Как достать архимага 4 (СИ)

Но стоило нам переступить порог храма и отрезать Сердце от улицы, ситуация в корне изменилась.
Во-первых, встреченные нами служители бухнулись перед нами на колени. Во-вторых, по золотым узорам собора прошли искры силы, подсветив каждый изгиб стен и колонн. И в-третьих, что, на мой взгляд, было самым потрясающим, нити из артефакта устремились к алтарю и моментально упаковали его в кокон.
  
— Вот, я же вам говорил, что это наша сила, и Сердце солнца должно находиться здесь, — не без гордости заявил Никита Игнатьевич. — Сейчас мы получим заряд магии и сможем проводить дополнительные служения.
— А вы точно в этом уверены?
Его эмоции перекрыли его разум, бывает. Я прекрасно видел, что плетение не отдает силу, а забирает ее. Видимо, артефакт слишком долго был в стазисе и теперь собирался вытянуть из всего окружающего пространства каждую крупицу небесной силы.
Когда алтарь отдал, все, нити начали подступать к накопителям. И вот тогда служители уже засуетились.
— Уходите немедленно! — вопил Никита Игнатьевич. — Мы и так без магии, так вы еще и последнее забрали! Вон!
Смех я умудрился сдержать, как и поспешно выйти из собора. Но артефакт продолжал упорно тянуться к источникам силы.
Чтобы окончательно оборвать жадные плетения, я взмыл в воздух и завис в небе, ловя артефактом солнечные лучи. Это подействовало.
Болтался над городом минут двадцать, пока окончательно не стало темно, и Сердце не погасло.
Опустился на землю, кивнул Васе и посмотрел на служителя. Тот был совершенно сбит с толку. Прямо сейчас за какой-то час его картина мира перевернулась с ног на голову.
— Никита Игнатьевич, завтра я отнесу Сердце обратно на гору. Там начнут возводить постамент, чтобы артефакт всегда был на солнце. Это позволит ему наполниться магией и заработать уже в прежнем режиме.
— В прежнем режиме, — эхом повторил он.
— Артефакт не должен никому принадлежать. Он сделан для другого.
— Для чего?
— Чтобы поддерживать баланс сил в мире. Небесной, как вы прекрасно заметили, стало намного меньше, потому что вот такой источник, — я кивнул на артефакт, — заснули. Или истощились.
— Но почему сейчас он заработал?
— А вот это науке еще не известно, — ответил я.
Я и сам еще толком не разобрался, почему он сработал. Здесь нужна подсказка белоснежных атарангов. Но возвращаться в селение я пока не собирался. А то опять застряну на месяцы.
— То есть, когда Сердце солнца заработает, магия вернется? — тихо спросил Никита Игнатьевич.
— Я надеюсь, что это так.
— Хорошо. Я предупрежу остальных, что постамент на горе — неприкосновенное место. Мы выставим почетную охрану.
— Еще там будут сотрудники музея. Все же по документам — это их собственность.
— Но вы же сами сказали, что оно принадлежит аттаангам!
— Одно другому не третье, — пожал я плечами. — Мы с вами связаны бюрократией надежнее, чем к истории сотворения мира.
Больше ничем служители помочь мне не могли. Я проверил все возможные теории, убедился, что подлинная история атарангов закрыта от всех, как и источники.
Осталось только вернуть Сердце на свое место и ехать дальше.
— Василиса, а что за заклинание ты сделала, когда Никита Игнатьевич нас атаковал? — вдруг спросил я.
— Обычную молнию, — призналась она. — Я не была уверена, что она сработает, поэтому решила выжать время.
Перед глазами мелькнула картинка разрушенного собора, меня всего в копоти и обалдевшего служителя, который попал под Васино плетение.
— И правильно сделала, — сказал я. — Пошли домой. Это был долгий вечер.
Вася взяла меня под руку, и мы пешком отправились до гостиницы. Вечер был теплый, все небо усыпали звезды, а в душе царила тишина. Я наслаждался каждой минутой прогулки, не хотелось ни о чем думать, даже про артефакт, который оттягивал мне карман.
В голове не укладывалось — пошел в музей и наткнулся на то, что никто и никогда не должен был найти! Вот это удача! Видимо, судьба решила отдать мне должное за все приключения в селении и отсутствие силы.
Сразу за этой мыслью, пришли и другие.
А сколько таких находок лежит в музеях?
Захотелось резко свернуть в сторону архива, но в этом городе его не было. Нужно было отправляться в какую-нибудь столицу. Можно еще написать исследователям, но как я опишу найденное? Плод неизвестного дерева? Выглядят ли остальные так же?
Надеюсь, последний вопрос сможет разъяснить Жу, раз она участвовала в создании источника.
Тем временем мы с Васей уже дошли до гостиницы. Заходить в здание с суетой сотрудников и ярким сиянием светильников совершенно не хотелось. К тому же Василиса тепло прижималась к руке, и не было желания ее отпускать.
Так и стояли в крошечном саду перед входом, пока луна уже не посеребрила листья деревьев.
— А что будет потом, Леш?
— Когда?
— Ты запустишь источники, восстановишь магию. Что ты будешь делать дальше?
— Найду остальные. Будешь хорошо учиться, поедешь со мной.
— Ой, Леш, ну что ты начинаешь-то? Я не об этом.
— А о чем тогда? — мне было так хорошо, что я не задумывался над смыслом ее вопросов, нужно будет, скажет прямым текстом.
— Я к тому, что ты хочешь всю жизнь провести в путешествиях. А когда все это уже сделаешь? Что дальше?
— Уеду в глухую деревню, где нет магии, и построю себе дом, — сказал и чуть не рассмеялся.
Боюсь, что даже в таком месте из-под какого-нибудь камня выползет неведомое и скажет: «Архимаг! Приключения ждут!» И я сорвусь, поеду сломя голову.
Прав был Бережной, когда спросил, что я буду делать в своем отпуске, ведь помру со скуки. Не зря он мой лучший друг. Теперь вот и Васю интересовал тот же вопрос.
Но что я мог ответить?
Я вспомнил, как решил поскучать в столице, а потом сиганул в воду, чтобы доплыть до затерянного храма. С этого и началось это все приключение. Чем дальше, тем чудесатее. Даже не представляю, что ждет за поворотом.
И мне это, черт его дери, нравилось!
— О чем думаешь, Леш? — Вася все также прижималась ко мне, не смея шевельнуться.
— О том, как построю в деревне баню, квас научусь делать, огород разобью, да забор поставлю.
— А еще три слоя защиты, ловушки и атакующие заклинания, — рассмеялась она.
— Хороший вариант. Вот ты бы не сказала, я бы и не подумал про это. Ловушки! Уже прямо вижу, как в дом забираются воры, а им штаны поджаривает молния.
Теперь мы смеялись вместе. Задумчивая атмосфера лопнула, и мы вновь оказались в крошечном садике. Тут же мне под пиджак забрался прохладный ветер.
— Пойдем, а то замерзнешь, — я потянул Васю к крыльцу. — Да и коты заждались уже нас.
Впрочем, с последним я сильно ошибся, в номере нас встретил только Григорий, окруженный многочисленными сумками и коробками.
— И что это? — спросил я, удивленно оглядываясь.
— Как только прошел слух, что вы станете инвестором музея и хотите на склоне горы поставить стелу, то все захотели поучаствовать в этом, — вздохнул Антипкин. — Это от ученых: памятки для сбора данных об артефакте. Это от общества альпинистов: снаряжение и полезные вещи. Это от местных властей: грамоты и какие-то конфеты.
Он указывал на каждую коробку, сверток, сумку и все перечислял и перечислял. Кажется, тут были представлены все организации и все мало-мальски отличившиеся люди города.
И куда, спрашивается, все это девать⁈
Вася с любопытством открыла ближайшую посылку, вытащила из мятой бумаги статуэтку в виде солдатика на службе, удивленно покрутила ее в руках.
— Смотри, Леш, тут записка: «От гарнизона города с наилучшими пожеланиями в вашем нелегком труде!», — прочитала она. — Тяжелая. Но со сломанным штыком. Может, ею дверь подпирать? Зачем такое присылать-то?
  
Она подошла к другой коробке. Там оказался новогодний шар с копией горы внутри. Вася задумчиво потрясла, но снег так и не пошел. Кажется, нам свезли хлам со всей округи.
— А прямо нужное и важное есть? — спросил я, взглянув на помощника.