдо подошло к концу, я снова вернула себе прежнее благостное расположение духа, и на предложение Каэля отправиться домой ответила согласным кивком. Вот только самостоятельно подняться мне не дали.
Пока я откладывала салфетку, Каэль неожиданно быстро оказался рядом и протянул мне ладонь. Галантный жест выглядел на столько естественно и правильно, что я рефлекторно ответила на него без малейшего сопротивления. Как только мои пальчики коснулись твердой мужской ладони, их тут же бережно сжали, позволяя мне опереться и элегантно подняться.
И я очень сильно совру, если скажу, что подаренная Каэлю в ответ благодарная улыбка была продиктована лишь необходимостью поддерживать образ влюбленной пары. Мне была приятна эта ненавязчивая забота, то, как рука дракона ложится на талию и легко подталкивает к открывшемуся порталу.
– Спасибо за чудесный вечер, – стоило нам оказаться в холле агентства проговорил Каэль и коснулся губами моей до сих пор пребывающей в его плену руки.
Легкое, пропитанное нежностью прикосновение мириадами молний пробежало по телу, заставив острее ощущать близость стоявшего рядом мужчины, его скользящее по тонкой коже кисти дыхание, и тонуть в направленном на меня пытливом и одновременно жаждущем взгляде.
Внезапность происходящего моментально поглотила сознание, а на задворках пролетела совершенно ошалелая мысль: «Почему я отказываю самой себе?». Ведь ничего не стоит позволить себе погрузиться еще раз в водоворот чувств, который дарят поцелуи Каэля. Сократить то мельчайшее расстояние, что между нами осталось, и вместо горячего дыхания получить жаркое касание губ.
«Стоять!» – словно сверло ввинтился в мозг резкий приказ, и я поспешила отстраниться от наклонившегося слишком близко ко мне мужчины.
Да что же я творю?!
– Я… я лучше пойду, – промямлила я, внутренне костеря себя за то, что так опрометчиво забылась.
– Иди, – хрипло проговорил Каэль, но вопреки собственным словам не отпустил.
И если совсем недавно его прикосновения были сродни объятьям невесомого обволакивающего облачка, то теперь превратились в пугающий стальной капкан. Пришлось с силой упереться в его грудь и лишь так выскользнуть из рук.
Я шустрой белкой метнулась к лестнице на второй этаж, на протяжении всего пути спиной чувствуя обжигающий взгляд принца. И бежала от него.
Жаль, от себя убежать невозможно.
Закрыв дверь, я привалилась к ней и глубоко задышала, пытаясь вернуть утерянное спокойствие.
Как я могла забыться? Я ведь сама его едва не поцеловала!
От осознания этого на душе становилось еще поганее. Опять я норовила наступить на те же грабли!