Хозяин Амура (СИ)
Тит ударом кайла сбил замок. Мы откинули тяжелую крышку. Внутри, на подкладке из бархата, лежали не слитки, а еще больше английских карт, несколько мешочков с образцами руды и толстый геологический журнал в кожаном переплете.
Я открыл его. Аккуратный почерк, надписи на английским, цифры, химические формулы, расчеты… И описание. Описание невероятно богатой, почти фантастической золотоносной жилы, которую они, судя по датам, нашли незадолго до нашего прихода. Я не великий знаток английского,, но годы работы антикризисным управляющим научили меня читать главный международный язык — язык цифр и отчетов.
При тусклом свете свечи я всматривался в эти чужие, каллиграфически выведенные слова и таблицы. Большинство текста я не понимал. Но я узнавал ключевые слова, почти не требующие перевода: Gold, Silver, Quartz, Vein. И я прекрасно понимал цифры.
Особенно мое внимание привлекла одна карта, самая детальная. На ней был обозначен небольшой, безымянный приток Желтуги, который инженеры — будь они прокляты — педантично назвали Forsythe Creek — Ручей Форсайта. Вдоль этого ручья шли многочисленные пометки, результаты проб грунта. Я не был геологом, но даже мне, простому смертному, цифры, стоявшие напротив отметок, показались фантастическими. Пробы показывали и много ни мало — до двух унций золота на тонну породы. Если я все правильно понял, то фраза «A very rich deposit!», начертанная кем-то каранадашом в углу карты, совсем не была преувеличением. А в углу листа, в разделе «Estimated yield summary», был приведен итоговый, предварительный расчет. Я с трудом, по слогам, разбирал слова, но последнюю строку понял без всякого перевода. Напротив надписи Total value стояла цифра с шестью нулями. И значок фунта стерлингов перед ней.
Ха, да тут есть за что бороться! Судя по этим бумагам, англичане наткнулись на настоящее, полноценное, чудовищное по своим масштабам Эльдорадо. И теперь я доподлинно знал, где именно оно находится.
Я медленно поднял голову, и рев реки в ущелье вдруг растворился в тишине. Пазл сложился. Рыжий — это мистер Форсайт. Фосс, как называли его китайцы. Седой — его таинственный напарник, возможно, тот самый «мистер Текко». Они поссорились. И седой убил рыжего, торопливо инсценировав нападение зверя, а затем бежал с лучшими бойцами, бросив прииск.
Разглядывая карту с пометками, я понял — они вернутся. Миллионы фунтов никто не оставит просто так в покое!
Глава 14
Глава 14
Когда улеглась первая суматоха, связанная с внезапным и таким удачным приобретением нового прииска, я решил лично осмотреть нашу новую жемчужину. Оставив Мышляева поддерживать порядок на «старых» приисках, я в сопровождении Лян Фу, Орокана и Софрона отправился на ту сторону.
Переход по нашему импровизированному подвесному мосту сам по себе был испытанием. Шаткий, сплетенный из веревок разной толщины, он угрожающе раскачивался над ревущим внизу потоком Желтуги. Каждый шаг по хлипким, скользким доскам отдавался в желудке холодком; казалось, одно неверное движение — и ты полетишь в кипящую пену, которая мгновенно перемелет твои кости. А ведь нам предстоит перетаскивать по нему сотни пудов грузов ежедневно!
Но то, что мы увидели на том берегу, заставило забыть о риске.
Прииск «Золотой Дракон» был устроен с размахом, куда большим, чем все остальные. Даже «Тигровый Зуб» бледнел перед ним! Он располагался в широкой долине, защищенной от ветров скалистыми склонами гор. Здесь все было основательнее: бараки для рабов сложены не из досок, а из дикого камня; склады — огромные, способные вместить годовой запас провианта. На складах обнаружились богатые запасы шанцевого инструмента, лотков для промывки, и даже запас ртути со специальным выпаривателем, позволявшим экономить ртуть, используя ее по несколько раз. Несомненно, это было эхо английского присутствия. Правда, золота здесь обнаружить не удалось: в процессе восстания оно куда-то «испарилось». Допрос рабов ничего не дал: все они кивали на «белых дьяволов». Впрочем, большая часть работников прииска, получив провиант, тут же приступила к работе. Стоя у берега реки, мы с удовлетворением наблюдали, как работники, дружно отрезав свои косы, тачками везут на промывку золотоносный песок.
— Теперь это золото будет служить Небесному Царству, а не белым дьяволам, — с мрачным удовлетворением произнес Лян Фу, зачерпнув в пригоршню горсть тяжелого, красноватого песка из промывочного лотка. Невооруженным взглядом заметно было крохотные золотинки, крохотными звездочками блестевшие под осенним солнцем.
— До него еще добраться надо, — сплюнув, проворчал прагматичный Софрон, глядя на почти отвесные скалы, окружавшие прииск. — Без жратвы и пороха это просто красивые сказки. А таскать все это добро через мост… Да половина в реку ссыплется!
Увы, но в чем-то он был прав. Этот отдаленный прииск и так-то было сложно снабжать, а с нашим, сверстанным на живую нитку мостом, размещать тут тысячи человек было бы безумием. Нужно либо строить настоящий, капитальный мост, либо искать другой путь. И я, кажется, уже знал, где его искать.
Еще раз развернув «трофейную» английскую карту, я расстелил ее на большом плоском валуне. Мой палец уперся в тонкую синюю линию безымянного ручья, впадавшего в Желтугу чуть выше по течению. Ручья, который неведомый мне англичанин с чисто британским апломбом назвал «ручей Форсайта».
— Люди что-нибудь говорили об этом месте? — спросил я Лян Фу.
Тот кивнул.
— Говорили. Белые дьяволы часто ходили туда со своими блестящими приборами. Запрещали кому-либо приближаться. Говорили, там — священное место их бога.
— Их бог — золото, — усмехнулся я. — Ну что, пришло время воочию взглянуть на это место. Пойдемте!
Лян Фу тут же подозвалнесколько «проводников». Мы вновь пересекли качающийся мост, затем шли около часа, продираясь через густые заросли, и, наконец, вышли к нему. Небольшой, ничем не примечательный ручей, бегущий по каменистому ложу — один их сотни впадаюий в верховья Мохэ. Но именно здесь, на его берегах, я нашел то, что искал -следы их работы.
Перед нами предстали останки базового лагеря настоящей, серьезной геологической экспедиции. Остатки палаток, остывшее кострище, обложенное камнями, а главное — следы профессиональной деятельности. В одном месте в скальный выход породы был вбит стальной колышек с вырезанной на нем латинской буквой «F». Рядом валялась брошенная, уже покрывшаяся легким слоем ржавчины кирка. Судя по клейму, она была сделана не в Китае, а в английском Шеффилде.
Они собирались обосноваться здесь надолго, это было ясно.
По моему приказу Софрон взял лоток и зачерпнул грунт со дна ручья. Через несколько минут он, молча, протянул лоток мне. Я посмотрел, и сердце мое пропустило удар: на дне, среди серого песка, тяжелым, маслянистым слоем лежало золото. Не просто отдельные блестки, как на Золотом Драконе, нет! Самородки размером с ноготь! Такого я не видел даже на самых богатых участках своих приисков.
Теперь все было ясно: вот оно, их Эльдорадо. Отличное место: вода — рядом, рабочие руки — не в избытке, но имеются. Место, где можно было бы наладить баснословно выгодную добычу. Правда, было одно «но»: если я правильно понял, богатая жила уходила вглубь, под толщу скальной породы. Чтобы добраться до нее, нужны были не кирки и лопаты.
Нужен был динамит. Много динамита. А где у нас динамит? Правильно, динамит у нас в России!
Пока мы возвращались с ручья, мысли о поездке в Россию буквально не отпускали меня. Там было все: динамит, заказанное и, что немаловажно — готовое оборудование, заказанное мною в Петербурге, которое нужно было оплачивать. Ведь я, договариваясь с Путиловым и Нобелем, оставил им только предоплату, собираясь расплатиться с прибыли Амбани Бира, но из-за этой кутерьмы с Тулишеном так и не удосужился этого сделать. Возможно, там уже начисляются неустойки… Там же. в России, стоило проведать и перспективные мои проекты — прежде всего, Бодайбо. Да и Кокорева не мешало бы проведать — как у него идут дела с железной дорогой? И, наконец, самое главное — там была Ольга.