"Фантастика 2025-173". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
А вот Совету есть чем! Если всплывет информация о том, что я планировала превратить «Перспективу» в обитель вемовских сил, инквизиторских санкций мне всыплют по самое не балуйся. Будет больно. Хотя сдать меня может только Лейка, а она промолчит по двум причинам. Первая – мы договорились хранить тайны друг друга. Я видела, какой она была перед последним визитом к Вениамину. Дар работал всего наполовину, и я догадываюсь, кто его погасил. В таком состоянии она бы одна от тьмы не отбилась, ей явно помогли. Вторая причина – Лейка в жизни не пересечет черту. Она понимает, что после ее признания мне наступит конец. К тому же у нее свои счеты к Совету. Кстати, это мысль…
Я схватила телефон и отыскала в контактах номер, который не набирала с октября. Лишь бы она взяла трубку! С нее станется сбрасывать вызовы. Гордая, как стадо оленей.
Вопреки ожиданиям, Лейка ответила быстро и слишком спокойно.
– У тебя три минуты, – заявила она вместо приветствия.
– Твоя доброта не ведает границ, – не сдержалась я. – Постараюсь уложиться.
– У меня нет желания с тобой разговаривать, но, полагаю, ты бы не позвонила просто так.
– Скоро к нам нагрянет Совет.
Повисла многозначительная пауза. Напряженная. Я испугалась, что Лейка бросит трубку, и спешно добавила:
– Решила, ты заинтересуешься.
– Что им нужно? – выдавила она.
– Помнишь толстяка из библиотеки? Так вот, он был моим клиентом. Кроме него, убили еще двоих, и на одну покушались вчера. Всех четверых я консультировала лично. И этот маньяк рисует неизвестные знаки на местах преступления.
– То есть дело в тебе? Совет едет из-за тебя?
– По-твоему, я дура? Игорь позвал. Сама знаешь, мне их присутствие нравится даже меньше, чем тебе. Но они едут, и с этим придется смириться. Встречаю подарочек в среду вечером. Присоединишься?
– Да, – сухо ответила она. – Во сколько мне туда приехать?
– Восемь часов, аэропорт Шереметьево. Встретимся на входе в терминал «F».
– Я буду, – заверила Лейка и сбросила вызов.
Взглянув на погасший дисплей телефона, я ухмыльнулась. С ума сойти! Видать, здорово ее прижало. Чем же? Любопытный расклад. Надеюсь, Лейкины проблемы не пересекутся с моими. Иначе мы рискуем в них утонуть…
Глава 8
ЛейкаВ среду я проснулась ранним утром, забыв о привычке валяться в постели до обеда. За окном было темно, подоконник завалило снегом. Планы на сегодня вгоняли в смятение, однако отступать я не собиралась. День намечался насыщенный: объяснение с Артемом, визит Паши и совместный штурм Потока. А еще встреча представителя Совета – от этой мысли становилось дурно, в сознание впивался страх. Накатывало ощущение безнадежности, перед глазами вставала лампочка на тонком проводе и аккуратные пятна крови на полу. Чертов сквозняк снова оживал в памяти и казался реальным. Надо успокоиться… Как я смогу защитить Артема, если с нервами справиться не в состоянии? Главное, не впадать в панику. Первое общение с Советом вышло, мягко говоря, неприятным, но теперь я буду умнее.
Горячий душ и чашка кофе быстро привели в чувство и вернули боевой настрой. Я жарила сырники, попутно убеждая себя, что Артему ничего не угрожает. Верилось в это с трудом. Правда, представить худший исход не получалось – банально не хватало фантазии. В итоге я разволновалась и обожгла палец о край раскаленной сковороды. Дико захотелось позвонить Владу и рассказать обо всех злоключениях. Он бы ляпнул забавную глупость, и мне сразу бы полегчало. Вот только впутывать его в очередную опасную историю не стоило.
Артем встал не сразу – отмахивался, повторяя несчастным голосом: «Еще минуточку». Пришлось сорвать с него одеяло и забросить в дальний угол кровати. Обычно он вставал охотнее и в более раннее время, но сейчас его путь лежал не на каток, а в родной дом. Нина легко согласилась забрать его до вечера. Заговорщицки подмигнула и заявила, что я долго продержалась – целых два месяца. Мол, уж она-то понимает, что потребность в личной жизни обязательно возьмет верх. Переубеждать ее я не стала. Так уж повелось: у большинства людей ужасно однобокие мысли.
– Чем ты будешь без меня заниматься? – спросил Артем, дожевав сырник. Мальчик искрился любопытством и легкой обидой. – С Владом куда-нибудь пойдешь?
– Нет. – Я переставила сковороду в раковину и включила воду. – Тебе надо проводить с мамой больше времени.
– Она по мне скучает. В последнее время я не могу читать ее мысли, не получается. Это плохо?
– Просто она знает, что ты умеешь, боится этого и намеренно закрывается. Не усердствуй – навредишь. Может, у нее проблемы какие.
– Ага. Бабушка злится, что я живу с тобой. Поругалась с мамой прямо на своем дне рождения!
– Да ты что…
– Кричали друг на друга, когда гости разошлись. Бабушка сказала, что у мамы от денег последние мозги выветрились – отдавать меня непонятно кому. Я их помирил. Осторожно, как ты учила, – с клубочком. Распутывал злость и отпускал, а хорошие эмоции вытягивал наверх. Помогло! Они обнялись, и бабушка извинилась.
Сжав губку, я принялась намыливать сковороду. То есть я – это непонятно кто? Хотя чему тут возразишь? То, что мне доверили Артема, со стороны выглядит действительно странно.
– Будь осторожнее, – перешла я на поучительный тон. – Если играть эмоциями, последствия могут быть непредсказуемыми.
– Ага. В прошлый раз мама расплакалась, я больше на жалость не давлю…
– Жалость вообще подлое чувство.
Я отставила чистую сковороду в сторону и потянулась за тарелками. Страшного зверя по имени посудомоечная машина я включать не рисковала. Справлялась с посудой по старинке, искоса поглядывая на блестящее чудо техники.
– Лейка, – не унимался Артем, – что ты собираешься сегодня делать? Скажи правду.
– Потом.
– Секрет, да?
– Послушай… – Я повернулась к нему и невольно улыбнулась, увидев сердитое лицо в веснушках. – Меня ждет тяжелый день. Я пока не знаю, чем он закончится. Возможно, понадобится твоя помощь.
– Я помогу! Вот хоть щас.
– Сейчас ты поедешь с мамой.
Артем протестующе упер руки в бока. Стало ясно: он жаждет приключений сию минуту. В отличие от меня.
– Это не обсуждается, – строго добавила я.
– Нечестно! Тиран домашний. Ты не Лейка, а просто Злейка какая-то!
– Я и не обещала, что у нас будет демократия.
– Пожа-а-алуйста, – шмыгнул он носом. – Можно остаться? Я ведь вижу… Тебе страшно, очень. Прям плющит!
Черт… Конечно, он видит. Мог бы промолчать, тоже мне, тактичный ребенок. И я хороша – свечу эмоциями на всю кухню, стыдно. Надо взять себя в руки.
– Справлюсь, – вздохнула я и вернулась к тарелкам. Пена с губки щипала обожженный палец и притворялась, что пахнет лимоном. – Ты уже собрался?
Артем демонстративно поджал губы. Пока я мыла посуду, он тяжело вздыхал и кидал в мою сторону обиженные взгляды. Что ему не нравится? Я честно и вежливо ответила на вопросы. Нет, все равно недоволен! Почему к детям не прилагается инструкция? Хотя вряд ли бы она пригодилась. Вон, к посудомоечной машине есть руководство, а доверия не внушает.
Я расставила сверкающую чистотой посуду на сушке и оглянулась. Нина должна приехать с минуты на минуту, а Артем и не думал собираться. От нечего делать раскачивался на стуле, но с кухни не уходил. Я сама сложила в его рюкзак телефон, тетрадь по английскому, любимую пижаму, и отвела несносного ребенка в коридор. Когда Зорьева позвонила в дверь, я старательно наматывала на шею Артема шарф, а он корчил недовольные рожи и сопел. Увидев мать, сразу выскочил из квартиры и вприпрыжку понесся вниз по лестнице, не удосужившись со мной попрощаться.
– Гляжу, вы ладите, – съязвила Нина.
– Зато Артем больше никого по Лектумам не раскидывает, – напомнила я.
Она развернулась и сердито зацокала каблуками по ступенькам. Видимо, все ненавидят рано вставать…
Оставшееся до прихода Паши время я провела в метаниях по квартире. Переоделась в вязаную тунику с пушистыми помпонами и причесалась раз пять. Поправила шторы, разложила вещи по местам и вытерла пыль влажной тряпочкой со всего, что попалось на глаза. Бабушка часто повторяла – хочешь избавиться от навязчивых мыслей, займись делом. Вытряхнуть из головы их не удалось, но нервозность волшебным образом испарилась.