Держи крепче (СИ)

— Что за допрос с пристрастием в шесть утра? — проворчал я, стягивая промокшую обувь и бросая сумку на пол.
— А ты как думаешь? — она смерила меня взглядом с ног до головы. — Ты похож на человека, который только что вышел из цунами. Где ты был? Рыб ловил голыми руками?
— Почти угадала, — попытался ей усмехнуться, натягивая привычную маску иронии. — Подумал, надо воспользоваться дождём — бесплатный душ. Экономлю семейный бюджет.
Она фыркнула, отпивая чай:
— Шутки шутками, но ты не ответил.
Я отвернулся, стягивая мокрый свитер и стараясь не замечать её пристального взгляда.
— Гулял, — бросил ей коротко.
— Гулял? — удивлённо повторила она. — Под дождём? Всю ночь? Ты спятил?
— Юкино, умоляю, — я устало взмахнул рукой. — Не преувеличивай. Это всего лишь дождь, не ядерная зима.
Она смерила меня долгим, подозрительным взглядом. Затем медленно поставила чашку и скрестила руки на груди.
— Ты врёшь.
— Что?
— Ты врёшь, Казума, — в её голосе появилась непривычная серьёзность. — Я знаю тебя слишком хорошо, чтобы не заметить, когда ты пытаешься что-то скрыть. Ты выглядишь так, будто тебя пропустили через центрифугу. Это не похоже на «просто прогулку».
Я молчал, пытаясь сохранить на лице нейтральное выражение.
— Ты в порядке? — вдруг спросила она тихо, и в её голосе прозвучала искренняя тревога.
Я поднял глаза, и на мгновение захотелось сказать правду. Рассказать ей всё. О Рин, о боли, которая разъедала изнутри. Но быстро проглотил это желание и натянул привычную маску.
— Конечно, в порядке, — сказал ей с фальшивой лёгкостью. — Ты же знаешь меня — я как Сайтама. Безразличен ко всему.
Юкино прищурилась.
— Безразличен?
— Да. Меня невозможно выбить из колеи. Ни дождём, ни проблемами. Сверхчеловек-хикикомори.
Она хмыкнула и отвернулась, но в глазах мелькнуло что-то похожее на грусть. После пробормотала:
— Дурак ты, Казума.
— Ага.
Юкино снова посмотрела на меня, не так, как обычно. Без привычной язвительности или снисходительного сарказма. Скорее с пониманием, что сводный брат что-то скрывает.
— Ты сильный, Казума, но… — она помедлила, подбирая слова. — Знаешь, сила — это ещё и умение попросить о помощи, когда она нужна.
Я смотрел на неё молча. Слова застряли где-то в горле. Да и что мне ответить? Внутри пустота и глушь.
— Ладно, — она вдруг поднялась, демонстративно взяв чашку с чаем. — Делай, что хочешь. Но если простудишься и сляжешь с температурой, я не буду носить тебе еду в комнату.
— Как жестоко. Тронут твоим равнодушием, сестрёнка, — отозвался я, пытаясь сгладить момент шуткой.
Юкино хмыкнула, но, уходя в свою комнату, мягко бросила через плечо:
— Просто не вздумай сломаться, Казума.
Я смотрел ей вслед, пока её силуэт не исчез на лестнице. Слова застряли в ушах и оставили глухой след где-то в груди.
Не вздумай сломаться.
* * *
Чёрный седан плавно подъехал к гигантскому зеркальному зданию в центре Токио. Корпорация Кобаяси — одно из крупнейших и самых влиятельных имён на рынке технологий и инвестиций. Даже в пасмурное утро её фасад отражал свет пробуждающегося города, создавая впечатление, что это не здание, а монолитная глыба из стали и стекла, поднявшаяся над мегаполисом.
Каору сидела на заднем сиденье автомобиля, скрестив ноги и не отрывая взгляда от смартфона. Длинные пальцы стучали по экрану с какой-то нечеловеческой скоростью и точностью. На лице маска безразличия.
— Госпожа Каору, мы на месте, — раздался голос водителя.
Она убрала телефон в сумочку и без эмоций произнесла.
— Жди здесь.
И вышла из машины. Тёмное пальто с лёгким шелестом скользнуло вниз, подчёркивая идеальный силуэт. Высокие каблуки чётко и уверенно отбивали ритм по мокрому асфальту. Ветер растрепал её волосы, но она даже не сделала попытки их поправить — каждое движение излучало холодное достоинство и уверенность.
Перед входом в здание уже ждали. Двое сотрудников в идеально выглаженных костюмах с лёгкими поклонами поприветствовали её и проводили внутрь.
  
Лобби корпорации представляло собой минимализм и роскошь. Белые мраморные полы, элегантные стальные колонны, мягкий свет, струящийся от потолочных светильников. В углу тихо журчал искусственный водопад, создавая успокаивающий фон.
— Доброе утро, Каору-сама, — приветствовала её молодая ассистентка, склонив голову. — Господин уже ждёт вас в кабинете. Прошу, следуйте за мной.
Каору кивнула, ничего не говоря, и последовала за ней. Лифт был настолько просторным, что в нём можно было бы провести пресс-конференцию. Когда двери закрылись, Каору мельком взглянула на своё отражение в зеркале.
«Спокойно. Ты всё держишь под контролем. И не проиграешь ему…»
Её пальцы, однако, всё-таки чуть сжались на ремешке сумочки.
Когда двери лифта открылись, перед ней предстал длинный коридор с глухими стенами, отделанный чёрным деревом и с серым ковровым покрытием. В конце — массивная дверь с гравировкой в виде чёрного круга, символизирующего семейный герб Кобаяси.
Ассистентка открыла дверь и тихо сказала:
— Господин ждёт вас.
Каору, незаметно сглотнув, вошла.
Кабинет Кобаяси Изаму напоминал тронный зал. Панорамные окна выходили на серое утреннее небо Токио, а массивный чёрный стол был центром этого огромного пространства. Сам Изаму сидел за ним, как император, одетый в строгий костюм и накинутым на плечи традиционным хаори.
Каору остановилась напротив, пытаясь выглядеть уверенно, но напряжённые плечи выдавали внутреннее беспокойство.
— Каору, — начал Изаму, поднимая голову от бумаг, которые держал. Взгляд чёрных глаз был холодным, как утренний дождь. — Садись.
Та подчинилась, плавно опустившись в кресло напротив.
— Ты хочешь, чтобы я выслушал твои оправдания? Или всё-таки пришла за советом?
Каору напряглась, но быстро взяла себя в руки.
— Я пришла, чтобы сообщить, что всё под контролем, отец.
Он ухмыльнулся, но в улыбке не было тепла. Никакого. Абсолютно.
— «Под контролем». Забавно. Ты уверена в этом? Потому что мне кажется, что ты просто копаешь себе яму.
Та чуть наклонилась вперёд, пытаясь отстоять свою позицию.
— Если ты о Казуме, отец. То уверена. Я защищаю своего сына. Всё, что я делаю, направлено на его благо.
Изаму приподнял бровь.
— На его благо? Тебе напомнить, что именно твоя «защита» сломала жизни других людей? Или ты настолько ослеплена своей манией контроля, что не замечаешь этого?
Она стиснула зубы, но ничего не сказала.
— Ты спасла его от уголовного дела в средней школе. Хорошо. Но каким образом? Выслала семью той девочки, ради которой он тогда ввязался в драку. Ты даже не задумывалась о том, что это разрушит её жизнь.
— Эта девочка была причиной его проблем, — отрезала Каору. — Если бы её не было, он бы не пострадал.
— Причиной его проблем? — Изаму усмехнулся. — Каору, ты стала причиной его проблем задолго до этого. Ты бросила его. Бросила его отца. А теперь возвращаешься, как будто у тебя есть право вмешиваться в его жизнь.
— Я ушла, потому что так было нужно.
— Нет, ты ушла, потому что испугалась Казуму. Ты думала, что сможешь просто начать новую жизнь, завести другого ребёнка, но что в итоге?
Её пальцы сильнее вцепились в подлокотники кресла.
— Отец, это не твоё дело.
— Моё. Речь идёт о моём внуке. Единственном внуке, Каору. Твоё желание завести ещё одного ребёнка провалилось, и теперь ты лезешь в жизнь Казумы, как будто это что-то исправит.
Его голос стал тише, но от этого ещё более угрожающим.
— Ты знаешь, почему я позволил тебе вернуться в корпорацию? Потому что надеялся, что ты изменишься. Но вместо этого ты снова пытаешься играть в мать, которой никогда не была.
— Даже так. Я всё ещё его мать, — ответила Каору. Голос дрожал, но она продолжала говорить. — И сделаю всё, чтобы защитить его.