Обслуживание избирателей (ЛП)

Я открыла муниципальную базу данных и ввела имя Генриетты. — Вижу, — сказала я через минуту. — Согласно этому, Кларкуорда до этого сбивал муниципальный автобус девять раз.
xxx
— Это заговор, — мрачно пробормотала Генриетта, гладя Кларкуорда.
Я просмотрела предыдущие девять инцидентов. — Впервые в Третьем округе, однако.
— Поэтому мы и приехали сюда! — воскликнула Генриетта. — После всех этих происшествий в Седьмом, Девятом и Четвертом округах я думала, что Третий наконец-то станет местом, где автобусы не будут пытаться выследить мою бедную Кларкуорд. Но потом, только сегодня утром, БАМ. Если бы вы были там, вы бы знали, как это было ужасно.
  
— Вообще-то, я была там, — сказала я. — Я была в автобусе 71-го маршрута сегодня утром, когда произошел инцидент. Из-за этого я опоздала в свой первый рабочий день здесь.
Глаза Генриетты широко раскрылись; голова Кларкуорда безучастно изменила положение. — Вы тоже жертва! Мы можем подать коллективный иск! — Она оглядела меня. — Ясно, что шок еще не прошел. Только посмотрите, какие у вас растрепанные волосы.
Я машинально дотронулась до волос, а затем остановилась. — Не думаю, что у меня есть много оснований для иска, — сказала я. — Меня не уволили.
— Пока что, — ободряюще сказала Генриетта.
— Могу ли я как-то помочь вам? — спросила я.
— Вы можете передать своему боссу, советнику, что если он хочет сэкономить городу кучу денег на адвокатах и вердиктах, он может урегулировать со мной дело за, скажем, полтора миллиона. Это миллион для меня и полмиллиона для Кларкуорд.
— Что курица будет делать с полумиллионом?
— Ну, это личное дело, не находите?
— Совершенно верно. — Я посмотрела на Кларкуорд. — Приношу извинения. — Если Кларкуорд была возмущена моим предположением или смягчена моими извинениями, она держала все в себе.
Я снова посмотрела на Генриетту. — Итак, урегулирование на полтора миллиона?
— Это кажется справедливым и честным. Мы не жадные.
Я ввела сумму в свой отчет связного. — Я передам это по цепочке, — сказала я. — Не могу обещать, когда у меня будет для вас ответ.
Генриетта улыбнулась. — Я облегчу вам задачу. Сегодня понедельник. Я вернусь сюда в четверг. Если советник Сойер не согласится на урегулирование, тогда я увижу его и город в суде. — Она встала, подняв Кларкуорд. — Не дайте приятной внешности обмануть вас. Я могу быть мстительной, а моя курица — настоящий динозавр, полный ярости.
На это Кларкуорд тихо, хоть и якобы яростно, кудахтнула.
— Я полностью понимаю, — сказала я.
— Конечно, понимаете, дорогая. — Генриетта посмотрела на меня с сочувствием и затем легонько коснулась моего плеча. — И обязательно обратитесь за помощью по поводу вашей автобусной травмы. — Она взглянула на мои волосы. — Бедняжка.
— С моими волосами все в порядке, — сказала я после ухода Генриетты, обращаясь ко всему офису.
— Хорошее средство для волос поможет с этим, — сказала Оуигин.
— Это… не тот «в порядке», что я имела в виду.
— Хм, — ответила Оуигин и вернулась к своему компьютеру.
— Можно задать вопрос? — спросил мой собеседник в 14:30, по имени Хьям Хувахьям.
— Нет, вы не можете потрогать мои волосы, — сказала я.
— Это не тот вопрос, который я собирался задать, — сказал Хьям, прикрыв некоторые из своих дыхалец, что у его вида было знакомым того, что его задели.
— Извините, — сказала я. — Это мой первый рабочий день, и он уже оказался долгим.
— Ах. — Хьям пошевелился, выражая сочувствие своим видом. — Знаю, как это бывает.
— Какой у вас был вопрос?
— Я понял, садясь, что то, о чем я собирался с вами поговорить, — это то, о чем я мог бы просто позвонить в Службу контроля за животными, но потом я задумался, занимается ли Служба контроля за животными видами животных не с Земли, так что вопрос был о том, должен ли я был просто позвонить в Службу контроля за животными и не тратить ваше время.
— Что ж, во-первых, вы не тратите мое время, это буквально моя работа — отвечать на такие вопросы, и, во-вторых, я понятия не имею, поскольку, как я уже упоминала, это мой первый рабочий день. Почему бы вам не рассказать о проблеме, а я посмотрю, смогу ли ее решить.
— Ладно. — Хьям достал телефон из кармана, открыл приложение с фотографиями, пролистал несколько и затем повернул телефон экраном ко мне. На картинке были два существа на плохо ухоженном огороженном дворе. — Я не знаю, что это такое, — сказал Хьям. — Но я знаю, что они не с Земли, и думаю, что за ними плохо ухаживают.
— Почему вы так думаете? — спросила я.
— Они все время кричат, и запах с того двора ужасен. Я живу вниз по улице и слышу и чувствую их. Не могу представить, каково жить по соседству.
Я кивнула. Вообще говоря, неразумные виды с других планет не допускались на Землю из-за слишком высокого риска для экологии планеты. — Как вы сделали это фото? — спросила я.
Хьям принял вид, похожий на овечий у его вида. — Я поднял камеру над забором и сделал снимок. Думал, это просто собаки. Когда увидел, что они другие, записался на встречу сюда. В любом случае, внеземные виды или нет, но похоже, что о них плохо заботятся.
— Да, не похоже, — согласилась я. Я начала печатать краткий отчет. — Можете отправить мне эту фотографию? Я выясню, какое ведомство за это отвечает, и добьюсь, чтобы это проверили. Это может быть Служба контроля за животными, или полиция, или, может, это федеральное дело, поскольку все, что связано с инопланетянами, обычно федеральное.
— Я не ожидал создавать федеральное дело, — извиняющимся тоном сказал Хьям.
— Не беспокойтесь, — сказала я ему. — Если этим существам нужна помощь, мы им поможем, и я сообщу вам, что мы выясним.
— Это очень любезно с вашей стороны, — сказал Хьям.
— Я — связной по обслуживанию избирателей полного цикла, — заявила я. — Назовите, пожалуйста, адрес того дома.
•••
— ЭТО, ОПРЕДЕЛЕННО, дело для Службы контроля за животными, — сказала мне Гида на нашей четырехчасовой встрече. — У них есть сотрудник, чья вся работа — заниматься заблудшими инопланетными питомцами. Дженсен Малин. Я его знаю. Я договорюсь, чтобы вы оба завтра утром посетили тот дом.
— Вы хотите, чтобы я пошла?
— Это не последний раз, когда тебе придется иметь дело с контрабандным инопланетным питомцем, — сказала Гида. — Ты должна знать, с кем будешь иметь дело, когда такое случится снова. Вы, люди, называете подобные вещи «нетворкингом», кажется.
— Поняла, — сказала я.
— Что еще за сегодня?
— Есть Женщина с Курицей, — сказала я.
Гида кивнула. — Я, кстати, посмотрела тот инцидент. Твоя Женщина с Курицей имеет ряд недавних афер, чтобы выманить деньги у города.
— Она сказала, что вернется через пару дней за своим урегулированием.
— Можешь сказать ей, что может подавать в суть хоть сейчас. Насколько я вижу, она даже не утруждала себя этим, и даже если подаст, это уже не наша проблема.
— Мужик с канализацией?
— Тебе повезло, советник уже в курсе проблемы и обсуждает ее с мэром и другими советниками. Так что мы уже над этим работаем.
— Это хорошо.
Гида сделала когтем движение, будто качала качели. — Проблема в том, что в бюджете в этом году не так много лишних денег. Даже если мы определим проблему, возможно, придется ждать следующего финансового года, чтобы ее решить. Это как минимум четыре месяца.
— Мне стоит это упомянуть?
— Почему бы не подождать, пока это упомянет мэр? Наши избиратели будут меньше на тебя злиться.
— Мне нравится этот план.
— Так и думала. Что-нибудь еще?
— Жалоба на Парад Лупидийского Празднества.
  
— Насчет шума, да?
— Именно.
— Ну, они не ошибаются. Парочка тысяч топающих лупидийцев заставит сейсмографы сработать.
— Если это известная проблема, то почему ничего не сделано?
— Потому что на каждого человека в Третьем округе, который ненавидит парад, приходится дюжина тех, кто его абсолютно обожает. Это единственный лупидийский парад в трех штатах, и он собирает огромную толпу именно из-за всего этого топота. Уикенд Лупидийского Празднества — третье по прибыльности время для бизнеса округа, после Дня матери и декабрьских праздников. Он знаменует три дня вечеринок и покупок.