Отпуск на фоне развода. Ее счастливый билет (СИ)

Значит, будет пресс-хата. Лишь бы Яша успел меня оттуда живым достать.
Ясное дело, понимаю весь расчет Беляева. Еще мы сыграли в его пользу. Поржали вчера, потискались. А дальше следующего хода не подумали. Кретины. Особенно я. И сегодня поплыл как пацан. Кайфовал. А надо было собраться…
«Яша, не подведи!» – подъехав к высоким серым воротам СИЗО, поднимаю глаза к небу.
  
– На каком основании? – кошусь на красную вывеску.
– Как особо опасного, – лыбится довольно майор. – Сегодня мне некогда тебя допрашивать. Много оперативной работы, – косится на часы. Нехилый такой брайтлинг в золотом корпусе.
– Жена подарила? Или друзья? – нахально киваю на запястье.
Майор инстинктивно натягивает рукав, пряча бесценный подарок «любимой». Вытирает потный лоб и смотрит на меня исподлобья. Нервничает, с.ка.
– Все, Дараганов, шагай. Сейчас в камере пошутишь, – ухмыляется он и поворачивается к подъезжающей следом Ауди. – Вот и судебное решение подъехало.
Быстро подсуетились. Очень быстро. Это же какой ресурс задействовали?
- А с решением можно ознакомиться? – цежу, собирая себя в кучу.
- Конечно, - довольно и устало улыбается майор.
Интересно, сколько ему отвалит Беляев?
Пробегаюсь по диагонали по документу. Выхватываю статьи, по которым меня задержали. Фамилию судьи, выдавшего решение. И дату. Все верно. Сегодняшним числом. Не подкопаешься.
– Еще встретимся, – отдаю листок и роняю коротко. Когда выйду, этому гаду мало не покажется, я его научу законы соблюдать. Смотрю на высокий забор, на запретку, и в душе все переворачивается.
Если выйду, конечно.
_________________________
Влип наш Илья. Но стал более брутальным. Как вам? 
  
Глава 37
 
Глава 37 
Сколько раз я входил в эти ворота? Обычно как адвокат. А сегодня меня вводят как подозреваемого. Повод – обхохочешься. Выпустят сразу, как только вмешается Лютов и Милена выйдет на связь.
В одном из коридоров киваю знакомому охраннику, обалдело оглядывающему меня, и снова звоню Яше.
– Братан, я в СИЗО…
– Охренеть новости, – кисло усмехается он и добавляет скороговоркой. – Там Юрка мой. Постарайся с ним выйти на связь. Я его сейчас предупрежу. Найдет тебя. Понял?
Понял. Выдыхаю.
Если Яша успеет, меня и в пресс-хате не тронут. Надо только сразу сказать, что я Юру знаю.
– Давай, вперед, – командует мой знакомец. – Если что надо, говори…
– Куда меня ведут? – спрашиваю одними губами.
– К блатным, – мотает стриженой головой охранник. – Не верь, не бойся, не проси, – напоминает прописные истины.
Киваю, стараясь вспомнить основные правила выживания. Ноги вытереть о полотенце, поздороваться особым образом, спросить, кто смотрящий… А дальше как пойдет.
Лязгают замки, открываются одна за другой двери. Безликие коридоры сменяются лестничными пролетами, и снова меня ведут куда-то. Уже другие охранники. Хорошо хоть руки не заламывают.
– Лицом к стене, – следует приказ. И я послушно выполняю команду.
– Заходи, – открывается дверь камеры.
Вхожу. Быстрым взглядом пробегаюсь по четырем лицам, полным злобы. Мне тут инвалидность обеспечена в лучшем случае, а в худшем… деревянный костюм.
Шестерки минут за пятнадцать управятся. Превратят меня в мешок с костями. А там уже неважно, закроют ли уголовное дело и выпустят меня. Я ничем не смогу помочь Милене.
Молодец, Беляев! Хороший план.
– Ну что там стал? – роняет худой парень с хищным оскалом и с выпирающим кадыком. – Иди сюда, знакомиться будем, – смеется он.
Вытираю ноги, роняю «Вечер в хату!», но проходить не спешу. Так и стою у двери. А меня со всех сторон обступают блатные…
Интересно, если стучать буду, кто-то придет на помощь?
Лихорадочно осматриваю камеру. Должен же быть какой-то выход! Сталкиваюсь взглядом с коренастым мужиком, сидящим на самой лучшей шконке. Наверное, это и есть смотрящий. И ему за меня кто-то заплатил…
– Под кем ходишь? – вскидываю голову. И уже слышу рядом зловонное дыхание приближающихся убийц. Их четверо, и я не Рембо.
– Под Лютым, – усмехается тот. – Знаешь, кто это? – глумится. Видимо, уверен в обратном.
Что ж, дядя… Придется тебя разочаровать. С Юрой я знаком лично. Разводил его с женой. Амелия, кажется. И дочка у него еще проблемная. С отцом осталась.
– Да, позвони ему, – растягиваю губы в улыбке. Сейчас главное, не поддаться панике, хотя адреналин и кортизол бьют по шарам. Нет. Нельзя. Надо сдержаться.
– Ты кто? – роняет угрюмо смотрящий. Оно и понятно. Весь план рушится. Одно дело – избить до полусмерти фраера залетного, а другое – наступить на мозоль самому Юре Лютому.
– Скажи, Илья Дараганов привет передает, – говорю спокойно и уверенно. Но кажется, в камере и так стоит гробовая тишина.
– Ну, лады, – кивком головы отзывает своих псов смотрящий. Тычет в телефон заскорузлыми толстыми пальцами. – Юрий Дмитриевич, тут такое дело, – тараторит преданно и таращится на меня в ужасе. Будто привидение увидел. – Да. Хорошо. Нормуль. Все сделаем…
И я только сейчас позволяю себе выдохнуть. Все в порядке. Яша успел. И Юра меня не бросил. А значит, есть свет в конце туннеля. Прорвемся. Через пару часов выйду.
– Лузга, освободи место для уважаемого человека, – встает со своей шконки смотрящий. – Проходи, Илья Александрович. Никто тебя не тронет. Что мы – звери какие, что ли? – улыбаясь, оглядывает своих шестерок.
Тот самый парень с кадыком подскакивает на месте. Бежит к своей койке и живо перекладывает вещи на другую, свободную.
– Присаживайся, мил человек, – улыбается мне смотрящий. – Юру-то откуда знаешь? – интересуется осторожно.
– С Яшей дружу, – морщу нос. – И с Юрой нормально общаемся…
– Ну да, ну да, – кивает мой собеседник. Отвлекается на звонок сотового и слушает внимательно. – Да. Хорошо, Юрий Дмитриевич. Да нормально все. Жив-здоров, – водит по мне любопытным взглядом и, откинув трубку в сторону, усмехается кисло. – Тебя к Лютому переводят. У него там камера двухместная. Телик, жрачка… Чисто курорт.
Так бывает. Я знаю. Но не со мной!
В голове рой мыслей. Аж на слезу пробивает. Яшка успел! Клацает замок, дверь открывается. 
– Дараганов! – зычно зовет меня конвойный и ведет на другой этаж. – Повезло тебе, – тихо шепчет уже в коридоре.
А у меня по коже мороз, и колени подгибаются, как у сопливого пацана. Выходит, я сейчас точно смерти избежал.
Вхожу в другую, более светлую и просторную камеру.
– А-а, братан! – поднимается мне навстречу Юрец. – Как оно? Не обидели тебя?
– Да только посмотрели искоса, – смеюсь я, обнимая высокого накачанного мужика. – Как сам?
– Да нормально все. Дочка только бузит. Вот Яшка и носится как угорелый, – всплескивает руками Юра. – Но по твоему вопросу уже работает. Отчитался. Сейчас жалобы накатает и к твоей девушке смотается. А мы пока поедим, о делах наших перетрем, – приглашающим жестом указывает на накрытый стол. – Чем бог послал, как говорится…
  
Глава 38
 
Глава 38
Выхожу из ванной и словно парю в облаках. Голова кружится. Падаю на постель. Закрываю глаза и проваливаюсь в сон. Спокойный такой, счастливый. Как из детства.
Цветы вокруг. Одуванчики. И с пригорка река видна. И я бегу, а потом лечу.
Телефон звякает, возвращая меня в реальность.
Я уснула и даже не проверила звонки. Это все Илья виноват. Умотал меня.
Тянусь за трубкой, подслеповато моргая, смотрю на экран. Тридцать пропущенных от Каролины. Пара от отца и два звонка от соседа дяди Миши.
  
«Ему-то что надо?» - закатываю глаза к потолку с лепниной. Рыбы наловил, угостить хочет? И совесть мучает, стоит только вспомнить о пакете, оставленном у Ильи в холодильнике.
Когда это было? Позавчера вечером, а кажется полжизни прошло. И все поменялось. И люди, и смыслы.