Русская партия (СИ)
Ибрагим бей даже не побелел, он уже позеленел. Ведь ещё одного представителя татарского народа пришлось прилюдно казнить. Правда был суд, на котором присутствовали все желающие. И казнили как раз-таки за воровство. А мой, так получается, что зять, наворовал ещё больше. И не боится же!
— Я всё исправлю, — с видом учёного человека сказал Ибрагим.
Я не стал бы сейчас с ним разговаривать, демонстративно отвернулся. Мне нужно было ещё изучить многие документы, на основе которых предполагалось расширять программу телеграфной связи и железнодорожного транспорта.
— Уходи! Мне работать нужно! — сказал я, как отмахнулся от назойливой мухи.
Увлекательнейшее занятие у меня — железная дорога. Поезда у нас пока ещё не ходят в том смысле, в котором это можно было бы подумать. Хотя прототипы паровозов уже создаются. Пока лишь поездами называем конки, один или два небольших вагончика, в которых помещаются в каждом десять-пятнадцать человек, и эти вагончики тянут четыре лошади по рельсам.
Луганский литейный завод уже заработал. И кроме того, что он начнёт вот-вот отгружать военную продукцию, кстати к чему приурочено и начало следующей войны с турками, там ещё производятся и рельсы.
Чугуна выплавляется в России сейчас не просто много, а очень много, вопрос только в доставке с Урала чугунных изделий. А вот из Луганска вполне можно на баржах до Крыма доставить уже готовые рельсы.
Крым стал своего рода инновационной площадкой, где апробируются многие из тех новшеств, которые в обязательном порядке уже вот-вот начнут появляться в России. Я не буду сперва делать увеселительную железную дорогу до Царского Села, а сразу же начнётся строиться масштабный проект железной дороги от Петербурга в Москву. А техологии тут, в Крыму и апробируются. И строители тут же, которые отправятся на север.
Рельсы имеются, нужно только их доставить в Москву, но для этого ждём не дождёмся, когда всё-таки откроется Волго-Донский канал. И Бог в помощь нам. А там гляди, через год, когда часть дороги должна быть построена, можно будет пустить на пробу и первый паровоз.
Так что за четыре года Россия, может, и не ушла вперёд слишком далеко, но всё ещё представляется наиболее перспективным регионом в мире. По крайней мере, исходя из тех знаний, которые у меня имеются.
Пока ещё та ситуация, когда мы вкладываем огромные средства в развитие, постоянно что-то развиваем, развиваем, а прибыли из этого имеется не так много, хотя и предприятие настроили колоссальное количество. Может пора сбавить темпы роста промышленного производства? Нам просто некому будет скоро продавать то, что мы уже производим.
Того и гляди, а России, придётся деятельно включаться в гонку за колониями. И как раз на это нацелена, длящаяся уже второй год война с Ираном. Нам нужен устойчивый проход через персов в Индию.
— Ваша Светлость, — через час, как я закончил совещание, в кабинет зашел Кашин. — К вам господин, которого вы ждете уже четвертый день.
Я тут же отложил дела, подобрался. Тайный посланник прусского короля Фридриха II, наконец, прибыл на переговоры. Что ж… каша заваривается.
Глава 17
Чтобы понимать японский, нужно думать по-японски.
Севастополь.
12 июня 1742 год.
Я вышел на балкон. Отличная панорама. Выйду на пенсию, так обязательно поселюсь здесь. Как сказано в одном фильме: «Ляпота-то какая!». Ветерок с легким солоноватым привкусом был приятен до исступления. Вот так бы стоять, держать в руках прохладительный напиток, тот же лимонад, который вот-вот начнем выпускать в Николаеве. И еще бы рядом дети, жена…
Пенсия? Я думаю о пенсии! Смешно! Если за скобки брать мой столетний возраст из прошлой жизни, так мне сейчас только лишь двадцать пять, ну пусть почти двадцать шесть лет. Удивительно!
Нет, точно войду в историю, как самый молодой. Вот только хотелось бы, чтобы помнили люди по поступкам. И сколько еще нам открытий чудных… Жаль, не особо и много. Вот знал бы… Хотя бы учебники школьные проштудировал перед началось новой жизни. Но, увы.
Опять же… Какое к мужеложцу Фридриху увы? Сколько сделано, сколько проектов в процессе реализации!
Меня прервали… В комнату постучали и я нехотя покинул балкон, прикрыл двери, чтобы с улицы было еще более проблематично подслушать то, что слушать никому категорически нельзя. Тайная политика не терпит лишних ушей. Тут и две пары этих слуховых органов порой бывает много.
— Я рад приветствовать вас, Людвиг, на Крымской земле! — сказал я, протягивая руку своему гостю.
Он был в некотором смысле шокирован. Ведь так стремился оставляться инкогнито. Столько раз этот немец использовал поддельных документов и даже менял личины: то усы приклеивал, то даже парик надевал. Хорошая была проверка на профпригодность для филеров, которые вели шпиона от самого Гомеля через всю Малороссию и Новороссию.
А тут я называю его тем именем, которое ему и вовсе посоветовали забыть на некоторое время. Правда не получилось бы, что я выдал своего человека в окружении Фридриха Прусского. Нет, не должно.
Но я не мог допустить к себе какого-то там пруссака, даже не уточнив, кто он такой. Надеюсь, что у других спецслужб, прежде всего, у австрийцев, подобных ресурсов, которыми я обладаю для познания неизвестного, попросту нет. Да у них денег нет столько, чтобы финансировать огромный штат Тайной канцелярии. Ведь большую часть работу этого ведомства оплачиваю через Фонд и через дивиденды от Русской Американской компании и от Торгово-Промышленного товарищества.
Хотя, разглядывая своего собеседника, предполагаю, что моё вмешательство в некотором роде поспособствовало развитию спецслужб мира. Такая конспирация! Того и гляди, а война спецслужб, или как в иной реальности это называлось «большая игра», начнется раньше и не только за Среднюю Азию с Великобританией.
— Осмелюсь предположить, что вы, ваша светлость, прекрасно осведомлены о том, зачем я здесь, — сказал мой гость. — И да… Примите мое восхищение. Я был уверен, что в Киеве смог уйти от ваших людей. Они лишь раз показались мне. Как?
Сейчас я ему взял и рассказал. Просто мы используем и такие нелинейные ходы, до которых тут не додумались. В Тайной канцелярии, причем и в силовом блоге и в следственном, есть женщины. Их мало, но они есть. И если барышня будет осуществлять слежку, никто и не заподозрит. Просто это невозможно!
— Составьте мне компанию, Людвиг. Я намереваюсь пообедать. За едой могли бы поговорить. Сосисок и пива, как в замечательном заведении Берлина «Гусь на вертеле», вашем любимом, у меня не предвидится. Но рубленые пожарские котлеты с картофельным пюре и Русская каша найдутся, — улыбнулся я.
Насчет того, что он ходит в трактир «Гусь на вертеле» я немного блефовал, чтобы накинуть таинственности и мокнуть пруссака. Просто там чаще всего тайные агенты Фридриха получают задания.
Конечно же, прибывшему ко мне шпиону и посланнику от мужеложца Фридриха II ничего не оставалось, как согласиться на переговоры, жуя за столом. Я был уверен в том, что даже те простецкие на вид блюда, которые я сегодня собираюсь употребить, будут гастрономическим экстазом для переговорщика от Прусского королевства.
Особенно хорошо моему повару удаётся Русская каша, которая в иной реальности была названа гурьевской. Вот уж поистине русский традиционный кулинарный шедевр. Ну или почти русский, так как там много сухофруктов, не особо традиционного продукта в России.
Впрочем, казалось бы, простые котлеты по-пожарски также мало кого оставляют равнодушным. Ну а картофельного пюре, такого, как сейчас готовят в России, этот берлинец не мог нигде попробовать, кроме, собственно, как в Российской империи.
— Если я правильно понял, зачем вы прибыли, то уверен, что мы сможем договориться с вами буквально за несколько минут. Не переживаете ли вы, что проделали такую большую работу и преодолели такое большое расстояние, чтобы услышать от меня буквально несколько слов? — говорил я, доедая кашу.