Королевская кровь

– Что, сержант, хороший приработок? – Я торопился высказать свои предположения, спеша успеть до того, как стражник меня остановит. – Как прибыль с почтенным Шолтом делите? Пополам, или тебе и четверти хватает? А рядовым сколько даешь за молчание? А с начальством делишься?
Говорил я больше по наитию, сам не особенно веря в свои обвинения. Кроме того, я не очень понимал, чего хочу добиться своими словами. Однако мне здорово повезло.
  
– Командир, надо их грохнуть! Если они скажут судье… – это один из солдат вдруг решил вмешаться в разговор. Правда, закончить ему не удалось – зуботычина, которую ему отвесил сержант, даже не сняв усиленной металлическими бляшками перчатки, была поистине сокрушительной.
– Тебе кто разрешал пасть открывать, дебил?! – вопрос, в общем, запоздал, потому что тот, к кому он был адресован, потерял сознание. Да и слова уже были услышаны – некоторые из посетителей, сохранявшие наиболее ясное сознание, недовольно зашевелились. Похоже, для них тоже являлось сюрпризом, что они регулярно участвуют в повышении благосостояния трактирщика и стражи.
 
Глава 9. Тайная полиция
 
Возможно, сержант предпочел бы уладить дело миром. Думаю, в конце концов, он просто отпустил бы нас – слишком неудобные мы оказались «преступники». Если дальше настаивать на нашей вине, мы будем защищать себя изо всех сил. Возможно, судью заинтересуют слова наемников, особенно, если сержант не делился прибылью с начальством. Возможно, так же, кто-то из посетителей трактира от обиды на то, что их использовали, подтвердит слова наемников. С другой стороны, если нас отпустить, требовать правосудия мы не станем. Шолт поставит гулякам бесплатную выпивку за счет заведения, и недовольных не останется. Да и проворачивать такие дела станет проще… Я почти видел, как стражник в уме просчитывает ситуацию и приходит к тем же выводам, что и я. Но тут в дело вмешалась Говорна.
Даже я уже успел подзабыть о гоблинше, которая так и сидела до сих пор под столом, что уж говорить об остальных участниках потасовки. Шаманка видимо сообразила, что лучшего шанса не представится. И стража и посетители таверны отвлеклись, и девчонка поспешила воспользоваться всеобщей растерянностью. Шустро выкатившись из-под стола, она проскользнула между ног стражников, и скрылась до того как кто-то смог ей помешать. Я мысленно чертыхнулся. Вот что ей стоило подождать немного? Сержант крикнул было, чтобы беглянку схватили, но сообразил, что и этот приказ запоздал. Впрочем, даже это маленькое происшествие не поменяло бы решения стражника, если бы не Рин, который вдруг решил подать голос:
– Ну все, сержант, конец тебе. Сейчас наша девчонка приведет таких людей, что тебе небо с овчинку покажется! Да ты знаешь, кого мы охраняем?!
А вот это уже было серьезной ошибкой. Я видел, как в глазах у сержанта проявляется мрачная решимость. Он прекрасно сознавал, что выносить сор из избы – гиблое дело. Пока была возможность, что все происшедшее в таверне не станет достоянием вышестоящего начальства, проще было решить дело миром. Однако теперь эта возможность становилась все более призрачной. Значит, нужно уменьшить количество свидетелей. Слова какой-то девчонки против слов уважаемого сержанта стражи ничего не стоят, если некому будет подтвердить обвинения. И я видел, что сержант слишком сильно дорожит своим невысоким, но стабильным положением. Жалеть каких-то пьянчуг, и тем более пришлых наемников он не станет. Достаточно отдать приказ, а потом объявить, что озверевшие наемники устроили бойню в таверне. Которую он, вместе со своими подчиненными доблестно прекратил, перебив всех бандитов. Награды за такое происшествие на участке патрулирования он не получит, конечно. Тут даже выговором от начальства не отделаешься, но все-таки понижение в звании – это не смертельно. Дело быстро забудется, выслужит звание заново. Все равно это гораздо лучше, чем оказаться в тюрьме или на каторге.
Я не стал дожидаться, когда стражник отдаст приказ. Извернувшись, я изо всех сил пнул сержанта обеими ногами. Из положения лежа высоко достать было невозможно, да я и пытаться не стал. Ударил под колени. Получилось неплохо – противник с грохотом повалился на пол. Я второй раз за день направил внутреннюю энергию в руку, пережигая веревку, которой меня связали. Одновременно вскакивая на ноги, боднул головой в солнечное сплетение стражника. Неизвестно еще, кому от этого было хуже. Рядовой сложился пополам, пытаясь вдохнуть, но и у меня все в голове помутилось от удара – я как-то не учел, что все стражники облачены в кольчуги. Пожалуй, тут бы моя эскапада и закончилась. Я, конечно, метнулся в сторону, наугад, ничего не видя перед собой, без какой-то цели, просто чтобы не стоять на месте, однако не думаю, что в таком состоянии стражникам было бы трудно прекратить мои шевеления. Повезло, что служивым было уже не до того – мои наемники уже тоже сориентировались. Так удачно, как я, никто из них выступить не смог, но местным представителям закона резко стало не до меня. Особенно после того как Дар заорал:
– Чего стоите, идиоты? Они всех щас положат, чтоб свидетелей не оставлять!
Удивительно, но некоторые из завсегдатаев трактира отреагировали вовремя – навалились на стражников, стали отбирать у них оружие. И небезуспешно. Численное преимущество есть численное преимущество – через несколько минут обстановка в трактире окончательно поменялась. Стражников повязали их же веревками. Сопротивление было подавлено.
Ситуация выглядела… неоднозначно. Полностью разгромленный трактир. Поваленные столы и лавки, разлитое пиво, битая посуда и остатки еды. На полу без сознания валяются посетители вместе с трактирщиком, и отдельно десяток отчаянно матерящихся стражников. Шестеро побитых наемников и дюжина горожан. Тоже побитых.
– Так это, чего делать-то теперь? – один из наших бывших противников, наконец, высказал вопрос, который, несомненно, волновал всех присутствующих.
– Может, стражу позвать? – с сомнением предложил Рин.
– Уж ты бы молчал, – недовольно посоветовал Дар, который, кажется, полностью сознавал, в насколько затруднительном положении мы оказались. – Вот кто тебя просил рот разевать? Разошлись бы мирно, так нет, надо было тебе заказчиком пригрозить! Какую стражу звать-то будешь? Их вон друзей? – Дар мотнул головой в сторону повязанных вояк. – Так они тоже разбираться не будут!
– Так это, может тогда просто разбежимся? А этих тут оставим, – высказал еще одну «гениальную» идею Рин.
– Мысль так себе, – я поспешил вмешаться, потому что заметил, что моим парням предложение так же пришлось по душе. – Во-первых, как мы оставим нанимателя? Ее дела в городе еще не завершены. А во-вторых, если мы сейчас уйдем, эти уроды будут рассказывать все, что захотят. Да нас потом по всей стране искать будут. Земля под ногами гореть станет!
Было заметно, что некоторых из наемников я не убедил. Рин и Хран по-прежнему с сомнением косились на дверь. В конце концов, что их держит в Согресе? Ни дома, ни семьи у них здесь нет, а где именно зарабатывать деньги мечом им, по большому счету, все равно. Пожалуй, только мое, как представителя нанимателя присутствие останавливало эту парочку от того, чтобы немедленно сделать ноги. Я такому не был особенно удивлен. Скорее, мне было непонятно поведение остальных наемников. Ладно Дар, он уже слишком давно занимается этой работой и не может не понимать, насколько важна репутация, а вот Тикль с Бурундуком меня по-настоящему удивили. Вид у них был, конечно, мрачный, но при этом оба встали возле двери, всем своим видом показывая – до выяснения ситуации из трактира никто не выйдет.
  
– Нет уж, теперь дело надо доводить до конца. Я становиться преступником не собираюсь. Кто в этом городе занимается преступлениями стражи? Ну не может же быть, чтобы они сами себя в холодную сажали, в случае чего?
– Дворцовая стража занимается, – с готовностью сообщил активный горожанин, который первым пошел на сотрудничество с нами. – Их и надо звать.