Нападающий вратарь. Книга седьмая. 1952 (СИ)
— Да я галстук вчера вот сюда ложил!
— Не ложил, а клал! — поправляет его представитель интеллигенции.
— Какая разница. Всё равно нету!
— Это я брала — высовывает голову в коридор Пирожкова, — Вот погладила…
Колобок забирает предмет своего свадебного гардероба и пытается открыть Пирожковскую дверь. Катя визжит в комнате:
— Сюда нельзя. Маша, вообще голая!
Дверь захлопывается, а Колобок, присев на корточки, смотрит в дверную щель. И встав, констатирует:
— Ни хрена не видно… Хотя… Чего это я там не видел?
Я еле отбрехался от роли свидетеля. Пусть Боря Татушин с подругой невесты Плэнглин целуется.
От неё потом так просто не отделаешься. Уж я то знаю.
Расписали без приключений. В ЗАГСе гармонист-казачок вместе с присутствующими спел задорную «Еврейскую комсомольскую»
От Колобковой родни были: мама, сестра Фрося и пара двоюродных братьев. Поначалу они дичились городской компании, но после первых тостов влились в общее веселье.
На свадьбу вместе с молодыми Булганиными пришёл мажор Лев Збарский. Маша Плэнглин у меня интересуется:
— А кто этот парень?
— Какой же это парень? Это Лёва! Снимает девушек и на работе и просто так!
— Познакомишь?
Свадьба в столовке у «Художников» в самом разгаре. Маша Колыванова посмотрев на «детский» поцелуй молодых:
— Ну кто же так целуется? Смотрите, как надо! — и в засос меня…
Хохот. Все вокруг радовались счастью молодых https://vk.com/video98476563_456241493
Я уже дошёл до кондиции и каждую выпитую рюмку стал поднимать над головой и переворачивать, чтобы показать всем, что пью до дна.
Помогавшая через папу «пробить» свадьбу, Рада Аджубей спрашивает Колобка:
— А почему ты в хоккей не играешь?
— Не. Там амбалы с дубинами в руках и ножами на ногах лупасят друг друга… Пусть лучше без меня…
Фрося Колобкова деревенскому брату:
— Ешь молча. Где твои манеры? Зачем чавкать, как боров у корыта?
Под такие разговоры я закусываю картофельным пюре и вкусной «шубой». Припоминаю, что у некоторых попаданцев в СССР в меню затрапезной заводской столовой была селёдка под шубой. Дичь! Это ресторанное блюдо не каждая семья в СССР делала лишь по большим праздникам. Например, на свадьбу…
Сидящий рядом Андрей Апсолон наливает коньяк в рюмки и информирует:
— Вернулся первый муж Светланы Сталиной. Обедал с ним в столовой. Он по лагерной привычке продолжает после приёма пищи облизывать ложку и вилку. Наголодался.
Посоветовал Апсолону, что пришёл с Вией и ревнует, несколько иностранных фильмов для проката в СССР. Андрей недавно стал директором Совэкспортфильма и оказывается, что он и без меня уже отобрал фильмы «Эта замечательная жизнь», «Чудо на 34-й улице», «Харви», «Трамвай „Желание“».
Апсолон пробовал в верхах протолкнуть идею приглашения Артмане в Голливуд, на фоне её успеха на двух заграничных кинофестивалях. Но среди советской творческой интеллигенции царит поведение: «У соседа корова сдохла. Пустячок, а приятно». Все стучат на всех. Стандартный подход чиновников к всяческим забугорным новшествам: «Сам не летаю, и другим летать не позволю»…
Минкультуры Фурцева, правда, поддержала Апсолона, выдвинув в «свадебные» директора Совэкспортфильма, но, её то понять можно. С неё трясут валюту от проката наших киношедевров, а Апсолон со своей группой выдаёт «на гора» по два-три фильма в год, которые можно менять на прокат кассовых зарубежных картин. И писатели, и кинематографисты пользовались прикрытием Фурцевой в случае наезда «органов». Как правило, относительно молодая партчиновница отмазывала работников пера от нервных разборок. Ведь сам товарищ Сталин частенько также бережно относился к писательской братии.
Во время «медлячка» Вия Артмане рассказала, что у них работает одна швея, которая живёт на жд станции Панки в железнодорожном вагоне. Там у них и кухня, и баня-прачечная в одном из отсеков.
Охренеть! Зато у наших молодых будет своя квартира!
Даша Булганина вошла в раж и спела под гармонь недавно «сочинённую» мной песню… https://ok.ru/video/5761402907?fromTime=1
Один из подвыпивших Васечкиных родственников «украл» невесту и закрыл её в подсобке, а сам вышел покурить и забыл про «кражу». Аделаида стучала в дверь минут пять пока её не «освободили». Такой вот казус.
Потом родственники Колобка перепились и в конце свадьбы даже слегка подрались между собой. Васечка объяснил жене, что это такая давняя российская традиция…
Глава 15
«Человек лишь там чего-то добивается, где он сам верит в собственные силы».
Людвиг Фейербах, немецкий философ-материалист.
«Новые рубежи — рядом, ищем мы их или нет»… «Демократия должна быть сильной и боеспособной, чтобы вынести тяготы долгой, напряжённой борьбы с набирающим силу коммунистическим миром.»
Джон Кеннеди, президент США.
12 мая 1952 года. Москва.
Утро понедельника. Начало трудовой недели. Выпиваю на кухне стакан тёплой воды с мёдом. Помогает, знаете ли, с похмелья. Как я вчера не отбрыкивался, но, к концу свадьбы — основательно набрался. Правда, дотащил вместе с Пирожковой до коммуналки писателя Гришу, нажравшегося в хлам. Катя пару раз намекнула, что будет не против переночевать в моей комнате. Но, тут только дай слабину и жизнь твоя рухнет в одночасье. Хозяин моего тела, Харий, может и покувыркался бы с соседкой, но, проживший долгую жизнь тренер, не поддавался на такие провокации.
Короче, я удержался от соседского блуда и теперь вот пью чай с соседскими детьми собравшимися в школу. Они с детской непосредственностью загадывают друг другу загадки и со смехом говорят разгадки: (Коля)«Какую ленту нельзя вплести в косу?… Пулемётную!» — (Лина) «Каких камней нет ни в одном море?… Сухих! — (Коля)"Летели три гвоздя. Упали в море. Какая фамилия у грузина?… Заржавели!».
— Всё! — подводит итог «угадайки» бабушка, — Портфели в руки — и в школу.
Вручение грамот ЦК ВЛКСМ на Пленуме. В Президиуме собрания присутствует Леонид Ильич Брежнев, активно продвигаемый Хрущёвым на партийный Олимп. В зале, что удивительно, — Галина Брежнева. Эта, возомнившая себя светской львицей, девушка, оказывается, по моему шутливому совету, познакомилась с юным, но высоким Эдиком Стрельцовым. Теперь вот они изображали из себя пару. Нагловатому и простоватому Стрельцу льстило то, что его допустила к себе «богатенькая фифа», а Галине, видимо, уже сейчас начали нравиться партнёры помоложе… Так и по жизни пойдёт…
Отзвучали бравурные речи. Перерыв. Семичастный, стоящий рядом с Брежневым, подзывает меня:
— Леонид Ильич, вот комсомолец-спортсмен Жаров. Он и песни нужные сочиняет и придумывает много чего…
— Ну, про то, что он заграницей творит, даже на Политбюро говорили… А про советы… Вот, скажи, Жаров, почему в Америке у кукурузы урожайность в два раза выше?
— Э-э… Леонид Ильич… — тяну я, — Может эту культуру только в южных и центральных районах сеять? Ну, не растёт она как надо под Вологдой и Питером… То есть, Ленинградом.
Брежнев качает головой из-за моего прокола, а Семичастный делает «страшные глаза», мол, срочно скажи, что-нибудь хорошее…
— Леонид Ильич, а у нас в Горьком начали выпускать «Волгу». Хороший автомобиль. Вы видели?
Брежнев, всю жизнь бывший страстным автолюбителем, садится на своего любимого конька и начинает рассказ про автомобили.
Награждают грамотами ЦК ВЛКСМ сначала передовиков производства, а затем и футболистов молодёжной сборной СССР. Так как я — комсомолец, то и мне, как помощнику тренера, тоже вручают.