Пролог (СИ)
Во тьме полярной ночи вокруг кораблей, назначенных в поход, закипела работа. Пополнялись до максимума запасы судового и авиационного топлива, до штатных величин загружались запасы авиационных боеприпасов на "Кузнецове", благо, что и истребители-бомбардировщики Су-33 и ударные вертолеты Ка-52 и Ми-28Н могли использовать одни и те же типы боеприпасов. А где-то после условного полудня на палубе "Адмирала Кузнецова" зажглись посадочные огни. Со стороны аэродрома Североморск-1, пробиваясь через морозную дымку огнями посадочных фар, приближалась первая группа из восьми десантных вертолетов Ка-29. К совершившим посадку "вертушкам" подскочили техники. Надо было срочно убрать их в ангары - уже была на подходе вторая волна из четырех ударных машин Ка-52.
С прилетевших вертолетов на палубу шустро начали выпрыгивать люди с высокими рейдовыми рюкзаками за спиной, увешанные самыми экзотическими видами стрелкового оружия. При этом внешне они напоминали обычную пехоту, не больше чем волк - болонку. Рядом с ними тут же нарисовался капитан 2-го ранга Иванцов. Прибывшие бойцы как-то незаметно растаяли в лабиринте коридоров "Адмирала Кузнецова". Словно их и не было вообще. Конечно, они не будут сидеть взаперти весь поход, но в дальнейшем им будут разрешено появляться на палубе и среди команды только одетыми в обычную для "Адмирала Кузнецова" форму. Со стороны, ни один нескромный взгляд не должен увидеть, что на авианесущем крейсере свили временное пристанище воины "из племени летучих мышей".
Не успели техники убрать в ангар последний Ка-29, как на посадку зашел первый Ка-52. С этими машинами возни было побольше, ибо из-за невозможности сложить лопасти их соосных винтов, "вертушки" вписывались в габариты самолетоподъемника с допусками - плюс минус - пять сантиметров. Но голь на выдумки хитра, рулетка, мел, банка с краской, и вот, на самолетоподъемнике уже нанесена разметка, указывающая, какое положение на палубе должно занимать шасси "Аллигатора", чтобы операция спуска или подъема прошла штатно. Помучавшись немного с первой машиной, остальные три опустили в ангары "Адмирала Кузнецова" почти в штатном режиме.
А над кораблем уже повисли "Ночные охотники"... Следом за ними, на палубу опустились два Ми-8, из которых местные техники, и прилетевшие на "мишках" специалисты стали выгружать на палубу разнообразные ящики и коробки с запчастями.
Через полчаса, мигнув на прощание проблесковыми огнями, Ми-8 поднялись в воздух и удалились в сторону родной авиабазы. А техники "Адмирала Кузнецова" принялись проделывать над Ми-28Н странную "косметическую процедуру". С ротора винта через одну снимали лопасти. Оставшуюся единственную фиксировали к кормовой балке. "Подстриженный" вертолет откатывали к самолетоподъемнику. Сноровка и слаженность, с которой все это было проделано, подсказали капитану 3-го ранга Максюте, что люди майора Голованова не первый раз подобным образом доводят до нужной кондиции свои машины, и что подготовка к операции началась далеко не вчера.
При ближайшем знакомстве с Ми-28Н Максюту удивило то, насколько прост в обслуживании и неприхотлив этот компактный и красивый вертолет, насколько в нем меньше, по сравнению с Ка-27, точек смазки и узлов подлежащих пред- и послеполетному облуживанию. Максюта просто влюбился в эту машину. Это как, после "Запорожца" сразу пересесть на "Вольво".
За хлопотами незаметно приблизился час "Ч". Прозвучала команда: "с якоря сниматься", и "малый вперед". Тяжелый авианесущий крейсер "Адмирал Кузнецов" и эсминец "Адмирал Ушаков", набрав ход, отправились в поход.
19 декабря 2012 года. Балтийское море, на подходе к Копенгагену, учебное судно "Смольный".На следующий день после рандеву с десантными кораблями и прибытия группы спецназовцев, в каюту ко мне заглянул Коля Ильин. После пары ничего не значащих фраз мне было предложено встретиться с одной дамой. Вскоре выяснилось, что "дамой" подполковник Ильин называет своего командира, то есть командиршу, полковника СВР Нину Викторовну Антонову. Нина Викторовна ждала меня под тем самым навесом на корме, где мы разговаривали с Колей в первый день. Стояла типично европейская зимняя погода, то есть около нуля, и порывистый ветер бросал горстями мокрый снег пополам с дождем. Мерзость, однако. Сама Нина Викторовна, в отличие от погоды, выглядела вполне привлекательно. Несмотря на ее 52 года, ни морщин, ни лишних складок, да и фигура вполне спортивная и подтянутая. На первый взгляд ей можно было дать не более сорока лет.
- Не встречались ли мы раньше, - поинтересовалась Антонова после взаимных приветствий, - где-то я вас уже видала? - Да, полковник Антонова замечательно "косит под дурочку", не помнит она, как же... Такое не забывается... Я вспомнил август 2008 года, кажется, десятое число. Окраина Цхинвала, и на этой окраине мы журналисты ИТАР-ТАСС, и съемочная группа ВГТРК. Словом все, как в стихах Константина Симонова про нас, военных журналистов:
...На пикапе драном
И с одним наганом
Первыми въезжали в города...
Только в отличие от Симонова, у нас даже и нагана не было - не положено. Наши только-только вошли в город и тут "галстукоеды" контратаковали - батальоном на неполную роту, к тому же "сборную солянку", с бору по сосенке. Там я ее и увидел, в черной спецназовской футболке и бронике, черные волосы с проседью собраны в пучок на затылке... Еще при ней были "спецы", то ли четверо, то ли пятеро. Обращались они к ней исключительно "товарищ подполковник"... Она же палила из "калашникова", рычала, отплевываясь от пыли, и материлась как извозчик... Наши ребята держались, но мы понимали, что пользуясь численным преимуществом противник в конце концов задавит нас. Все, к счастью, обошлось. В тыл грузинскому воинству ударила рота чеченского батальона "Восток". Джигиты в российском камуфляже, но с черными вайнахскими шапочками, резво высыпали из потрепанных БМП-1, разрисованных надписями "Ямадаевцы", "Чечня" и "Мага". Раздался воинственный клич: "Аллах Акбар", и... Дальше было как у Михаила Юрьевича Лермонтова: "Недолго продолжался бой: Бежали робкие грузины!.." Храбрые "витязи в драном натовском камуфляже" резво бросились бежать, да так, что даже на бэтере их трудно было догнать. Некоторые прикинулись ветошью, при этом продемонстрировав рекорд скорости опорожнения кишечника и мочевого пузыря. Да такое не забывается, так что придется напомнить, причем предельно тактично,
- Товарищ Антонова, Нина Викторовна, мы с вами действительно виделись, правда, мельком, в Цхинвале в августе 2008 года. Вы тогда были в звании подполковника. Помните, десятого августа, после боя корреспондент ИТАР-ТАСС берет интервью у ротного из батальона "Восток". Колоритный, матерый такой волчара, с рыжей бородой до пояса. А вы почти не изменились, скажу честно, военная форма вам весьма к лицу.
Полковник Антонова опустила глаза, ага вспомнила (или делает вид, что вспомнила), - Да, я тогда была при штабе группировки. А вы - в пресс-группе российских СМИ. - Я подумал про себя, - вот скромница, ну да, при штабе, в самом пекле она была. Но озвучивать мысли не стал, и изобразил на лице понимающую улыбку, - Точно так и было. Правда, поговорить мне с вами толком тогда не получилось. Я с передовыми частями отправился в сторону Гори и Тбилиси. Но героическая грузинская армия драпала так быстро, что мы их так и не сумели догнать. - Ну, а вы?..
Полковник Антонова задумчиво посмотрела в сторону моря, будто что-то вспоминая, - А моя дорога лежала в другую сторону - сначала в Зугдиди, а потом в Поти.