Наваждение (СИ)

— Привет, — выдыхаю я и немного сдвигаюсь в сторону, чтобы освободить место для этой горы мускулов.
— Привет, — он также как и я выдыхает приветствие и становится рядом.
Лифт начинает движение вверх. Внутри кабины такое напряжение в воздухе, что если сильно захотеть, его можно увидеть и даже потрогать руками.
— Как дела? — я первая пытаюсь разрядить атмосферу, но Стас только пожимает плечами, даже не удосужив меня взглядом.
Я незаметно закатываю глаза и отворачиваюсь. Не зная, куда ещё деть взгляд, рассматриваю панель с кнопками, табло с меняющимися цифрами этажей: пять, шесть, семь… Поскорее бы уже добраться до десятого и смыться отсюда. Вдруг свет в лифте моргает, и кабина останавливается, не доехав до моего этажа. Табло гаснет, как и подсветка кнопок, но общий свет остаётся.
— Что за херня? — рычит Стас и протягивает руку к панели управления.
Он нажимает на десятую кнопку, на двенадцатую, потом на первую, но ничего не меняется. Кнопка открытия дверей тоже не работает.
— Мы застряли, — говорю я, пока он раздражённо чешет затылок.
— Отлично, — бурчит он и отворачивается к стене.
Да что с ним? Я пытаюсь нажать кнопку вызова оператора, но она почему-то тоже не работает. Я снова и снова жму её.
— Я уже пробовал, ты не видела что ли? — огрызается Стас, не поворачиваясь.
И всё? Это всё, что он может предложить? Удивлённо смотрю ему в спину. Где его выдержка? Кто в нашей паре мужчина? Я вот абсолютно спокойна. Мне уже доводилось застревать в лифте и ничего страшного в этом нет. Нужно просто вызвать аварийную службу. Вытаскиваю из рюкзака телефон и набираю номер, указанный на табличке, прикреплённой к панели с кнопками. Почти сразу мне отвечает диспетчер и принимает вызов. Пока я разговариваю, Стас смотрит на меня с лёгким недоумением.
— А ты думал, что я впаду в истерику? — спокойно спрашиваю я его, кидаю рюкзак на пол и приваливаюсь спиной к стене. — Сказали, ждать час, полтора.
— Блять, — стучит он кулаком в стену перед собой и замолкает.
Минут через десять напряжённой тишины, я понимаю, что-то не так. Я слежу за ним и вижу, как он сосредоточенно дышит.
— Тебе не кажется, что стало меньше воздуха? — спрашивает Стас и поднимает на меня растерянный взгляд.
Замечаю капельки пота над его губой, бледный цвет лица и напуганные глаза.
— Нет. Здесь всё нормально с вентиляцией. Видишь? — я показываю на решётку под самым потолком. — Это вентиляционная решётка. Воздух прекрасно циркулирует, и мы точно не задохнёмся.
Стас наклоняется вперёд и упирается руками в колени. Он паникует?
— Почему тогда так трудно дышать? — слова с сипением выходят из его рта.
Здесь точно что-то не так.
— У тебя клаустрофобия? — я пытаюсь заглянуть ему в лицо.
— Нет, просто мне не очень нравятся такие маленькие коробки без выхода. — Его свистящее дыхание мне не нравится.
— Это и есть клаустрофобия, болван, — не сдержавшись, я обзываю его, но лишь потому, что слегка пугаюсь за его состояние. — А ну, давай сядь на пол.
Я встаю на коленки и тяну за руки Стаса вниз так, чтобы он сел, а я оказалась у него между ног. Он нисколько не сопротивляется и громко падает на задницу. Лифт дёргается и в глазах парня отражается ещё бо́льший ужас. Я беру в ладони его лицо и слегка хлопаю по щекам.
— Эй, ты тут не отключайся. Всё хорошо. Слышишь меня? — беру рюкзак и достаю из него бутылку воды. Откручиваю крышку и приставляю горлышко к губам парня. — Давай, попей.
Стас перехватывает бутылку и жадно глотает воду, остатки выливает себе на голову. Я нащупываю на запястье его пульс. Мне даже считать не приходится, потому что и так ясно, он почти на пределе.
— Закрой глаза, и сосредоточься на дыхании. Давай вместе со мной, — спокойно и чётко даю ему указания, он их выполняет. — Глубокий вдох через нос, — я шумно вдыхаю. — И выдох через рот, — я также шумно выдыхаю.
Стас повторяет за мной. Какой он сейчас послушный!
— Ещё раз. — Мы снова и снова повторяем вдох-выдох, пока я не чувствую, как замедляется его сердцебиение и он открывает глаза. — Видишь, как много здесь воздуха. Здесь даже можно было бы жить, — я улыбаюсь ему, и он заметно расслабляется.
 
— Нет уж, спасибо, — выдавливает слабую, но всё же, улыбку.
— Хочешь, поболтаем? — я ещё держу его запястье и слежу за ровными ударами сердца. Он лишь кивает в ответ. — Почему ты меня избегаешь?
Стас освобождается от моей руки и садится прямо. Ноги немного подтягивает к себе и ставит локти на колени. Он хочет избегать нашего соприкосновения, но я и не думаю двигаться с места. Парень поднимает на меня свой тёмный взгляд, но ничего не говорит.
— Ты сказал, что кроме меня никого не хочешь. Это правда? — Я не сдаюсь. Я хочу получить ответы на свои вопросы и сейчас, по-моему, самый подходящий момент. Сейчас он не может просто оттолкнуться и уйти.
Я вижу, как подскакивает его кадык, когда он сглатывает. Он снова просто кивает.
— Что это значит?
Стас на несколько секунд прикрывает глаза, словно обдумывает ответ, вздыхает и, наконец, я слышу его хриплый голос.
— Всё. — Он видит мой непонимающий взгляд и добавляет. — Всё, в смысле вообще всё. Я хочу видеть тебя каждый день, прикасаться, держать за руку, целовать. Я хочу твою улыбку, твой взгляд, твои мысли. Всю тебя…
Его глаза следят за мной. За тем, как я реагирую. Мне нравится то, что я слышу. Нравится, как моё сердце колотится в рёбрах, готовое выломать их и выскочить из груди. Меня не смущают его слова, я ждала их, хотела именно их. И пусть я не опытна в амурных делах, но не могла я обмануться в своих ощущениях.
— Если я тебе так нравлюсь, ты мог бы пригласить меня на свидание, — почти шепчу я и с удивлением отмечаю, как меняется его настрой.
Стас смеётся. Но это не издевательский смех, он горький, пропитанный сожалением.
— Я не хожу на свидания, принцесса. И не завожу отношений. Я — одиночка… И потом рядом со мной небезопасно, Ася.
— Почему? — я хочу знать ответ, почему всё так сложно.
— Потому что я стану уязвимым, а ты будешь в опасности. Я не могу этого допустить. Так что мои желания останутся при мне.
— Чем ты занимаешься? Это что-то незаконное? — этот вывод я сделала ещё тогда, когда первый раз встретила его с друзьями.
— Типа того. Тебе не нужно знать подробности, поверь, так будет лучше.
Я замолкаю, обдумывая его слова. И, в принципе, понимаю смысл сказанных им слов, но один момент всё же не даёт мне покоя. Будучи неуверенной, что именно хочу услышать в ответ, я всё-таки произношу:
— Но я видела тебя с девушками…
В глазах Стаса мелькает дьявольский огонёк. Боюсь, мне не понравится то, что он сейчас скажет.
— Да, я трахаюсь иногда. Но они всего лишь шлюхи. Я же сказал, что не завожу отношений.
Грубо и жестоко.
— Высоко же ты себя ценишь, — хмыкаю я.
Стас снова смеётся.
— Принцесса, моя жизнь и копейки не стоит.
— Ты не прав. Каждая жизнь имеет ценность, — не могу не возразить ему. — Как же твои близкие? Родители, семья? Они ведь наверняка любят тебя, а значит и жизнь твоя важна.
— Нет, — его ответ слишком быстрый и резкий, а взгляд теперь ещё чернее и злее.
— Почему ты так в этом уверен? — возмущаюсь я.
— Потому что ты задолбала меня своими идиотскими вопросами, — грубо отзывается Стас, буравя меня своим взглядом, так и кричащим, чтобы я замолкла.
Вот он и вернулся! Недолго он был тем, кого, как мне казалось, я в нём разглядела.
— Вижу, ты уже в порядке. — Я поднимаюсь на ноги и отхожу так далеко, как позволяет размер кабины.
По пути подхватываю брошенную пластиковую бутылку из-под воды и сую её обратно в рюкзак. Достаю телефон и открываю своё расписание на следующую неделю, бездумно листаю его. Отвлекаю себя от обиды за грубость, не хочу плакать. Не перед ним! Не из-за него! Слышу шорох за спиной, и две большие ладони ложатся мне на плечи.
— Прости, принцесса. Не хотел тебя обидеть, — он говорит нежным голосом, хотя полминуты назад рокотал, как гром.