Безверыш. Земля (СИ)

— Мы быстро.
* * *
Лететь, подхваченным под мышки, не так приятно и совсем не так быстро, как моя недоступная сейчас левитация. Но, увы, протоэнергии нет, и приходится довольствоваться тем, что имеется. По моей просьбе Кэйлор сразу же набрал высоту, и теперь разглядеть нас на фоне ночного неба будет непросто, а уж распознать в тёмной точке людей и тем более почти невозможно.
Нас почти наверняка будут ждать — местная система связи вовсю трудится, перемигиваясь фонарями на башнях. Известие о бунте заблудших — гахары, наверняка, преподнесут живчикам наши действия именно так — уже передано на периметр и несётся по границе лоскута от поста к посту. Только вряд ли наше появление будут ждать именно сверху, как едва ли кому-либо придёт в голову, что мы собираемся захватить одну из крепостей.
По логике — и гахары, уверен, тоже думают так — цель побега — покинуть лоскут. Продвинутые по местным меркам технологии полиса позволяют даже ночью контролировать периметр на предмет перехода границы крупной стаей опасных хищников или некого особенно старого зверя.
Так и есть. Впереди зажигаются мощные фонари. Сфокусированные лучи примитивных прожекторов, установленных на верхних этажах крепостей, обшаривают окрестности башен. Наверняка, солдатам отдан приказ: обнаружить нас и попробовать ликвидировать. Не получится, так хотя бы задержат и определят место, где заблудшими покинут лоскут. Вот только искать нас нужно не внизу, а вверху.
Подлетаем. Крыша башни под нами. Сейчас она пуста. Люк, ведущий с неё вниз, закрыт, но верхний этаж башни не имеет стен, только столбы по углам. Из-под карниза выглядывают острые носы заряженных баллист — здесь у них расположен главный калибр крепости. Отсюда же светит вниз гуляющий налево-направо прожектор.
Кэйлор знает, что делать. Инструкция выдана в самом начале полёта. Спускаемся вниз и ныряем под крышу с противоположной от той стороны башни, которая смотрит на город, куда обращены взгляды стражи. Клинки мага в руках. Я отпущен. На этаже шестеро — один солдат у громоздкого, похожего на заваленную набок бочку прожектора, остальные провожают шарящий внизу толстый луч напряжёнными взглядами, готовые пустить дальнобойное оружие в ход.
Нас заметили, лишь когда два солдата уже были проткнуты удлинившимися руками Хайтауэра и ещё двое срублены мной. Через миг и последняя пара живчиков нашла смерть под моими мечами. Всё про всё заняло три секунды. Никто даже крикнуть ничего не успел.
— Встань к фонарю, — приказал я шёпотом Кэйлору. — Чтобы соседи не догадались.
Король Эмрихта кивнул и, схватившись за ручку прожектора, продолжил водить лучом из стороны в сторону. Я же бросился вниз, сквозь широкий прямоугольный люк с откинутой крышкой. На следующем ярусе пусто. И понятно — основная ударная сила, которой при нашем обнаружении выходить нас встречать, изготовилась к бою у основания башни. Наверху видел раструб переговорной трубы. Если что, приказ будет доставлен мгновенно.
Продолжаю спуск. Тут уже между этажами дверей-люков нет. Спасибо развитому во всех отношениях телу Хо — темнота не мешает. Специально не взял имевшийся наверху переносной фонарь, чтобы свет раньше звука не выдал моё приближение. Ступени не слишком скрипучие — получается ступать мягко. Хорошо, что у них здесь не вертикальная лестница с перекладинами, а нормальная с косыми пролётами.
Тем не менее спешка не позволяет мне двигаться абсолютно беззвучно. Примерно на трёх четвертях проделанного пути, на одном из ярусов, обнаруживаю людей. Видимо, здесь расположен первый ряд окон-бойниц.
— Что случилось? — успевает удивлённо спросить повернувшийся к лестнице лучник, прежде чем рухнуть, лишившись головы, глухо звякнувшей шлемом об пол в момент, когда я уже завершал зачистку этажа.
Стрелков было четверо. И я снова смог всех убить, прежде чем кто-либо поднял тревогу. Но тут уже до первого этажа слишком близко — внизу шум услышали.
— Что там у вас?
Отвечать на прилетевший снизу вопрос я не стал. Вместо этого ломанулся по лестнице, не пытаясь таиться. Пусть думают, что топочет кто-то из лучников.
 
— Зикус, ты? Что случилось?
С предпоследнего яруса я ныряю в соединяющий этажи проём под углом, пролетая мимо лестничного пролёта. Здесь светло. Помещение набито солдатами, готовящимися по приказу покинуть башню. Четыре десятка — все с пиками и огромными прямоугольными щитами. В тот памятный день, обнаружив Ковчег, мы с Метлой и Китаром стали свидетелями командной работы забойщиков. Но в тесном пространстве такое оружие только помехой. Чтобы выхватить из ножен короткий меч нужно время.
Пятерых я убил до того, как они, вообще, поняли, что происходит. Ещё несколько воинов погибли, пытаясь достать клинки. Дальше эффект неожиданности исчерпал свой ресурс, и живчики начали оказывать сопротивление. Впрочем, помогало им это несильно. Ладно скорость и сила, в которых у меня серьёзное преимущество, но с фехтованием у воинов Ковчега настоящая беда. Не обучены они драться с людьми. Специфические, но всё же охотники.
— Жми его! В угол тесни! — голосил башенный, опознанный мной по паре красных полосок на шлеме.
Но приказы начальника гарнизона разбивались о моё тотальное превосходство. Прорубившись к выходу из башни, я занял позицию спиной к обитой железом массивной двери. Тут засов. Отодвинуть его — это время. Отлично!
Бросившись к лестнице, ведущей на подземный этаж, перекрываю второй, даже более доступный путь отступления.
— Не дайте ему уйти!
Даже в мыслях не было. У меня обратные цели — не выпустить из башни кого-то из вас.
— Пиками его! Пиками!
Надоел. Брошенный метательный нож застревает в глазу коменданта башни. Половина солдат мертва, у второй есть минута на попытку прорваться, но до живчиков никак не дойдёт, что единственное спасение в бегстве.
Ряды пытающихся зажать меня в угол солдат постепенно редеют. Начинаю напирать на них сам. Семь, пять, три…
Последний не вытерпел. Бросив щит, которым пытался прикрыть павшего миг назад товарища, устремился к ведущей наверх лестнице. Пусть бежит. Нам с ним по пути. Быстро осматриваюсь. Выживших нет. Только несколько умирающих, которые уже ни на что не способны.
Наверх! Через три яруса догоняю последнего из защитников башни и хладнокровно лишаю его жизни путём отсечения головы. Клинки мага чудесны. Даже узлы подгонять для ударов не нужно. Идеальное сочетание остроты с прочностью.
— Чисто, — сообщаю Кэйлору, выскочив на последний этаж. — Давай за Китаром. Унесёшь вместе с моим полэксом?
— Мальчишка нетяжёлый. Смогу.
— Давай. Жду здесь.
Сменяю у прожектора упорхнувшего в ночь Хайтауэра и принимаюсь обшаривать тусклым лучом подступы к башне. Громоздкая конструкция, прячущая в корпусе усиливающую свет систему из линз и зеркал, послушно гуляет на штативе туда и сюда. Судя по аналогичным движениям бьющих с вершин соседних башен лучей, наш захват данной крепости остался незамеченным.
Город вдали светится многочисленными огнями. Погоня, или уже отправлена, или вот-вот будет отправлена. Интересно, как гахары организуют этот процесс? Привлекут к делу все боеспособные силы полиса, или вооружатся, нажрутся бобов, кому это требуется, и отправятся ловить меня самостоятельно? Скорее всего, это будет две группы. Первая исключительно из гахаров и вторая, которая выйдет чуть позже, комбинированная и значительно более многочисленная.
Впрочем, всё это уже не имеет значения. Погоня закончится толком не начавшись, переродившись в осаду и штурмы. Тут уже вариативности больше. Посмотрим, как они будут пытаться нас выковырять из столь укреплённого бастиона. Дверь — выбивать лишь тараном, стены толстенные, окна и те начинаются лишь на большой высоте. Без магии им будет непросто. Здесь нужны мощные катапульты, как минимум, а времени на их строительство нет.
Четыре дня — это одновременно, и много, и мало. Не находись мы на самом краю лоскута, время работало бы на врага. Гахары не дураки, и поймут, что я задумал удрать от них, воспользовавшись скачком. Вопрос — смогут ли они помешать мне осуществить свои замыслы? Надеюсь, что нет.