Пролог (СИ)
- Серьезный парниша, - кивнул в сторону хищного силуэта сторожевика Николай, - без него нам в Балтике было бы не совсем уютно. Эстов с прочими гордыми "шпротоедами" наши "партнеры" так накачали, что они просто на ушах стоят.
- Ну, эсты, это известные американские прилипалы, - я плотнее запахнул куртку. - Но, в любом случае, знаешь, с этой командировкой, я вдруг почувствовал себя как когда-то в добрые старые времена моей работы в "конторе". Уж больно все быстро произошло, в стиле, типа, "пятнадцать минут на сборы".
Николай пожал плечами, - Да и я, еще вчера утром был не в курсе, ни сном ни духом, хотя ты сам знаешь нашу "богадельню", - "Достать луну с неба, к завтрему...", или "Закат солнца вручную...".
- Ну, дак ведь и доставали же, и закатывали.., - я вздохнул, - вот были времена.
- И небо было голубее, и солнце ярче, и девушки красивее, и мы моложе... - Николай мотнул головой, - ну да, хватит пессимизма, - Васильевич, расскажи-ка лучше немного о себе? Ведь, считай, двадцать лет не виделись.
Я грустно усмехнулся, - И как будто вы меня перед встречей по своим базам не пробили? - Я ведь, Коля, может и постарел, но отнюдь не поглупел. Знаешь ведь, что тружусь все двадцать лет корреспондентом в питерском отделении ИТАР-ТАСС. И в этом качестве повидал и Крым и Рим, и попову грушу, и даже его дочку... Сначала, при "Борьке-козле" совсем мерзко было, так что и жить не хотелось. Потом полегчало чуток. В декабре 1994 года чуть не ухлопали меня в Грозном во время "первой чеченской", потом в Югославии был в 1999 году, вместе с парнями Евкурова, на Слатину шел. В 2000 году - "вторая чеченская", потом Ирак, потом Цхинвал, в известном тебе августе. До сих пор душа болит как тогда мы облажались. Городок - до Тбилиси рукой подать, грызуны бегут быстрее своего визга, гарнизоны брошены, оружие горами на складах, все канавы забиты брошенной натовским армейским барахлом... Ну, что тебе рассказывать - ты и сам все видел - я подмигнул своему собеседнику, - у меня ведь тоже есть свои источники информации...
- И тут команда - СТОП! - Айфоныч, видать, просто струсил. - А Цхинвал? Этого выкидыша Мишико надо было не галстуком кормить, а на том самом галстуке повесить за "фаберже". Тем более что наш бывший коллега это пообещал, а он - сам знаешь, умеет держать обещания.
- Эх, ладно, кто видел - не забудет, а кто не видел - не поймет. Потом, после восьмого года командировочки были так, по мелочи, испытания техники, да учения... И вот теперь снова - Сирия.
- Сирия, Васильевич это серьезно... - Коля оглянулся по сторонам, - Так сказать "не для печати", но где-то с месяц назад наши вдруг зашевелились по этому вопросу... А уж после визита Путина в Турцию все забегали как наскипидаренные ...
- Это когда Лавров руку, то ли сломал, то ли растянул? - улыбнулся я, - помню, помню, как же... - Та еще была история! Не прониклись, значит, турки словесным внушениям, воспоминания об Оттоманской славе в голову ударили?
- Как то так, Васильевич, но это секрет из грифа "Сов. Секретно, перед прочтением сжечь". - Коля опять обернулся, - Но, в общем, ты прав.
- Имеющий уши да услышит, имеющий глаза да увидит, имеющий язык, да скажет... - я тяжело вздохнул, - на дипломатическом фронте в последнее время по этому вопросу наше стойкое - "нет", начало переходить в простонародное - "на...", "в..." и "к....". И наш совместный поход к теплым берегам, только подтверждает этот вывод. Уже, считай, почти семьдесят лет не было такого, чтоб журналистов награждали боевыми орденами и медалями... Ты слышал, что вся группа ВГТРК, что работала в Сирии до нас, представлена к медали "За отвагу"?
Коля задумался, - Не только представлена, но и награждена... - Я слышал только про эту журналистку, как ее, Анастасию Попову, но ты прав, Васильевич, это война.
- Поверь мне, в представлении оказалась вся группа, даже те, кто в кадр никогда не попадал. - Я зябко передернул плечами, когда очередной порыв студеного ветра с Балтики пронесся по палубе, - Было бы это не наше дело, то при первой опасности их просто вывели бы оттуда, и не стали бы рисковать.
- А насчет войны ты прав, и для каждого это будет своя война. Для меня и ребят из "Звезды" - информационная, для вас, разведки, - интеллектуальная и военно-политическая. А возможно кому-то из коллег придется повоевать в самом изначальном смысле этого слова. Вон в тех контейнерах на палубе "Колхиды", к примеру, явно не подарки от Санта-Клауса везут. И в трюме тоже... По осадке видно, что корабль загружен до упора...
- Да, Васильевич, не потерял ты хватки, не потерял... - покачал головой Николай, - Правильно говорят, что мастерство не пропьешь. Не ушел бы тогда от нас, сейчас бы тебе цены не было.
- Если бы сам не ушел - меня бы все равно "ушли". Да и какая тут хватка, Коля? - отмахнулся я, - Все просто, как комбинация из трех пальцев. В воздухе пахнет грозой, и собаки воют, а у меня, у старого, остатки волос на голове дыбом встают. - Эта Сирия сейчас, как Испания в тридцатых. После нее вся эта банда снова прямиком к нам в гости заявится. Чем больше мы там этих уродов намолотим, тем легче будет потом. Ты же знаешь, что в Сирию вся нечисть из Чечни, Таджикистана и прочих веселых мест сбежалась. Да и турецкую борзость обломать надо, Эрдоган и Гюль, они ведь, не просто так на Сирию зубы точат. У нас вот Союз хотят возродить, ну, или, Российскую империю - не суть важно. А у турок мечта об Оттоманской Порте спать не дает, у арабов-саудитов - о халифате времен Карла Великого. И для всех эта война как свет в окошке. И для нас она тоже многое значит. Победим на внешнем рубеже - и будет нам счастье, новоявленные Хоттабычи все полягут в сирийскую землю, и ни до Кавказа с Поволжьем, ни до Средней Азии не доберутся.
Впрочем, мы еще поговорим с тобой на эту тему... - я подошел к борту и, облокотившись на поручни, стал смотреть на бегущую внизу воду, - Знаешь, Коля, если будет надо - вернусь в "контору"! Только ведь мы, журналисты, тоже нужны Родине, и у нас своя война...
- А вот тут ты прав, Васильич, - Николай облокотился на поручни рядом со мной, - не будет таких как ты, все заполонят либеральные шавки из "средств массовой дезинформации". - Чистая отрава. Ты делай свое дело, мы будем делать свое. Я тут в ближайшее время тебя с одним человечком познакомлю, вам интересно будет, это я тебе гарантирую. - Смежник он. - Мы негодяев находим, а он их в лучший мир отправляет. Но только, чур, без имен и подробностей...
- Группа "А"? - заинтересовался я.
- Нет, он из другого ведомства, - Коля замялся, - ну, ты понимаешь?
- "Летучий мыш"? - Коля кивнул, и я по старой привычке присвистнул, - Серьезно!
- Ну ладно, Васильевич, свидимся! - подполковник Ильин пожал мне руку, - а сейчас мне пора, извини - дела!
Он ушел, а я остался рассматривать волны, рассекаемые форштевнем нашего корабля, и размышлять о превратностях судьбы, которые совершенно неожиданно сводят и разводят людей.
18 декабря 2012 года, Балтийское море, 80 миль северо-западнее Балтийска.Утреннее солнце разогнало туман, и по левому борту в его радужном ореоле показались идущие с юго-востока два больших десантных корабля 775-го проекта: "Калининград" и "Александр Шабалин", и морской буксир, кажется СБ-921, который на фоне "больших парней" выглядел несколько забавно.
После объединения наш отряд смотрелся солидно, тем более что на "Смольном" поговаривали о том, что до Скагеррака нас скрытно сопровождают одна или две подлодки "Варшавянки".