Лев, колдунья и платяной шкаф

– Я всегда смогу вернуться, если что-то будет не так, – успокоила себя Люси и отправилась по лесу к далёкому свету. Снег под ногами поскрипывал – скрип-скрип. Минут через десять она дошла до света и обнаружила, что это горит фонарь. Она стояла и смотрела на фонарь, размышляя, кому он понадобился посреди леса и что ей дальше делать, как вдруг услышала приближающийся лёгкий топот. Вслед за этим под свет фонаря из-за деревьев вышло очень странное существо.
  
Ростом чуть выше Люси, оно держало над головой зонтик, белый от снега. Верхняя половина туловища у него была человечья, а ноги козлиные, покрытые блестящей чёрной шерстью, с копытами вместо ступней. Имелся у существа и хвост, который Люси вначале не заметила, потому что хвост аккуратно висел на руке, державшей зонтик, чтобы не волочить его по снегу. Шея незнакомца была обмотана красным шерстяным шарфом, а его кожа имела красноватый оттенок. Его лицо казалось странным, но приятным, с небольшой острой бородкой и кудрявыми волосами, из-под которых по обе стороны головы торчали маленькие рожки. Одной рукой, как я уже говорил, оно держало зонтик, а другой – несколько свёртков в коричневой бумаге. Свёртки и снег наводили на мысль о том, что оно покупало рождественские подарки. Это был фавн. Увидев Люси, он вскрикнул от неожиданности и уронил все свои свёртки.
– Боже милостивый! – вскричал фавн.
 
Глава вторая
 
Что нашла там Люси
 
– Добрый вечер, – сказала Люси. Однако фавн, подбиравший свои свёртки, поначалу не ответил. Закончив, он слегка поклонился девочке.
– Добрый вечер, добрый вечер, – произнёс фавн. – Прости, не хочу быть любопытным, но верно ли я принял тебя за Дочь Евы?
– Меня зовут Люси, – ответила девочка, не вполне его понимая.
– Но ты, прости меня, та, кого называют девочкой? – сказал фавн.
– Конечно, я девочка, – кивнула Люси.
– И ты, так сказать, человеческая?
– Конечно, я человеческая, – ответила сбитая с толку Люси.
– Конечно, конечно, – продолжал фавн. – Как глупо с моей стороны! Но я никогда раньше не видел Сына Адама или Дочь Евы. Я рад. Вот так, – и фавн замолчал, словно собирался сказать то, что не следовало говорить, но вовремя опомнился. – Рад, рад, – продолжал он. – Позволь представиться. Меня зовут Тумнус.
– Рада познакомиться с вами, мистер Тумнус, – сказала Люси.
– Можно поинтересоваться, о Люси, Дочь Евы, – произнёс фавн, – как ты попала в Нарнию?
– Нарния? Что это такое? – удивилась Люси.
– Нарния – это земля, – принялся объяснять фавн, – в которой мы сейчас находимся. Всё то, что лежит между фонарём и великим замком Кэр-Параваль на Восточном море. А ты? Ты пришла из диких лесов на западе?
– Я… я прошла сквозь платяной шкаф в пустой комнате, – объяснила Люси.
– Вот оно что! – с грустью кивнул мистер Тумнус. – Если бы в детстве я лучше изучал географию, то сейчас знал всё об этих диковинных странах. Увы, сейчас уже поздно.
– Это никакие не страны, – Люси даже сделалось немножко смешно. – Это совсем рядом, за мною, ну или где-то поблизости. Там сейчас лето.
– Меж тем, – продолжал Тумнус, – в Нарнии зима, здесь вечно зима, и мы простудимся, если так и будем стоять здесь и беседовать в снегу. Дочь Евы из далёкой страны под названием Пустаякомната, где в славном городе под названием Платянойшкаф стоит вечное лето, как ты смотришь на то, чтобы выпить со мной чаю?
– Благодарю вас, мистер Тумнус, – ответила Люси, – но я не знаю, смогу ли я вернуться.
– Это здесь рядом, за углом, – пояснил фавн. – Там нас ждут огонь, тосты, сардины и кекс.
– Вы очень добры, – сказала Люси, – но долго я оставаться не смогу.
– Если возьмёшь меня под руку, Дочь Евы, – продолжал мистер Тумнус, – я смогу раскрыть зонтик над нами обоими. Вот так. А теперь – в путь.
Через минуту Люси уже шагала по лесу под руку со странным существом так, словно они были всю жизнь знакомы.
Очень скоро земля под ногами у них стала неровной, повсюду вокруг громоздились скалы, небольшие холмы то возвышались над ними, то виднелись внизу. В глубине маленького ущелья мистер Тумнус внезапно повернул в сторону, словно решил пройти сквозь огромную скалу, но в последний момент Люси поняла, что он ведёт её в пещеру. Оказавшись внутри, девочка зажмурилась от света горевшего очага. Мистер Тумнус нагнулся, маленькими щипцами выхватил оттуда горящее полено и зажёг от него лампу.
– Мы долго не задержимся, – заметил он и тотчас поставил на огонь чайник.
Люси решила, что никогда не видела местечка уютнее. Она попала в маленькую, сухую и чистенькую пещеру из красноватого камня, где пол устилал ковёр и стояли два маленьких стула («для меня и для друга», – пояснил мистер Тумнус), стол, комод, а над очагом возвышалась каминная полка и висел портрет старого фавна с седой бородою. В углу виднелась дверь, которая, как рассудила Люси, вела в спальню мистера Тумнуса, а к стене была прикреплена полка с книгами. Пока мистер Тумнус накрывал на стол, Люси оглядела книги. Среди названий она встретила такие, как «Жизнь и записки Силена», «Нимфы и их повадки», «Люди, монахи и охотники», «Исследование популярной легенды», «Человек – это миф?».
– Готово, Дочь Евы! – объявил фавн.
Чай и в самом деле был великолепен. Для каждого из них было сварено всмятку коричневое яйцо, сделан тост с сардинами, тост с маслом, тост с мёдом, подан кекс с сахарной глазурью. Когда Люси устала жевать, фавн заговорил. Он знал волшебные сказки о жизни в лесу. Он рассказывал о полночных танцах, когда нимфы, живущие в родниках, и дриады, обитающие в деревьях, приходили танцевать с фавнами; о долгой охоте на белого, как молоко, оленя, который, если поймать его, мог исполнять желания; о пирах и поисках сокровищ с дикими красными гномами в глубоких штольнях и пещерах далеко-далеко от поверхности земли; о лете, когда леса стояли зелёными и старый Силен на толстом осле приезжал проведать их, а иногда и сам Вакх, и тогда вместо воды в ручьях текло вино и все лесные обитатели неделями предавались веселью.
– Не то что сейчас, эта бесконечная зима, – печально добавил он. Затем, чтобы развеселиться, он достал из ящика комода странную маленькую флейту, словно сделанную из соломинки, и принялся играть. Люси слушала мелодию, которую наигрывал фавн, и ей захотелось плакать и смеяться, танцевать и спать – и всё это одновременно. Должно быть, прошли часы, когда она пришла в себя и сказала:
– О, мистер Тумнус, мне так не хочется останавливать вас и мне так нравится ваша музыка, но мне и правда нужно домой. Я зашла к вам всего на несколько минут.
– Так дело не пойдёт, – ответил фавн, убирая флейту и печально качая головой.
– Не пойдёт? – испуганно воскликнула Люси, вскакивая. – Что вы имеете в виду? Мне сейчас же нужно домой. Остальные будут беспокоиться обо мне! – Однако в следующую секунду она спросила: – Мистер Тумнус! Что случилось? – Потому что карие глаза фавна наполнились слезами, которые затем потекли у него по щекам, потом закапали с носа, а потом он закрыл лицо руками и завыл.
– Мистер Тумнус! Мистер Тумнус! – в ужасе умоляла Люси. – Перестаньте! Перестаньте! В чём дело? Что с вами? Мистер Тумнус, дорогой, пожалуйста, скажите, что случилось.
  
Однако фавн продолжал рыдать так, словно у него разрывалось сердце. Он не остановился даже тогда, когда Люси обняла его и дала ему свой носовой платок. Он взял платок и продолжал пользоваться им до тех пор, пока платок не становился совсем мокрым. Тогда фавн выжимал его обеими руками, и скоро Люси уже стояла в луже.
– Мистер Тумнус! – кричала Люси ему в ухо, тряся фавна. – Перестаньте! Перестаньте сейчас же! Стыдно такому большому фавну. О чём вы плачете?