Не родись красивой. Манекенщица

  
Мария Королева
 
Не родись красивой. Манекенщица
   
ПРОЛОГ
 
В крошечной гримерке было тесно, душно и накурено, пахло потом, ароматизированной рассыпчатой пудрой, дорогими горьковатыми духами и новым мехом. И еще — легкими кофейными сигареллами: многие манекенщицы без ума от их сладковатого дыма. Должно быть, все это и есть запах самой моды.
  
Нина Зима сидела на низкой табуретке в самом углу. Ей мучительно хотелось есть, но она знала: придется потерпеть. Над ее лицом уже успел поработать визажист, и не дай ей бог нечаянно смазать карминно-красные губы. За это манекенщицам объявляют выговор и могут даже лишить гонорара за показ.
Она распахнула золотистую пудреницу и с любопытством посмотрела на свое ярко накрашенное лицо. Сегодня она была похожа на космического пришельца из голливудского фильма ужасов — бледная, густо напудренная кожа, ярко-красные накладные ресницы и причудливые рожки в волосах, закрепленные лаком самой сильной фиксации. Между прочим, над этой прической парикмахер работал почти четыре часа. Но куда больше времени Нина потратит на то, чтобы придать волосам первоначальный вид — расчесать залакированные колтуны, вынуть запутавшиеся в густых прядях шпильки… Закулисье модного показа — это вам не престижный салон красоты. Здесь парикмахера заботит только то, как прическа будет выглядеть на подиуме, а вот как отразятся их ухищрения на волосах модели — это их совсем не интересует. Нина никогда не забудет, как на одном из показов у стилиста закончился лак, и он закреплял прически скотчем. Потом вместе с этой липкой лентой девушки выдирали целые клочья волос, чуть не рыдая от боли и досады.
Кто-то резко толкнул ее, пудреница выпала из Нининых рук и заскользила по полу. И тотчас же на нее наступил чей-то острый каблук, треснула золотистая пластмасса, и безумно дорогая пудра цвета загара оказалась на немытом полу.
— Ой, прости, я не нарочно! — Миловидная худенькая блондинка подняла сломанную пудреницу и протянула ее Нине. Нина узнала девушку, это была Аня Маркина, самая молодая среди них, но уже успевшая добиться определенного успеха. Ане недавно стукнуло тринадцать, однако она была на полголовы выше Нины. Ручки-спички, ножки-палочки. И полное отсутствие вторичных половых признаков.
«Она обязательно прославится, — подумала Нина, — сейчас такой типаж как раз в моде!»
— Можешь теперь выбросить эту пудреницу. Все равно она сломалась, — раздраженно сказала Нина.
— Но ты не сердишься, нет? Хочешь, я куплю тебе такую же? — засуетилась девчонка.
«Она еще просто совсем молоденькая, в сущности, ребенок. Поэтому и извиняется. Взрослая, прожженная модель еще бы и накричала на меня», — подумала Нина. А вслух сказала:
— Ну что ты, я сама виновата. Расселась на проходе! Как будто не вижу, что творится вокруг.
А вокруг и вправду была суетливая мельтешня. Манекенщицы спешно застегивали платья, визажист крутился вокруг них с кисточкой и пудрой. Ассистентка модельера пересчитывала костюмы. А сам модельер — знаменитый Вячеслав Волков — нервно расхаживал перед огромным стендом, на котором висели эскизы всех костюмов. К каждому рисунку была приклеена карточка с фамилией манекенщицы, которая должна его представлять. Как всегда, в последний момент все менялось. Одна девушка не явилась на работу, и теперь ее костюмы спешно распределяли между другими моделями. А другая манекенщица вдруг бухнулась в обморок — и было неизвестно, сможет ли она выйти на подиум.
Это случилось, когда визажист самозабвенно подрисовывал черные стрелки на ее верхних веках. Девушка вдруг закрыла глаза и неторопливо, словно в замедленной съемке, осела на пол.
Кто-то закричал:
— Воды! Плесните ей в лицо холодной воды!
— Вы что, с ума сошли! Макияж же испортится, — возмутился визажист.
— У нее нервная анорексия! — прошептала Аня Маркина, обращаясь к Нине. — Она ничего не ест, считает, что толстая. Неделями сидит на кипяченой воде. А когда не выдержит и что-то проглотит, то сразу же вприпрыжку несется в сортир. Два пальца в рот и…
Нина с жалостью посмотрела на модель, которую кто-то уже успел уложить на крошечный кожаный диванчик. Да уж, до Монсеррат Кабалье этой даме далеко. Острые ключицы, тощенькая шея, иссиня-бледное лицо с острыми выпирающими скулами.
«В мое время манекенщицы были куда менее опытны. Никто про этот метод и не знал», — подумала она.
Нина закрыла глаза. У нее вдруг разболелась голова. Наверное, в закулисной духоте и какофонии только биоробот может чувствовать себя комфортно.
За кулисами не принято разговаривать тихо.
— Где мои колготки?! Опять у меня украли колготки! — визгливо вопила рыжая веснушчатая манекенщица.
— Кто испачкал воротник платья невесты губной помадой?! — громко возмущался помощник кутюрье.
— Подходите по одной! Будем накладывать на губы блеск! — кричал визажист.
— Семенова! Семенова! Не забудь, что твой выход первый! Как только кончится барабанная дробь, живо топай на «язык»! — орала в мегафон помощница режиссера.
«Языком» в мире моды называют подиум. Нина сегодня выйдет на «язык» самой последней. Она будет представлять платье невесты — кружевное, с длинным шлейфом, многослойными нижними юбками и расшитым жемчугом жестким лифом. Она потратит целый час только на то, чтобы надеть на себя это платье, и помогать ей будут три ассистента. Сама Нина просто не справится с многочисленными застежками и подвязками.
Ассистенты проводят ее на подиум, Нина дойдет до края «языка», красиво покружится под восторженные аплодисменты зрителей. А потом на подиум поднимется и автор коллекции — именитый российский кутюрье Вячеслав Волков. Он возьмет Нину за руку, и они еще раз пройдут по кругу, в сиянии фотовспышек. Кто-нибудь подарит Волкову цветы, а он обязательно отдаст их Нине — так положено по сценарию. А завтра с утра ее фотографии появятся во всех столичных газетах.
Обычно платье невесты представляет известная манекенщица или даже приглашенная звезда.
Нина Орлова и была звездой. Одна из первых русских топ-моделей, любимица светских фотографов постоянная гостья на лучших подиумах Москвы. За ее плечами было несколько лет работы в лучшем российском агентстве моделей «Севен санз», одиннадцать журнальных обложек, четыре Недели высокой моды. Ей даже довелось работать с Патриком Демаршелье, одним из самых известных в мире модных фотографов.
Нина встала с табуретки. Показ уже начался, а значит, ей пора одеваться.
— Смотри, какая тощая! — вдруг услышала она завистливый шепот за своей спиной. Нина обернулась. Прямо на нее смотрели две полноватые девушки, — вероятно, помощницы визажиста.
— Да уж, не королева красоты! — Похоже, их ничуть не смущал тот факт, что она прекрасно слышит их ядовитые реплики. — Даже странно, что она стала звездой!
— Да ладно! Наверное, просто переспала с кем-нибудь, вот ее и продвинули. А то ты не знаешь, как это бывает!
— Точно.
Нина отвернулась и снисходительно улыбнулась. Наивные! Думают, что стоит лечь в постель к хозяину агентства, как тебя сразу же начнут снимать для обложек. Вряд ли они знают, что желающих лечь в постель миллионы, а наверх пробиваются только единицы. Знали бы они, какую цену ей пришлось заплатить за эту славу!
  
ЧАСТЬ 1
 
  
Глава 1
   
Шестнадцатилетняя Нина Орлова искренне считала себя счастливым человеком. Разбудите ее среди ночи и спросите: «Какой день в твоей жизни был самым счастливым?» И она без запинки ответит — пятнадцатое октября.
Именно в этот день она стояла на залитой светом сцене небольшого Дома культуры среди других финалисток конкурса красоты «Мисс Егорьевск». На Нине было изумительное вечернее платье — с пышной летящей юбкой, длинное, декольтированное… Никто бы и не догадался, что платье это Нинина бабушка сшила из старенькой тюлевой занавески. Впрочем, Нину это обстоятельство ничуть не смущало — она где-то читала, что первое нарядное платье Софи Лорен тоже было сделано из кухонных портьер.