Мой взгляд на любовь (ЛП)

  
Кейт Стерритт
 
Мой взгляд на любовь
 
Переводчик: Мария Куприянова
Редактор: Лидия Павлова
Вычитка: Ленчик Lisi4ka Кулажко
Оформление: Ленчик Lisi4ka Кулажко
Обложка: Ленчик Lisi4ka Кулажко
  
Пролог
 
Даже не видя ее лица, я знаю, что женщина, стоящая у берега, отчаянно грустит. Ее плечи поникли, возможно, от тяжести сожаления. Меня убивает, что отчасти в этом виноват я, и поэтому мне сложно смотреть на нее. Я прислоняюсь к стволу дерева и закрываю глаза. Моя жизнь всегда будет начинаться, и заканчиваться этой женщиной, и я не могу смотреть как разбивается ее сердце.
Не могу стоять на месте, поэтому начинаю ходить из стороны в сторону. Она еще ждет его или он уже ушел? Страх проходит по моим венам. Больше всего я хочу, чтобы она была счастлива. Если будет слишком тяжело, мне придется снова уйти. Я выдыхаю, расстроенный всей ситуацией.
Эмерсон Харт – любовь всей моей жизни. И к сожалению, я не единственная ее любовь. В этом и заключается вся проблема.
  
Часть 1
   
Глава 1
 
Настоящее.
— Эмерсон, соберись! — голос моего босса эхом отскакивает от стальных поверхностей кухни. — Эти кексы сами себя не приготовят.
Кэрри Синглтон, владелица «Выпечка от Кэрри», перфекционистка, начальница и женщина с деловой хваткой. С ее вспыльчивостью и громким голосом, Гордон Рамзи (прим: англ. Gordon James Ramsay; 8 ноября 1966 – знаменитый британский шеф-повар) выглядит безобидным, а сотрудники из-за этого надолго не задерживаются. Я работаю здесь уже три недели, и иногда мне кажется, что ей хочется стать друзьями. Иногда. Не сегодня.
— Прости, Кэрри, — отвечаю я.
Левой рукой она берет планировщик и делает заметки. Подняв голову, она смотрит на меня поверх своих очков.
— В полдень ты должна быть в резиденции Холландов.
— Знаю, — уверенно улыбаюсь ей. — Я тебя не подведу.
— Тебе лучше не делать этого. Сара – очень важный клиент.
— Знаю, — повторяю я, не забывая поддерживать профессиональный тон.
Когда она уходит, я пытаюсь переключиться. Не могу посчитать, сколько работ сменила с тех пор, как переехала в Мельбурн вскоре после окончания средней школы, но это определенный шаг по сравнению с моей предыдущей работой, на которой я оформляла страховки для сомнительных брокеров. Меня хватило на два дня, после чего я снова начала поиски. У меня нет высшего образования, но я быстро учусь, и буду пробовать свои силы практически во всем. Чтобы ускорить поиск, я ответила на объявление о работе в кондитерской в одном из самых элитных пригородов. «Выпечка от Кэрри» расположена среди модных кафе, дорогих магазинов с товарами для дома и небольшой художественной галереи, в которой я еще не была. Зеленые улицы создают прекрасную деревенскую атмосферу, и понятно, почему здесь такие высокие цены на жилье.
Кэрри в то время очень нуждалась в помощи и сразу же меня наняла. Когда на мой второй рабочий день она уволила декоратора, у меня появилась возможность проявить талант. С тех пор я проводила дни с помадкой и пищевым красителем.
Сейчас меня все устраивает, и это лучшее, на что я могу надеяться в ближайшее время. С этими мыслями, я упаковываю кексы в коробку и ухожу.
Жаркое летнее солнце согревает мои голые руки. На лбу выступают капельки пота, когда я с осторожностью несу коробку с пятьюдесятью кексами. Поднимаясь по песчаниковой дорожке к большой входной двери, мои руки болят от тяжелой коробки. Шоколадные кексы с белой помадкой и черным горошком выглядят прекрасно и изысканно, как мне кажется.
У меня получается нажать локтем на кнопку внутренней связи, и когда никто не отвечает, я пытаюсь снова. Ничего. Вздохнув, я удерживаю коробку одной рукой, и пытаюсь постучать.
 
Я не уверена, но, кажется, внутри слышу голос женщины.
— Привет, — говорю я, приближаясь к двери.
Мне не отвечают, я берусь за медную ручку и вижу, что дверь открыта.
— Есть кто?
Несмотря на роскошный холл, дорогой декор меня не пугает, как это бывало в домах других клиентов. Я вдыхаю притягательный цитрусовый аромат свечей, горящих на деревянном столе. Сложно не заметить картины на стене над столом, и я сразу узнаю ее, благодаря книге по истории искусств, которую я изучала в старшей школе. Это работа Моне «Женщина с зонтиком». Наш учитель рассказывал, что на этой прекрасной картине изображена первая жена Моне и его старший сын, на которой художник уделил внимание свету и цвету над линией и формой. Я находилась под впечатлением, когда была подростком, но видеть это лично, пусть и копию, поразительно, и я быстро отвожу взгляд.
— Чем могу помочь?
Я смотрю вверх, в сторону лестницы, где сидит элегантная женщина, обхватив руками свои ноги. На ней белое льняное платье, а ноги в дорогих туфлях плотно прижаты друг к другу. Она заправляет прядь золотистых волос за ухо и глубоко вздыхает. Ее глаза покраснели, а тушь стекает по щекам. Я застала ее в личный момент и это неловко.
— Здравствуйте, миссис Холланд, — говорю я. — Я – Эмерсон, из «Выпечка от Кэрри». Принесла заказанные кексы. Если вы скажете, куда их поставить, то быстро избавитесь от моего присутствия.
Молча, она хватается за лестницу с ковровым покрытием, поднимается, и спускается с легким изяществом.
— Я ждала одного из своих сыновей, — говорит она, когда спускается. — Мне жаль, что ты застала меня в таком виде, — ее нижняя губа дрожит с каждым произнесенным словом.
— Пожалуйста, не извиняйтесь, — говорю искренне.
Она кивает и грустно улыбается.
— Кухня там, — ее каблуки щелкают, когда она идет по плиткам.
Я иду за ней по лестнице, через арку в коридор, ведущий к просторной кухне.
— Куда их поставить? — спрашиваю тихо. Она кажется такой хрупкой, и боюсь, что она может сломаться, если скажу что-то не так.
— Ой. Да, — она указывает на дальний угол кухни с открытой дверью. — Оставь там. Или в любом свободном месте.
Я прохожу через кухню в просторную кладовую и аккуратно ставлю кексы на скамейку. Быстро осмотревшись, я возвращаюсь на кухню и вижу миссис Холланд в прилегающем дворе.
Она сидит за большим столом с белой скатертью. В центре стола в вазах лежат лимоны в окружении свежих цветов.
— Извините, миссис Холланд, — говорю, стоя у двери. — Я пойду, — не уверена, услышала ли она меня. Ее плечи слегка трясутся, а тело дрожит от тихих рыданий.
— Вы в порядке? — понимаю, что это глупый вопрос, но это все, о чем я могу спросить.
Она смотрит на меня влажными глазами.
— Ты можешь немного посидеть со мной? — спрашивает хриплым голосом. — Уверена, мой сын скоро придет, но мне бы очень понравилась компания.
— Конечно, — отвечаю я, нерешительно присаживаясь на мягкое кресло кремового цвета. — Уверена, Кэрри не будет против, если я немного задержусь.
Она кивает, и достает из кармана платья бледно-розовый платок, чтобы вытереть глаза. Потом наливает две чашки холодного чая из кувшина, стоящего на столе, и подает мне одну из чашек.
— В тебе есть что-то странно знакомое, — говорит она. — Не знаю почему, хотя уверена, что мы никогда не встречались, — она изучает меня, и я не знаю, что сказать. — Как только я тебя увидела, то почувствовала, что уже знаю тебя.
Я делаю глоток чая.
— Я много где работала, поэтому, возможно, вы видели меня раньше.
 
Она смотрит вдаль.
— Возможно. Я могу быть немного рассеянной время от времени.
В течении минуты мы молчим, и могу сказать, что она полностью потеряна в своих мыслях. Я смотрю на часы и размышляю, не думает ли Кэрри, что я заблудилась. Поерзав в кресле, я решаю нарушить тишину и, возможно, найти способ удалиться.