Техасская свадьба

— Почему? Что случилось?
— В мистера Лягана стреляли.
— Стреляли?! — как эхо повторила она, ее глаза наполнились ужасом. Сердце, кажется, остановилось, она физически ощутила, как бледнеет ее лицо.
— Он ждет на стоянке, в западной части, — сказал Мика. Парень казался совершенно спокойным. — Я не хотел его оставлять, но он истекает кровью, она хлещет из него, как из резаного поросенка. Я подумал, пускай он лучше побудет один, а я привезу вас. — Но он не добавил, что Рэнд чуть не погиб от потери крови, прежде чем Мика смог дотащить Рэнда до хижины на пастбище. — Вам надо взять с собой йод, что-то для перевязки и, может, немного виски, если есть. Пуля прошила ему плечо, но, кажется, не застряла, а прошла навылет.
  
— Я отправлю Салли за доктором, — дрожащим голосом проговорила Клэр. Она изо всех сил старалась держаться спокойно, но ничего не могла поделать с паникой и страхом, охватившими ее.
— Хорошо. А сейчас надо ехать, мисс Клэр.
— Да-да, я иду.
Думать некогда, задавать вопросы тоже, нет времени даже быстро помолиться за Рэнда. Она торопливо собрала все, что сказал Мика, и выбежала за ним на улицу. Салли ожидал их, он поклялся, что найдет доктора, чего бы это ни стоило. Рассеянно кивнув, Клэр вскочила на лошадь Рэнда, привязала сумку из мешковины к седлу и тронула лошадь.
Скачка по ночной прерии казалась бесконечной. Клэр пустила животное в галоп; пульс ее бился с яростной быстротой, когда они с Микой неслись к пастушеской стоянке.
«В мистера Логана стреляли» — эти слова продолжали стучать в голове. А перед глазами маячило видение: одинокий Рэнд, из которого по капле уходит жизнь.
Горячие слезы повисли на ресницах Клэр, рыдания душили, и в этот момент ей открылось истинное чувство к мужчине, чье предательство однажды поразило ее, как удар молнии.
Да, она любит его.
Несмотря ни на что. Даже на боль и унижения, которые пережила в последние шесть лет. Она никогда не переставала его любить. Не было смысла пытаться отрицать то, что творилось у нее в душе. Как он и говорил, она действительно принадлежала ему. И всегда будет принадлежать ему и душой, и телом.
А теперь судьба сыграла с ней жестокую шутку. «Боже мой, — думала она, — а если уже слишком поздно?» Одна мысль, что она может потерять его, приводила ее в ужас.
— Мы почти приехали. — Мика кивнул в сторону маленькой хижины, примостившейся на склоне холма. Взгляд Клэр, наполненный болью, устремился туда, куда он показал.
В несколько секунд они долетели до места, спешились. Мика закрутил поводья вокруг столба. Клэр вошла в домик. Мика тут же зажег лампу. Клэр быстро огляделась, вокруг ничего не было, никакой мебели, кроме узкой кровати в дальнем углу. Ее сердце задрожало, когда она увидела на ней Рэнда.
— Рэнд, — прошептала она дрожащим голосом и метнулась к нему, опустилась на колени возле кровати. Ее потрясенный взгляд упал на пропитанную кровью скомканную рубашку, которую он все еще продолжал прижимать к раненому плечу.
— Голая, босая и беременная, — пробормотал он. Его голубые глаза были полны боли, и любви, и иронии. — Я почти там, — сказал он, глазами показывая на небо.
— Что? — нахмурившись, она смущенно посмотрела на свои ноги и увидела, что в спешке забыла обуться.
Мика подошел к ней, опустившись рядом на колени, подал сумку.
— Первым делом надо промыть рану, — сказал он ей мрачно.
Она молча кивнула, раскрыла сумку, вынула лекарства и бинты. Он поспешил за водой.
— Что случилось? — спросила она, стараясь казаться спокойной, хотя вся трепетала. Осторожно отвернув рубашку, она побледнела, увидев зияющую рану. Стреляли сзади. Пуля прошла под лопаткой навылет.
— Кто-то решил на мне потренироваться в стрельбе в цель.
— Стреляли из засады, в спину, когда мы возвращались из города, — объяснил Мика, вернувшись с водой.
Клэр взяла у него чашу и накапала в воду немного йода.
— Их было двое, — продолжал он, наблюдая, как Клэр замачивает тряпку в растворе. — Но они были далеко от меня, я не разглядел. Выстрелил пару раз, но неудачно. Я думал, может, они захотят вернуться и довершить свое дело.
— Да, они могли бы, если бы не ты, — сказал Рэнд, сильно напрягшись и стиснув зубы, когда Клэр принялась промывать рану влажной тряпкой.
— Я понимаю, тебе ужасно больно, но надо обезопасить рану от инфекции.
— У тебя не слишком много опыта в этом деле.
— Да, но, если честно, я не собираюсь это сделать своим привычным занятием. — По лицу Клэр проежала тень, она посмотрела на Мику. — Если кро-отечение не остановится, придется прижечь рану, тогда-то давно отец сделал то же самое, когда один з работников вернулся с пробитой головой. — При споминании о том случае она задрожала.
— Что, хочешь поставить на мне свое клеймо, миссис Логан? — насмешливо спросил Рэнд хриплым, прерывистым голосом.
— Мне очень жаль, — пробормотал она. Сердце у нее болезненно сжалось от ужасной перспективы. — Но ты потерял слишком много крови. А когда приедет доктор, неизвестно.
— Делай то, что считаешь нужным, — тихо приказал Рэнд.
— Но я… Я не знаю, смогу ли. — Руки Клэр дрожали, когда она решилась снова прижать к ране тряпку.
— Ты сможешь все сделать, что надо. — Он отыскал взглядом ее глаза.
В это мгновение между ними словно молния проскочила, и она поняла, что никогда уже не сможет вести себя по-прежнему. Заразившись его мужеством, Клэр от всей души молилась, чтобы все, что она сейчас делает, оказалось правильным. Она молча кивнула.
— Я разведу огонь, — сказал Мика.
— Кому понадобилось тебя убивать? — размышляя вслух, спросила Клэр. Голос ее был взволнованным от обуревавших ее чувств, когда она пыталась остановить поток крови.
— У меня есть одно соображение, — пробормотал Рэнд.
— Ты думаешь, это Тэйт?
— Ни у кого другого нет более основательной причины.
— Из-за Уилла? — Бросив незаметный взгляд в сторону Мики, она понизила голос: — Ты думаешь, Тэйт мог узнать о нем?
— Нет. — Подобие улыбки появилось у него на губах, он поднял руку и коснулся ее щеки. — Нет. Больше всего на свете он хочет тебя, Клэр. И он понимает, что я единственный, кто стоит между вами.
— Ты не посмеешь умереть, Рэнд Логан, — прошептала Клэр в отчаянии. Глаза ее наполнились слезами, но она постаралась сдержать подступившие к горлу рыдания.
— Нет, так легко ты от меня не избавишься, — пообещал он.
— Ловлю на слове.
Кровотечение все не прекращалось. Предстояло прибегнуть к тому самому варварскому методу, но неизбежному в этом случае.
Мика взял кочергу и засунул ее конец в жаркое пламя печи. Клэр старалась придумать, как по возможности уберечь Рэнда от невероятной боли.
— Вот! выпей, — она подала ему флягу с виски, привезенную с собой, вынула пробку, поднесла к его губам.
Он взял у нее флягу из рук, приподнял, чтобы отпить глоток побольше.
— Почти готово, — объявил Мика. Он сидел на корточках пред огнем, медленно поворачивая в пламени кочергу.
— Еще выпей, — посоветовала Клэр Рэнду.
— С радостью. — Он отпил половину фляги и, закрыв глаза, откинулся обратно на подушки. — Начинайте.
Мика подошел с кочергой, конец ее был раскален докрасна. Клэр перевела дыхание и с трудом сглотнула слюну, боясь предстоящего.
— Держите его изо всех сил, — велел Мика Клэр, а Рэнда предупредил: — Я не хотел бы говорить, но это очень больно, мистер Логан. Лучше зажать зубами что-нибудь мягкое — вату или бинт и вцепиться в кровать что есть силы. Но самое главное, — он повернулся к Клэр, — не дать ему соскочить с кровати.
Мука, которая последовала за этим, пусть и недолгая, была такая, что даже стоическому Мике было не по себе. Запах горелого мяса заполнил хижину. Борясь с тошнотой, подступившей к горлу, Клэр смотрела, как Рэнд выгнулся дугой, словно арка, впился пальцами в края кровати так, что костяшки пальцев побелели. Он стонал сквозь стиснутые зубы, но не сказал ни слова. Когда все закончилось, Рэнд лежал в постели, бурно дыша, а лоб его покрылся испариной.