Отпуск на фоне развода. Ее счастливый билет (СИ)
Замечательно!
Менеджер поднимается навстречу. Недоуменно пялится на Марину, затем на Влада. Улыбается через силу, словно принимая решение.
Прикусываю губу, чтобы не рассмеяться.
И точно замечаю момент, когда менеджер нажимает тревожную кнопку.
А дальше…
Дальше я действую на инстинктах. Каким бы подонком ни оказался Влад, но там моя дочь. И я не желаю ей даже на сутки оказаться в КПЗ. Пусть Беляев играет против правил. Но я никогда не опущусь до его уровня.
– Привет! – выступаю из-за колонны к вселенскому ужасу Беляева. – Я уже все оформила, – улыбаюсь светски.
– А-а… я думал… – блеет мой муж.
А дочь смотрит как на врага.
Можно уходить. Но я медлю. Жду, когда подойдет служба безопасности, чтобы Марина поняла, во что влипла.
И буквально через минуту в ВИП-зону входят парни в строгих костюмах.
– Что тут происходит? – рыкает старший.
– Да вот девушка выдает себя за нашего клиента, – указывает на мою дочку менеджер.
– Это был розыгрыш, – улыбаюсь я. А лицо Марины превращается в бледную маску. – Недоразумение, – делаю шаг к старшему по группе.
Слава богу, я его знаю! Он проверял залог под кредит.
На ходу придумываю новые версии. Но не успеваю даже слова сказать.
– Хорошо, – кивает Кравцов, бывший полковник в отставке. – Раз вы подтверждаете, Милена Викторовна. Мы оформим вызов как ложное срабатывание. Но вы, девушка, на будущее думайте, что творите.
– Д-да… х-хорошо, – испуганно мямлит Марина, поднимаясь из кресла.
– Пойдем, – беру ее под руку. Цепляюсь пальцами в тонкий локоть, насильно веду к выходу.
– Мамочка, прости, – блеет она. Но в глазах уже не видно ни испуга, ни раскаяния.
– Запомни, что тебе полковник сказал, – шиплю еле слышно. Замечаю Илью, пересекающего парковку.
– Ой, да какой он полковник! Не смеши. Урод конченый, – фыркает Марина, вырывая руку. И добавляет с ненавистью. – Это ты во всем виновата!
Глава 21
Глава 21
– Я вас из-за матери отпустил, девушка, – раздается сзади насмешливый голос полковника Кравцова.
Марина дергается как от удара и тянет раздраженно.
– Это все ты, мамочка! Решила нас с папой унизить до предела? У тебя получилось.
– Мариш, помолчи, – обрывает ее Влад. – Дай нам с мамой самим разобраться, что происходит…
– Помощь нужна? – озабоченно смотрит на меня Кравцов. И слава богу, такой человек не станет выкладывать в интернете наши разборки.
– Нет, спасибо, – улыбаюсь через силу. – Я уже ухожу, – оглянувшись, замечаю Гелик Ильи, паркующийся у входа в банк.
– Милешенька, подожди, – хватает меня за руку Влад.
Шарахаюсь от него как от чумного. Инстинктивно делаю шаг назад. Нога подворачивается, не найдя опоры, и я начинаю заваливаться на бок.
– Осторожно, – подхватывает меня под локоток Кравцов и с подозрением смотрит на Влада и Марину.
А те стоят как ни в чем не бывало. Наблюдают. Даже руки не подали, когда я падала. Но оно и понятно. Я им нужна только как свинья-копилка. И чем беспомощней, тем лучше…
Капец, ситуация!
– Проводите меня, пожалуйста, до машины, – киваю на Гелендваген. И сама не знаю, как реагировать на проступки мужа и дочери.
Еще вчера я считала их самыми близкими. А сегодня у меня глаза будто открылись.
– Да, конечно, – тут же спохватывается Кравцов. Большой сильный мужик. Я ему даже до плеча не достаю. Словно коршун, прикрывает спиной. А когда Беляев тянется ко мне с дурацким стоном «Милешенька!» , рыкает грозно.
– Руки убрал. Живо…
– Вы не имеете права! – взвизгивает бывший муж.
– Ты – свинья, мама! Гадкая свинья! – бьет меня словами наотмашь Марина. Содрогаюсь, как от ударов хлыстом. Но все равно с гордо поднятой головой иду к машине.
– Это треш какой-то, Милена Викторовна, – вздыхает Кравцов. – Надеюсь, они одумаются…
– Навряд ли, – смаргиваю слезы.
А навстречу уже выбегает Илья.
– Мила, ты в порядке? – забирает меня из рук Кравцова. Кивает ему как старому знакомому, помогает усесться на переднее сиденье.
А потом сам прыгает за руль, бьет по газам.
Из-за плеча Ильи смотрю на мужа и дочь, застывших на крыльце. Марина даже не скрывает ненависти, а Влад выглядит обалдевшим и раздосадованным.
– Номер не прошел? – усмехается Илья, выезжая на проспект. – Зачем они в банк приходили? Тебя встретить?
– Сомневаюсь, – тереблю ручку сумки. Слезы сами льются из глаз. А на душе так противно и пакостно, словно мне на голову ведро помоев вылили. И кто? Самые близкие! – Ты подал заявление? – всхлипываю в отчаянии.
– Да, конечно, – недоуменно смотрит на меня Илья. – Что случилось? Эти гаврики что учудили?
– Хотели поменять пароли. Марина явно под меня косила.
– Совсем дурная, что ли? – негодующе фыркает Илья. На светофоре достает из кармана белоснежный носовой платок. – Держи, крошка енот, – улыбается с жалостью.
– Нет, боюсь запачкать, – отчаянно мотаю головой. Достаю из сумочки пачку салфеток. Утираю глаза. Выуживаю из кармана сумки зеркало и в ужасе смотрю на себя.
Действительно, енот! Только не крошка.
На коленях вибрирует сотовый. Звонок от Марины. Обычно я сразу кидалась отвечать. А сейчас не могу.
«Что я тебе сделала?» – мысленно кричу дочери. Почему ты так со мной? Я же люблю тебя!
– Не отвечай. Успокоишься, перезвонишь, – тихо велит Илья. Трубку не забирает, но глядит строго, с болью. И меня прорывает снова.
Как же так? Ладно, Влад! Но Марина! Еще бы младшую вдвоем обработали!
– Не буду, – всхлипываю тихонечко. Утираю глаза, лицо и снова реву.
– Может, домой? В смысле, к Игорю? – настороженно интересуется Дараганов. Дергается, как от боли. Видимо, не выносит женских слез.
– Нет, – заявляю упрямо. – Поедем в госреестр. Хочу знать, что там намутил Беляев с недвижимостью. Мне уже кажется, что он крышей поехал… Ну, или я с ума сошла! Нет у нас никакого брачного контракта, и недвижимость вся на меня оформлена. Ничего на Владе не числится…
– Я-то понимаю, – вздыхает Илья. Сжимает мою руку порывисто. – Прорвемся, Милка. Все будет в твою пользу.
– Пусть будет по-честному, – шепчу тихонечко. – Не хочу расставаться врагами! – бросаю порывисто.
«И вообще не думала о разводе. Жила себе счастливо», – думаю горестно. И дергаюсь, когда звонит сотовый.
– Что тебе надо? – резко спрашиваю Влада. – Ты совсем обезумел? Зачем нарядил Марину в мои шмотки? Решил дочке срок поднять с пола?
– Милешенька, – блеет бывший. – Ты все не так поняла. Маришка скучает по тебе. Вот и оделась так. Из банка звонили… Ничего толком не объяснили… Мы с ней решили приехать и разобраться на месте…
«Хватит врать!» – хочется закричать в голос. Хватит.
Но я так жила. Во лжи и предательстве, и ничего не замечала.
– Я все слышала, Влад, – роняю коротко.
– Ну что ты там слышала? – доносится из трубки снисходительный голос Беляева. – У тебя же свидетелей нет, и не будет.
– А мне и не надо, – отрезаю яростно. – Достаточно, что я знаю. И меня не переубедить…
– Это мы еще посмотрим, – резко обрывает меня муж и добавляет с тихим присвистом. – Советую одуматься, Милена. Хватит. Погуляла с мужиками.
– Что?! – поперхнувшись от возмущения, ору в трубку. И тут же беру себя в руки. – Я сейчас еду в госреестр, Влад. Если там будут какие-то сюрпризы, подам на мошенничество. Ты меня знаешь, я зря угрожать не буду, – сжимаю руку в кулак.
Где бы взять сил и выдержки?
– Милешенька, остановись, – просит бывший. Замечаю в голосе дрожащие нотки. – Я прошу тебя. Давай встретимся и поговорим. Сами. Без свидетелей. Я и ты. На нашем месте в кафе.
Звучит фантастически нереально. Как отклик из прошлой безоблачной жизни, где я была счастлива.
Глава 22
Глава 22
– Конечно, встретимся, Владислав Сергеевич. Обязательно, – сжимаю телефон покрепче. Сейчас главное – не выдать себя. Не вывалить на Беляева рвущие душу эмоции.