"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Не могу взять в толк, о какой грязи ты говоришь?
— Неужели непонятно? Раньше люди жили в мире, где была ограничена информация. Все знание были тайными, и поэтому когда люди их получали, то они касались чегото тайного, запретного. Двадцатый век принес прогресс, и массовый выпуск книг. Много было разной литературы. Человеку, только оставалось выбирать, то, что ему действительно нравится, и то, что ему действительно нужно. Этот выбор был осознанный, потому что люди сами покупали книги. Двадцатый век — это как раз то время, когда наука развивалась невиданными темпами. Но люди совершили ошибку, когда стали массово внедрять телевидение. Телевизор заменил все: книги, театр, образование. Любой кликуша, попав на телевидение, может выливать тонны грязи в головы людей. Он может разводить грязь в любом количестве, не затрудняя себя последствиями. И что получается? Человек, вместо информационного голода попадает в информационное болото. Он тонет в этом бесконечном дерьме. Когда только появился интернет, то я думал что наступит новая эра, что люди снова захотят испить из чистого источника знаний, что они будут требовать только что хотят, и именно это они будут получать. Но как же я ошибался!
  
— Интернет именно для этого и был создан. Ты вводишь в командную строку любое слово или символ, и получаешь ответ. Ты просто спрашиваешь и получаешь мгновенный ответ.
— Чушь! Всё что ты получаешь — это профанация! Из всего списка нужных страниц, из всего миллиона ответов, ты получишь два, может три верных ответа, всё остальное — это мусор, грязь. Ты получишь тонны рекламы, и тысячи тонн никому не нужной информации. Это информация немедленно забьёт твой мозг не оставив места ни для чего ценного. Человек, чтото ищущий в интернете, похож на старателя, которые моет золото в тоннах пустой породы. Человек всеми силами старается противостоять этому информационному валу. А когда он не может этого сделать, когда он перестаёт сопротивляться, то он начинает тонуть в этом болоте. У него начинается апатия и его уже ничто не интересует, весь его мир начинает крутиться вокруг телевизора, компьютера и холодильника. Вся его жизнь пролегает по известному маршруту: работамагазиндом. Он ходит по этому маршруту, как по замкнутому кругу, и люди годами не могут разорвать этот круг. А потом, когда у них иссекают силы — они просто ложатся и умирают.
После этого монолога он многозначительно уставился на меня.
— Что? Ты считаешь меня виноватым в их смерти? — наконец не выдержал я.
— А кто ещё? Жалким двум, трём процентам людей принадлежит более девяноста процентов всей собственности на земле! Разве ты не относишься к этим людям?
— Я продаю гелий3, из которого делают электричество, на ядерных электростанциях.
— Энергия! Эта составная часть экономики. Без энергии невозможно ничего создать. От цены на энергию зависит всё, сколько человек может купить еды, лекарств. Какое жильё он сможет купить и как его обустроить. А это в свою очередь влияет на то, сколько детей он сможет родить и содержать. От всего этого зависит его возможность выжить! И сколько ты не пытался спрятаться — ты главный виновник всего этого!
— Да почему я?
— А потому, что если бы люди имели доступ к дешёвой и практически бесплатной энергии, то они никогда бы не страдали от голода, холода, войн. Они жили бы в достатке, и им ничего не нужно было!
— Ты говоришь про утопию! Так не бывает!
— Не бывает? А что на счёт рекламы «Солнечной энергии»? «Дадим людям практически бесплатную энергию в неограниченном количестве» — это ведь ваш лозунг.
— Не я придумывал лозунг.
— Какая разница, кто его придумывал! Вы всех обманули! Стоимость энергии не стала дешевле, наоборот она подорожала, и продолжает дорожать! Людям всё меньше хватает денег на жизнь! Они умирают от голода и холода!
— Ты думаешь, я в этом виноват? Сейчас самая низкая отпускная цена на гелий3 за всё время существования компании. Сейчас сверхприбыли получают посредники!
— Вот за что я Вас ненавижу, так за то, что вы всегда пытаетесь уйти от ответственности! У Вас вечно ктото виноват, но не вы сами! Я не виноват — это посредники. Я тут не причём, я только даю людям тепло и свет!
Вдруг меня озарила догадка!
— Я так не говорил! Но так говорил мой брат! Это ты его взорвал! Сволочь! Вот, кто убил моего брата и его семью!
— Успокойся!
— Я тебя сейчас сам успокою! Встану и успокою! Сволочь! Гад! Тварь! Я разорву тебя вот этими руками!
Я дёргался на привязи, пытаясь вырваться из пут. «Хирург» ввёл какойто препарат в мою вену на руке, и я почувствовал, как у меня тяжелеют веки. Похоже, это было снотворное. Я закрыл глаза и уснул.
Не знаю, сколько я спал, но пробуждение было тяжёлым. Я с трудом разлепил веки и обвёл глазами комнату. Я был всё в той же импровизированной больнице. На меня смотрело довольное лицо «Хирурга».
— А кто это у нас проснулся? Мишутка у нас проснулся! Сейчас мы Мишутке дадим попить! — сказал хирург и подал мне бутылку с трубочкой. Я схватил трубку губами и жадно стал пить.
— Как же хорошо, что ты очнулся, а то я так и не успел тебе рассказать своей точки зрения.
— Ты о чём?
— Ну как же? Тебе же интересно знать, зачем я это сделал с твоим братом и делаю с тобой? А тут немножко разозлился и провел ещё одну операцию. А ты чуть копыта не откинул. Я уж думал, что ты не очнёшься.
— Какую операцию?
— Ты веришь в двуединость этого мира?
— Чего?
— Ну, мир — это единство и борьба противоположностей. Лёд и пламень, свет и тьма, чёрное и белое. Каждая из этих противоположностей стремится уничтожить другую противоположность. Но она не может этого сделать, так как одно без другого не может существовать. Человек тоже включает в себя единство и борьбу противоположностей. У него есть правая рука и левая рука, есть правая нога и левая нога. Правая часть тела человека — это почти зеркальная часть левой стороны. Когда я отрезал от тебя левую руку, то внёс явный диссонанс в эту стройную систему. Чтобы компенсировать это пришлось тебе ещё коечто отрезать.
— Что отрезать?!
— У тебя теперь нет левой ноги.
— Долбанный психопат! Зачем ты отрезал мне здоровую ногу?!
— Ну вот. Теперь ты начал обзываться! А ведь я тебя предупреждал — все подписывают. Ты решил, что ты какойто особенный и сможешь это вытерпеть? Откуда такая уверенность? Если ты не подпишешь сейчас, то подпишешь потом. Но тогда мне придётся резать тебя снова и снова, пока от тебя ничего не останется.
— А если подпишу?
— Тогда я оставлю тебя в покое.
— Почему я должен тебе верить?
— Разве я не внушаю доверия?
— Нет.
— Тогда я снова буду готовить тебя к операции.
— Подожди. Если я подпишу, то ты убьёшь меня?
— Нет. Я оставлю тебя в покое. Ты ещё нужен, вдруг ктото решит оспорить твою подпись в суде.
— Хорошо. Неси свои бумаги.
Он быстро принёс свои бумаги. После этого он вложил в мою правую руку ручку и освободил её. После этого я попытался ударить его этой ручкой. Он ловко её схватил и привязал обратно.
— Какие же вы все предсказуемые.
— Я не буду ничего подписывать!
— Будешь! Но прежде чем я продолжу с тобой, мне необходимо чтото тебе объяснить. А чёрт! — после последних слов он вскочил со стула и кудато убежал. Через минуту он вернулся и уселся на стул, как ни в чём не бывало.
— На чём мы закончили? Ах да! Я оставлю тебя в покое. Ты ещё нужен, вдруг ктото решит оспорить твою подпись в суде. После этого ты должен сказать, что ничего не будешь подписывать. А я должен сказать, что будешь. Но прежде мне необходимо тебе коечто объяснить.
  
Я удивлённо смотрел на своего мучителя. Во всём этом я видел некую наигранность всего происходящего.
— Зачем ты как попугай повторяешь свои последние фразы?
— Ты ничего не понимаешь!
Я взглянул на лампу, висящую над потолком, и увидел красный огонёк, который зажёгся в ней. Такой же красный огонёк зажёгся в медицинском оборудовании, стоящем возле кровати.