Глава рода (СИ)

Тот молча отошёл. Щёлкнул выключатель, яркий свет резанул по глазам. Проморгавшись, требовательно воззрилась на Рюриковича. С непроницаемым лицом он опустился в роскошное кресло. Закинул ногу за ногу, небрежно поинтересовался:
— Предположения есть?
Внутри всё свернулось в тугой узел, во рту пересохло. Неужели интуиция предупреждала именно об этом? Император меня запрет⁈
  
— Ты же обещал, — выдохнула я, всё ещё не желая верить.
— Люди лгут, — бросил он безразлично.
А я ведь ему поверила…
Лавиной нахлынуло отчаянье. Хотелось завыть от душевной боли и собственной глупости. Глуша рвущийся из горла крик, я закусила губу до крови, вонзила ногти в ладони.
— Ты беспринципная сволочь, — процедила сквозь зубы.
Он смотрел на меня безучастно, покачивал начищенным туфлем. Гнев клокотал, грозил пролиться наружу.
— Это всё? — лениво поинтересовался Дмитрий.
И тут меня накрыло.
— Ненавижу! — заорала я вовсе горло.
Не задумываясь, зачерпнула силы, резко замахнулась. Пламя сорвалось с руки, помчалось в этого лживого подонка. Радостно взревев, огонь жадно накинулся на кресло, скрыв под собой мужчину. В этот же миг поняла, что кто-то стоит за спиной, а предплечья крепко прижаты к телу. Дёрнулась, пытаясь освободиться
— Успокойся, уже всё, — шепнул государь и громче добавил: — Я не собираюсь сажать тебя под замок. Прости, мне надо было тебя разозлить.
— Что? — переспросила, не веря своим ушам.
— Ненависть ко мне, лучшая защита. Для тебя, — тихо сказал он. Разжав бульдожью хватку, обнял. Прижимая спиной к своей груди, ровным тоном попросил: — Посмотри на правую руку.
Убью гада! Сначала послушаю, а потом убью!
С трудом контролируя эмоции, подняла ладонь. На среднем пальце красовался перстень главы рода Апраксиных, а вот на безымянном теперь было два кольца. Но ни одно из них, не узнавала.
— То, что потоньше, я надел тебе при помолвке. Второе обручальное.
— И-и-и? — протянула многообещающе — кровожадно.
— Стоять надоело, — невозмутимо бросил этот самоубийца.
Подхватив меня на руки, направился к кровати. Улёгшись, положил голову к себе на плечо и крепко прижал.
Дать бы тебе по одному месту. Больно! Вот кто так делает⁈
Я сердито сопела. Дима лежал рядом и не шевелился. Злость потихоньку отступила. Но желание, что-нибудь отвинтить Димитрию Иоанновичу осталось.
— Хочется тебя придушить, — сказала я искренне.
— Верю, — он усмехнулся. Спустя короткую паузу, серьёзно сказал: — Показательная казнь глав родов остудила особо горячие умы. Но те, кому я категорично не нравлюсь в роли правителя, затаились и ждут удачного момента. Пока не вычислим заговорщиков и ты, и ребёнок в опасности. Разумнее всего спрятать тебя в надёжном месте, — почувствовав, как я напряглась, некромант нежно поцеловал меня в висок. — Но логика идёт вразрез с твоими желаниями.
Да неужели⁈
Я раздражённо нахмурилась, но промолчала.
— Твой разум закрыт, однако эмоции считываются. Помолвочное кольцо — это артефакт. Оно зафиксировало твою лютую ненависть ко мне. Теперь даже самый опытный менталист, расспрашивая, не усомниться: у тебя ко мне нет и намёка на хорошее отношение.
— Почему считаешь, что меня непременно станут спрашивать о тебе? — торопливо спросила и тотчас прикусила язык.
Вот я…неумная. Ответ же лежит на поверхности. Студенты военной академии не раз видели нас с Дмитрием. Два и два сложить несложно. Наверняка поделились новостями с родителями. В общем, тесное знакомство императора и серебряной ведьмы — секрет полишинеля.
В родном мире по знакомству много чего делали, а здесь целое его величество! Так что, да. Гадкие отношения самое оно. Но тут другая засада: могут попытаться склонить в оппозицию.
— Похоже, отвечать нет необходимости, — губы мужа прошлись по моей скуле.
Я вывернулась из объятий Рюриковича, нависла над ним.
— Не боишься, что переметнусь в стан врага? — глядя в глаза, поинтересовалась задумчиво.
— При текущем положении дел, я гораздо выгодней тебе живым, — спокойно ответил Дмитрий.
Я окаменела. Пытаясь осознать услышанное, неверяще смотрела на его невозмутимое лицо.
— Ты считаешь меня продуманной, алчной сукой? — выдохнула шокировано.
— Запоминай, императрица. Иногда слова — это всего лишь констатация факта, без второго дна. Не прогнозируй мысли и поступки людей исходя из собственной реакции, — его величество улыбнулся. — У индейцев есть пословица: «Чтобы понять человека, надо две луны отходить в его мокасинах».
Прав. Но ей-богу, придушить хочется!
Резко села. Пряча нервозность, я поправила съехавшую набок шубу и принялась излишне долго поправлять подол платья на коленях. Встав с кровати, Дмитрий прошёл мимо жирного следа сажи, оставшегося от кресла. Остановившись у шкафа, распахнул створки. Взяв с полки саквояж, вернулся ко мне.
— Здесь деньги. Их хватит на полное погашение долга по кредитам Апраксиных. То, что останется — тебе на текущие расходы, — государь плюхнул сумку на постель. — Сегодня тебя вызывают на допрос. Если нет желания, можешь не ходить. Тайная канцелярия дело изъяла, с начальником отдела пообщались. Максимум, что ждёт тебя во время визита: извинения за беспокойство.
Покосившись на саквояж с деньгами, я глухо поинтересовалась:
— Я так понимаю, глупо спрашивать откуда знаешь про долги и про полицию?
Дима усмехнулся. Устроившись рядом со мной, помолчал, а после тихо сказал:
— Ты уже сейчас в центре пристального внимания глав родов. Как только беременность перестанет быть тайной, начнутся глобальные проблемы. Знаю, что в тебе дух бойца, но может, не стоит ввязываться в борьбу? Я обеспечу максимально комфортные условия. Спокойно родишь, а после представлю тебя подданным, как свою супругу и императрицу, — он повернулся и замер, ожидая ответа.
Бесспорно, его предложение разумно. Но нет. На собственном опыте знаю — у каждого успеха горький вкус соли. Раз стала женой императора, то для начала не помешает узнать этот мир… с изнанки. Ну а если совсем откровенно, то с таким мужем не особо и страшно ввязываться в драку. По всей видимости клятвы в этом мире не пустой звук.
Я положила голову на плечо Дмитрия, негромко спросила:
— Разве можно научиться плавать, не входя в воду?
— Странно бы было ожидать от тебя иного, — некромант хмыкнул. — Помолвочное и обручальное кольцо, кроме нас с тобой никто пока не увидит. Захочешь узнать подробности, потряси своего ушастого. Про энергетические потоки он знает всё. Ещё момент. Столько зомби тебе точно не нужно. Конструкт дематериализации Або я передал. Уничтожай мертвецов поочерёдно. Максимум девять в сутки. В противном случае, возможно магическое истощение.
— Спасибо, — потёрлась щекой о его пальто.
Если опустить момент с «разозлением», от некроманта вижу лишь искреннюю заботу. Стоп. Димитрий Иоаннович, как-то уж слишком хорошо меня прогнозирует. Когда настолько успел узнать мой характер?
— Есть вопрос, — я плотно переплела пальцы. — В тему о мокасинах. Когда умудрился походить в моих?
Дима вновь встал с постели, протянул руку, помог подняться. Поправив капюшон, обнял и признался:
— В тот день, когда мы с тобой пошли на сумеречный уровень, привратник передал мне последние тринадцать месяцев твоей жизни. Так что было время тебя узнать, жена.
— Оу, — я озадаченно качнула головой.
— Нам пора, — Дмитрий отпустил меня с искренним сожалением. — Магической защиты в этой комнате нет. Тоннель построишь с легкостью. Уходим поодиночке. Ты к себе, я во дворец.
Почему так? Кто ж его знает.
Кивнув, я уверенно начертала в воздухе руны. Захватив портфель, подошла к входу в портал. Обернулась, спросила:
  
— Когда тебя ждать?
— Позовёшь, приду, — ответил он невозмутимо, но во взоре затаилась грусть.
«Не заставляй чувствовать себя гадиной!» — взмолилась я мысленно.
А вслух сдержанно обронила: