Магия, кофе и мортидо наставника Медея. Дилогия (СИ)
– Ну что ж. А теперь немножко подождем, – легкомысленно сказал Медей, затем подошел к воротам и оперся на них, пока куча подростков некрасиво пялилась и глядела на него неожиданно злыми, обиженными глазами.
Хотя страха в них плескалось, все же, побольше.
«Что? Они действительно думали просто пройти туда‑обратно? Значит, этот выпуск стоит отправить обратно в…»
Истошный вопль из глубин Лабиринта заставил подпрыгнуть на месте каждого из присутствующих, за исключением Медея.
– У‑у‑у, что же он там увидел? – да, наставник специально усилил звук от любого живого участника внутри. Так определенно будет веселее, – интересно, правда?
Присутствующие студенты почему‑то выглядели радикально несогласными. Ах, как же жаль, что их никто не спрашивает.
Интерлюдия 1Через тернии к звездам (1)
❝ Я вижу каменное небо
Над тусклой паутиной вод.
В тисках постылого Эреба
Душа томительно живет… ❞
Осип Мандельштам
– «Прощай сестра! Мечта твоя, безумна. Но для родных ты истинно родная»… – так напутствовала ее в дорогу дорогая Исмена, а блеск слез в уголках прекрасных глаз выглядел почти что искренним.
Что ж. Пускай она своей рукой сожгла за спиной последний мост, оставила последний островок безопасности, последнюю возможность… это больше не значит ничего. Дом стал чужим и опасным, близкие люди рвут друг друга, словно дикие звери. Отца отравили, мать плетет интриги, меняет любовников чаще блюд на праздничном обеде, любимый брат занял место главы, стал ничтожнейшим из тиранов.
Когда‑нибудь, Арна Бендида вернется домой, наведет порядок в роду, принесет долгожданный мир гортанными звуками магических проклятий. Когда‑нибудь, но не сейчас, не в этот день. Потому что сегодня судьба задумчиво качает чашу весов ее жизни. Боги смотрят на свою неразумную дщерь с вершины Парнаса и решают – жить или умереть одной юной деве.
«Если я провалюсь на Испытаниях, не смогу поступить – мое истерзанное тело найдут в полях за городом уже к следующему закату. Или не найдут вовсе».
Мысль уже не вызывала в ней ни душного, слегка плаксивого гнева, ни угрюмой тоски по прекрасному прошлому. Удивительно, как мало нужно человеку, чтобы свыкнуться со своими несчастиями! Всего лишь поставить на кон собственную жизнь. Ах, как легко и радостно стало на душе Арны после того, как она столь дерзко ослушалась приказа брата.
Нет дороги назад. Так что… Богиня Геката, не оставь меня в пути!
Она опередила гнусного убийцу всего на полсотни шагов. Нырнула за ворота Академии Эвелпид, пока ближник ее брата сверлил спину злыми, тухлыми глазами ветерана Старой Войны. Арна будет в безопасности, пока ей не прикажут покинуть своды древнего замка. В ее же интересах сделать так, чтобы остаться внутри как можно дольше.
Девушка почувствовала, как растягиваются губы в широкой улыбке. Победить, пусть и в такой малости, убийцу родной сестры оказалось приятно. А гудящая, гомонящая толпа таких же одарённых, как она сама, напомнила детство. Подарила ту смущенную восторженность ожидания нового знакомства, с которой она впервые шла в малый гимнасий или к старому учителю.
Речь ментора Алексиаса заставила покрыться мурашками, закричать и захлопать от порыва чувств. В отличие от неженок из семей простых магов или первого поколения, посыл главы Академии не шокировал ее и не возмутил. Так и должно быть – магия не покоряется ни слабакам, ни трусам. Магия – это постоянная ответственность, как любил говорить отец. А если слабый, неразвитый маг не может себя контролировать – он отпускает вожжи своей собственной жизни, отдает их на потеху окружающим. Он становится хуже, чем просто слабым – он становится смешным. Или мертвым, если амбиции превышают контроль.
Ночные бдения почти не задержались в ее памяти. Вокруг алтаря Гекаты стояло всего трое из четырех дюжин будущих магов. Соискатели избегали дальний угол Богини Судьбы и Перекрестков, точно моровой язвы, вздрагивали и отворачивались, если случайно бросали взгляд на ее броскую, вызывающе‑изящную статую единой‑в‑трех‑лицах.
Глупые люди, которые не хотели ничего отдавать взамен – только брать и брать: знания, милость Богов, внимание наставников. Она видела этот вид алчности, больше подходящий рабам и метэкам, нежели серьезным гражданам или аристократам. Впрочем, среди будущих студентов имелись и более достойные соискатели.
– Ой! – Арна потерла плечо, куда врезалась лбом какая‑то ду…
Она ахнула, стоило лишь «дуре» поднять на нее свои удивительные, розовые глаза. Как у Эос, Богини Рассвета.
– Простите, я…
– Все в порядке. Ты торопишься? – неосознанно выдала она, и машинально схватилась за чужое запястье, пока продолжала пялиться. Арне почему‑то не хотелось отпускать руку этой странной девушки.
Все в ней кричало о любви Богов: прекрасная внешность, редчайший оттенок лазурных волос и розовых глаз, природная властность в чертах лица, ровный тон магии внутри изящного тела, четко ощущаемый пальцами через биение жилки на запястье незнакомки. Высокие скулы говорили об уме, порывистость движений держалась в беспощадной узде контроля, интенсивный взгляд словно сдирал лживые слои души, выворачивал нараспашку человеческую суть.
Кто эта Богиня, сошедшая в мир смертных?
– Пошли быстрее внутрь. Вдруг все места займут, если мы не поторопимся? – взгляд незнакомки смягчился, приобрел озорные нотки.
Она качнула лазурной гривой с одним легкомысленным хвостиком на боку, мягко высвободила свою руку из хватки ошарашенной Арны, теперь уже своими пальцами перехватила чужую ладонь, потащила ее сквозь толпу студентов в двери лекционного зала, где исчезли оба наставника.
«А ведь эта нимфа и сама долго меня рассматривала», – вдруг поняла Арна, пока семенила за ней следом и растерянно пялилась на то, как раз за разом натягивается хитон между лопаток девушки.
– Меня зовут Грация, просто Грация, – жарко шепнула она ей на ухо, – ух, ты такая куколка, я чуть не растаяла от умиления.
«Куколка?»
– Я Арна, Арна Бендида, – только и успела шепнуть она в ответ, когда впереди нашелся свободный ряд и им пришлось отсесть друг от друга.
Нос до сих пор щекотал мятный запах ее волос, а в груди разливалось робкое чувство надежды и радостного смущения. Если они обе пройдут все Испытания, станут настоящими ученицами Эвелпид… сможет ли Арна подружиться с этой Грацией?
Девушка вздохнула. Никогда в жизни она не видела настолько яркой, искрящей личности. Никогда раньше ей не хотелось так сильно стать частью чьей‑то компании. Она всегда отчаянно хотела найти друзей, но другие дети казались ей скучными и поверхностными. Только семья дарила душевное тепло, пока… пока все не стало плохо.
«Есть некая ирония в том, чтобы получить шанс на желаемое только во время Испытаний с риском для жизни», – подумала она с неуместной улыбкой. А затем резко выкинула все мысли из головы, когда наставница Колхида стала излагать суть первого Испытания.
– Имя!
– Арна Бендида, – четко произнесла она.
– Приступайте к измерению.
Вода под ее ладонями заволновалась, пошла бурунами, а затем тягуче‑медленно, торжественно поползла вниз, пока не остановилась ровно на уровне первой же толстой риски.
– Лептосом, резерв – одна пальма. Вы прошли, дева Бендида. Садитесь на место и продолжайте отвечать на вопросы, – рыжая наставница кивнула ей, после чего снова опустила глаза на лист со списком соискателей.
– Грация!
Арна задержала дыхание и с волнением, удивившим даже ее саму, наблюдала за действиями новой знакомой. Грация тоже оказалась лептосомом. Более того, ее резерв вдвое превосходил запас маны Арны! Чудовищная мощь, такие люди рождаются раз в десять лет! На всем курсе редко встретишь больше одного‑двух таких учеников…
Неважно. Главное, они обе прошли дальше!
Арна совершенно не запомнила вопросы на листке, только их предельную легкость, даже детскость. Зато заклинание «Фак» вызвало закономерное уважение. Какой гений придумал настолько легкую, и, вместе с тем, настолько полезную магию? И ведь ее показали простым соискателям, даже не официальным первокурсникам! Воистину, именно Эвелпид – величайшая Академия их королевства, что бы там не мнили о себе столичные кровопийцы.