Кристофер Робин

И снова Кристофер странно ухмыльнулся.
– Да, потому что это и не весело, – согласился он. – Добро пожаловать в реальный мир. В нём есть не только воздушные шарики и мёд, глупенький ты мишка. Зачем ты вообще вернулся? – Он опустил взгляд на отсыревшие бумаги, понизил голос и опустил плечи: – Я уже не ребёнок. Теперь я взрослый. И должен нести ответственность.
– Но ты ведь Кристофер Робин, – пролепетал Винни.
– Нет, – отрезал Кристофер. – Я не тот, каким ты меня запомнил.
Винни покачал головой. Да, его друг не был таким, каким его запомнил мишка, но Винни не сомневался, что внутри он всё ещё был тем самым Кристофером Робином. Он просто немного заблудился. Бродил в тумане, словно по Зачарованному лесу. Но, судя по всему, Кристофер не очень хотел вспоминать себя настоящего.
– Прости, – сказал Винни и медленно попятился. – Тебе и правда лучше со мной расстаться. Ради фиктивности.
– Ради фиктивности?.. – повторил Кристофер, пытаясь понять, что же Винни имел в виду. И тут его осенило: – Эффективности!
Он запихнул собранные бумаги в портфель и защёлкнул застёжку. Но когда Кристофер поднял глаза, Винни уже не было рядом – единственное, что он видел вокруг, это застилающий всё туман.
Кристофер сглотнул, когда на лес толстым покрывалом опустилась тишина. Что же он наделал?
* * *
Пока Кристофер бежал сквозь туман, его одолевали всякие неприятные мысли. Мысли о том, что бедный голодный Винни потерялся. Мысли о том, как медвежонку грустно и одиноко. Снова и снова у него перед глазами всплывала картина того, как Винни стоит перед ним, а глазки его блестят от слёз.
Кристофера терзало нестерпимое чувство вины. Он не хотел обидеть Винни. Будь он честен сам с собой, признал бы, что наговорил всё это, потому что был зол на себя, а не из-за того, что сказал ему мишка. Он злился на себя за то, что добился заветного сокращения расходов ценой благополучия своих сотрудников. Он злился на себя за то, что беспрекословно послушался босса. Он злился на себя за то, что жертвовал чувствами ради эффективности. И, в конце концов, за то, что накричал на Винни, и тот потерялся.
И всё это по его вине.
– Винни! – крикнул он. – Винни! Где ты?
Он снова и снова выкрикивал имя друга в зыбкую пелену тумана – и снова и снова получал в ответ лишь бумерангом вернувшееся эхо. Солнце начинало клониться к закату, в лесу становилось ещё темнее. Кристофер понимал, что если в ближайшее время не найдёт Винни, то ему придётся ждать до утра.
Кристофер споткнулся о валявшуюся на тропинке ветку и, пытаясь сохранить равновесие, замахал рукой. Ему удалось устоять на ногах, но когда он остановился перевести дух, то снова обнаружил себя у таблички, предупреждающей о Слонотопах. Он сделал то же самое, что и Винни: описал круг и вернулся к исходной точке. Но на этот раз, вместо того чтобы обойти знак, Кристофер рванул прямо на него.
– Нет никаких Слоиотопов! – крикнул он во всё горло. А затем, набирая скорость, побежал ровно туда, куда табличка советовала не ходить.
Он всё бежал и бежал, пока солнце не скрылось за верхушками деревьев, погрузив лес в ранние сумерки. Тени, которые днём казались совсем не опасными, теперь удлинились и наводили страх. Шорох листвы, простой белый шум, теперь звучал зловеще. Кристофер побежал ещё быстрее. Вглядываясь во мрак, он надеялся найти Винни. Но его нигде не было.
И вдруг Кристофер что-то услышал. Где-то неподалёку раздался громкий рёв. Этот жуткий шум походил на нечто среднее между криком слона и динозавра. Кристофер сбавил темп, по рукам у него побежали мурашки, а волосы встали дыбом. Не может этого быть. Или может?..
– Слонотопов и Ужастлей не бывает, – попробовал он убедить самого себя.
Нервно озираясь по сторонам, Кристофер осторожно пошёл дальше: теперь он мог ненароком наткнуться не только на Винни, но и на чудищ, которых – как ему бы очень того хотелось – не существует в природе.
И тут он снова услышал тот же самый рёв.
 
Кристофер развернулся на пятках, вертя головой из стороны в сторону.
– Не бывает, не бывает, не бывает, – бубнил он своё заклинание. И по мере того, как он повторял эти слова, туман стал слегка рассеиваться и Кристофер увидел смутные очертания. Очертания каких-то существ, сильно походивших на слонов. Или, если быть точнее, на стадо Слонотопов.
И снова рёв. В это раз Кристофер уже не раздумывал. Он мигом развернулся и рванул...
Прямо в ловушку для Слонотопа!
Кристофер взвизгнул, почувствовав, как земля уходит у него из-под ног, а потом и вовсе летел в воздухе. А потом с глухим звуком шмякнулся прямо на дно огромной ямы.
– Ой, – вскрикнул он.
Кристофер лежал на холодной земле и пытался перевести дух. Он слышал, как протяжно ревут Слонотопы, и был даже рад, что оказался в десяти футах под землёй, там, где они его не заметят.
Когда Кристофер почувствовал, что прошло уже достаточно времени, он поднялся на ноги, запрокинул голову и посмотрел вверх. На небе начинали мерцать первые звёздочки. Он понимал, что совсем скоро на дне этой ямы не сможет разглядеть даже собственных рук. Ему нужно было срочно выбираться.
Он обернулся и посмотрел по сторонам. К его удивлению – и раздражению – первым, что попалось ему на глаза, был знак, надпись на котором гласила: «ЛОВУШКА ДЛЯ СЛОНОТОПА – ПОПАЛСЯ!».
Кристофер закатил глаза.
– Но я же не Слонотоп, – сказал он тихо. А потом закричал: – Они на свободе! А я здесь! – Но никто не откликнулся на его зов. Некому было его услышать. Кроме разве что самих Слонотопов. – Ты разговариваешь сам с собой, – пробормотал Кристофер.
 «Сначала я потерял Линии. Потом побежал к вымышленным чудищам, которые вовсе не вымышленные, и в итоге угодил в западню, предназначенную для этих вымышленных чудищ. Да уж, что может быть хуже?»
И тут будто сама матушка-природа услышала его стенания и решила подлить масла в огонь: начался дождь.
Сперва он лишь слегка накрапывал, но вскоре превратился в настоящий ливень. И совсем скоро земля у Кристофера под ногами превратилась в грязь. На него накатила волна паники. Надо выбираться отсюда.
Он стал предпринимать отчаянные попытки выкарабкаться из ямы. Но всё было тщетно: пальцы соскальзывали с земляных стен, и всё, что у него получалось, – лишь набрать пригоршни грязи. Он не сдавался, снова и снова пытаясь выбраться наружу. Но результат был неизменным. С какой бы стороны Кристофер ни пробовал подступиться и какую бы технику ни применял, в итоге он всё равно сваливался на дно.
А потом, когда надежда его почти покинула, он стал постепенно подниматься всё выше и выше. Левую ногу чуть повыше, переставить правую руку, теперь правую ногу... Вот и показался край ямы. Кристофер подтянулся, схватившись за него. Он почувствовал, как его лица коснулся свежий ветерок, как вдруг...
Его пальцы ослабли, и он стал соскальзывать обратно.
И снова с грохотом плюхнулся на дно ямы.
– Не-е-ет! – закричал он. – Помоги-и-и-и-те!
Но в ответ ему лишь сильнее забарабанил дождь. Яма наполнялась водой, уровень которой уже достиг его щиколоток, но ливень, похоже, и не думал прекращаться. Кристофер посмотрел по сторонам и заметил наверху торчащий из земли корень. Он отбросил свой драгоценный портфель, который, как он решил, мог ему помешать, и схватил зонтик. Затем встал на портфель, приподнялся на цыпочки, протянул ручку зонтика к коряге и зацепился за неё.
Кристофер с силой дёрнул на себя корягу. Ничего не произошло. Он дёрнул ещё раз. И ещё раз.
И на это раз кое-что случилось. К сожалению, совсем не то, на что рассчитывал Кристофер. Вместо того чтобы притянуть корягу к себе поближе, он выбил из земли булыжник. Булыжник вместе с корягой полетел на дно ямы. Кристофер не успел сдвинуться с места, и камень угодил прямо ему в макушку.
Последнее, что видел Кристофер перед тем, как потерять сознание, был хлынувший на него поток воды.