Отпуск на фоне развода. Ее счастливый билет (СИ)
Люблю ее. Хочу безбожно. А к ней нельзя. Нет у меня прав.
Это пока.
Выхожу на балкон. Плюхаюсь в низкое креслице. Закуриваю. Смотрю куда-то вдаль на бесконечные башенки с флюгерами, колоннады и шпили, подсвеченные прожекторами.
«Кто во что горазд! Лишь бы было круче, чем у соседа», – вздыхаю, цепляясь взглядом за покатый темный бок крыши с антресолями во французском стиле. Такие дворцы раньше цари строили. А теперь Женя Бобров… Владелец заводов, газет, пароходов.
Я у него несколько лет назад пару вагонов отсудил. Он до сих пор простить не может. Сел, правда, на долгий срок. Но до сих пор, вспоминая меня, морщится.
В кармане штанов дребезжит сотовый.
«Кого еще принесло на ночь глядя?» – выуживаю айфон недовольно. Втайне надеюсь, что это Мила. Отправила-таки дочку спать и решила прийти ко мне.
Но нет!
Из соседней спальни слышатся женские голоса. Балкон открыт, но о чем говорят мои красавицы, разобрать не могу. Да и не хочу. У девчонок свои секреты. А у реальных пацанов свои.
Гляжу на высветившееся на экране сообщение и ухмыляюсь. Точно! У нас свои тайны и треп.
«Привет, женишок», – пишет мне Игорян. Долбоящер херов. Все обо мне знает. И все помнит, гад.
«С хера ли?» – отвечаю и отправляю пару негодующих смайликов.
«Еще не переспал со своей любимой? Я вам все условия создал. В соседних комнатах поселил. А ты? Баклан-Дараган», – глумится. Да еще детским погонялом кличет.
Вот же сука… Хоть и лучший друг. Еще с детского сада.
«Олигатор ты хренов, – отвечаю второпях. – Ты все предусмотрел. Но просчитался. У Милы дочка. Каждые пять минут зовет маму», – добавляю пару орущих смайликов.
«Грудничок, что ли?» – уточняет Игорь.
Совсем мозги отлетели у мужика. Какой грудничок? Милене сорок два. Нашел библейскую Сару.
«Тинейджер!» – плюс пять рыдающих морд.
«Ща наберу», – отвечает Игорян и действительно звонит. Из Англии!
– Мне тебя учить надо? – шипит в трубку. – Не знаешь, как нейтрализовать? На первом этаже плойка стоит…
– Плойка? Волосы завивать? Так себе идея, братан. Я ценю твой порыв…
– Плейстейшн, идиот, – рявкает он. – Пусть поиграет, а вы пока пошпилитесь. Воо! Видишь! Все слова на букву «п».
– Да пошел ты! – рычу я, заходя в комнату. Боюсь, услышит Мила… Или, не дай бог, Каролина! У этой точно ушки на макушке.
– Сам пошел, – огрызается Игорек. – В сортир вали, бро. Там за большим зеркалом дверь в комнату твоей ненаглядной. Вернее, в такой же санузел. Напиши ей сообщение. Пусть приходит на свиданку.
– Куда? В туалет? – рычу я глухо. – Ты совсем сдурел? Первое свидание. Я его немного не так представлял…
– Ты ее застолбить хочешь или вокруг кругами побегать? – усмехается в трубку братан-олигатор. – Бери и делай. Заяви свои права.
– Все. Спокойной ночи. Ты уже пургу нести начинаешь, – огрызаюсь я и обрываю связь.
«Спасибо за советы, умник!» – пишу, с минуту подумав. – «Но у меня другой план».
«Хату только мне не спали. А то устроишь фейерверк, как тогда на днюху», – присылает эсэмэску Игорян плюс до фига ржущих смайликов и огоньков.
«Да ладно! А ты где был?» – печатаю, хотя прекрасно знаю ответ.
«С собакой гулял!» – снова ржет Игорь.
«Прекрасное алиби», – отправляю эсэмсэку и выхожу из сети.
Открываю дверь в санузел. Гипнотизирую взглядом зеркало напротив. И даже делаю шаг к нему.
«Стопэ!» – останавливаю себя. Не могу я вот так вломиться к Милене. Неправильно это. Моя любимая достойна красивого свидания и ухаживания. Это только Игорян может через сортир действовать. Ему если какая блажь в голову взбредет, тушите свет, называется.
«Сливайте воду!» – усмехаюсь криво. Нет, это вариант точно не для меня. Надо придумать что-то изящное. Покорить сердечко Милены.
В коридоре стукает дверь. Слышатся шаги. Кто-то лениво шаркает по паркету, а потом захлопывает дверь чуть в стороне.
«Каролина ушла к себе!» – улыбаюсь счастливо.
Сейчас бы к Милене пойти… Но тоже неприлично. И опять слышится стук двери и шаги. Немного другие. Быстрые. Легкие. Так ходит Мила моя.
«Интересно, куда ее понесло?» – недолго думая, выхожу следом. И мысленно прошу.
Пусть все сбудется сегодня ночью.
Глава 31
Глава 31
По широким ступенькам из мореного дуба спускаюсь вниз по лестнице. Оглядываюсь по сторонам в поисках кухни. Спросить бы кого-нибудь… Но вокруг ни души. Пустой темный холл, мерцающие во мраке струящиеся водопады хрустальной люстры.
Замечаю полоску приглушенного света и бегу к ней. Сейчас главное – найти кухню, попить воды и умудриться вернуться обратно.
Постараться не заблудиться. А то до утра искать свою комнату буду.
Свет гаснет, словно его и не было, и весь дом погружается во мрак. И что теперь делать?
Подсвечиваю фонариком из телефона. Ошалело осматриваю каждый темнеющий рядом проем. Куда он ведет?
Что-то я запуталась. А откуда я пришла?
Торможу, озираясь по сторонам. Уже паника подбирается, нечастая гостья в моей голове. Но я реально не знаю, что делать.
– Заблудилась? – слышится сзади знакомый насмешливый голос. От неожиданности подкашиваются коленки, и я как спелая груша падаю в руки Дараганова.
– Ты зачем подкрадываешься? – шепчу, запинаясь.
– Ничего подобного, – фыркает он, но из рук меня не выпускает. Обнимает за талию, стискивает покрепче. Я даже слышу, как бьется его сердце.
Или это мое?
– Где тут кухня? – хватаюсь за накачанное Илькино предплечье. – Попить захотелось, – поясняю, хотя меня никто не спрашивает.
– Мне тоже, – обжигает ухо шепот Ильи. Его ладони блуждают под грудью, а ниже спины в ягодицы упирается… – Хочу тебя, – признается Дараганов.
“И я!”
Но Илья отпускает меня. Слова застревают в горле. Чувствую себя обманутой и брошенной.
Илья громко хлопает в ладоши и кричит «Свет!», и вокруг нас загорается яркая иллюминация.
Умный дом. А я даже не догадалась, лохушка.
– Пойдем, – берет меня Илья за руку. Как маленькую, совершенно спокойно ведет на кухню. Абсолютно в другую сторону.
– Я бы точно не нашла, – усмехаюсь кисло. Одной рукой поправляю тунику. Стараюсь прикрыться поплотнее.
Под ней тонкая майка для сна. Не майка, а одно название. Я-то думала, меня никто тут не увидит.
– Ты воду будешь? Или… – интересуется Дараганов, входя в просторное помещение, больше похожее на операционную, чем на кухню. Около двух стен тянутся рядами холодильники и шкафы, сверкая серыми нержавеющими поверхностями.
– Споить меня решил? – поднимаю взгляд на своего спасителя.
– Я вообще-то хотел предложить молоко, но ты не дала договорить, – улыбается Илья, тормозя посредине кухни. Как раз напротив большого островка с черной мраморной столешницей, на которой с одной стороны вмонтирована многофункциональная мойка, а с другой стоит хрустальная ваза с фруктами.
– А тут есть молоко? Мне положено за вредность? – впиваюсь в Дараганова шалым взглядом. Смотрю, будто не видела никогда. Изучаю лицо, запоминаю каждую мимическую морщинку. Инстинктивно провожу пальцами по небольшой межбровке. Словно пытаюсь разгладить ее и тут же оказываюсь прижатой к мощной груди друга детства.
– Мила, – хрипло выдыхает он мое имя. Пожирает меня жадным взглядом. Усаживает на прохладную мраморную столешницу. Целует куда-то в ключицу. – Мила, – зарывается пальцами в мои волосы.
– Не здесь. Пожалуйста, – шепчу я, машинально раздвигая бедра. Хочу Дараганова, и даже скрывать это не собираюсь. Могу и во всеуслышание в блоге заявить.
– Тогда пей свою воду, – отстраняется от меня Илья. – И встречаемся у тебя в туалете.
– Что? – охаю, не понимая.
– Между нашими санузлами дверь. И я хочу спать с тобой. Всегда, Мила, – кладет мне на затылок руку и сминает губы в грубоватом поцелуе. Отвечаю ему тем же. Наши языки переплетаются между собой, ладони порхают по телу.