Охота на зверя (СИ)

— Да вы живете убийством! — выкрикнул Лотан.
— Энид… — позвали сзади очень тихо. Я обернулась. Хуг прошептал одними губами, я еле-еле разобрала: — Нож у меня за поясом.
— И так предлагаешь его достать? — так же беззвучно спросила я. Мои руки были связаны за спиной, как и ноги.
Я шевельнулась. Тене-человек резко обернулся к нам и уставился на меня своими жуткими глазами.
— Эй, дерьмо собачье, мы не договорили, — прорычал Легранд.
Тене-человек зарычал от злости.
— Убивать — не развлечение. Развлечение — калечить и смотреть, — сказал он и потянул вдруг что-то черное из тени Лотана. Тене-человек обернулся ко мне. — Ты правишь ши-ире, поэтому сердце монстра останется на Теневой Стороне, а вот когти…
Тьма окутала его черные руки, образовав огромные когтистые лапы.
Гишш… он придумал, как обойти меня и красный камень. Я закричала с завязанным ртом и забила ногами об пол, когда зверь двинулся на Легранда. Но он выглядел расслабленным. Будто уже принял свою смерть. Шака, черт тебя дери, что ты делаешь?!
Тене-человек хотел поднять его, как сделал это с Хугом мгновение назад, но едва тень коснулась его…
У меня в камне в груди будто пошли электрические разряды. Тене-человек вздрогнул, попытался оттянуть лапу, но тьма поползла из тени усиленней, поглотила их обоих. Я только успела заметить, что глаза Легранда светились синим, и весь он замерцал. Я услышала, как лопнули стяжки, и тене-человека и Лотана поглотила одна сплошная тьма. Огромный черный неровный пузырь.
— Энид, нож, если он проиграет, та тварь нас убьет, — проговорил Хуг за спиной. Он перевернулся на бок, я кое-как подползла и нащупала под его рубашкой складной нож.
— Сколько оружия ты притащил?
— Что смог.
Едва я достала нож, над нами в стену врезалось это черное месиво и, едва не задев нас, оттолкнулось в другую стену.
Криков, ругани не было, только глухой звук бьющегося об стену тела. Или тел, или что там вообще оставалось. Я открыла нож и, боясь вскрыть себе вены вместо того, чтобы разрезать стяжки, освободилась. Хуг шевелился слишком медленно, пьяно, я помогла ему отползти в угол, подальше от этой беззвучной драки.  К ни го ед . нет
Тьма потянулась и из моей тени. И из тени Хуга. Черный ком рос, на глазах превращаясь в монстра, который поглотил и тене-человека, и Лотана Легранда.
Я разрезала стяжки на ногах, посмотрела на Хуга и цыкнула. Всё было плохо. Под стяжкой его рука опухла, кровь не останавливалась, он тяжело дышал. Лицо было белым и блестело. Я осторожно поддела стяжку и разрезала.
— Черт, он, похоже, задел тебе артерию, Хуг.
— Он её порвал к чертовой матери, — выдохнул он.
Не обращая внимания на душераздирающие звуки позади, я принялась расстегивать его ремень, чтобы использовать как жгут. За спиной я услышала как посыпалась плитка. Я затянула ремень Хугу выше локтя, над переломом, надеясь, что не опоздала.
— Не отрубайся, — я хлопнула его по лицу, он с трудом сосредоточил на мне взгляд.
— Фу, это ты, я уже представлял себе сиськастых ангелов, — пробормотал он.
— Придурок ты, — нервно отозвалась я и вдруг позади услышала хруст и мерзкий хлюпающий звук.
— Энид… — Хуг ошарашено смотрел за мою спину. Я сглотнула и медленно обернулась.
Один монстр убил другого. Огромное нечто оторвало голову тене-человеку, и его худое тело упало на белый пол, брызгая черной кровью. Я закрыла рот рукой, к горлу подкатила горечь. Мерцающая синим когтистая лапа выкинула оторванную голову в другую сторону помещения. На меня смотрели горящие синим глаза, оно упиралось головой и гигантской спиной в потолок.
— Мать твою… — выдохнула я.
Монстр зарычал и двинулся ко мне. Хуг, крякнув, отполз к стене, я последовала его примеру. Нам некуда было бежать от него. Но как только Легранд обратился к своему камню — проснулся и мой. Будто выпал наконец из шока и вернулся в реальность. Как и я.
Я медленно встала, синие горящие глаза следили за мной, и монстр сделал ещё один нервный быстрый шаг вперед, словно охотящаяся кошка, и низко опустил голову.
 
— Энид, не шевелись, — прошипел позади Хуг.
— Я хочу, чтобы ты успокоился, — сказала я монстру и меня пронзила боль.
Я не сдержала стон. Почему, когда он сопротивляется, каждый раз так больно? Я смотрела на него слезящимися от боли глазами. Я хочу, чтобы ты остановился. У меня в груди синхронно бились мое сердце и мой камень. Я не отступлю. Монстр бросился на меня и, в последний момент затормозив, уперся в меня мордой и зарычал. Я не отступлю. Он раскрыл черную клыкастую пасть, и стены дрогнули от рыка.
— Очнись! — заорала я, что есть сил. — Шака, очнись!
Нет, это было не то имя.
Монстр отвернулся, а потом резко дернулся, повалил меня на пол и прижал всем весом, мне показалось, я почувствовала, как треснуло ребро. Черт! Как он может столько весить, ведь он сделан из ничего, какой-то там теневой материи…
— Лотан… — прохрипела я. — Лотан…
Я хочу чтобы ты стал Лотаном Леграндом. Ты хочешь стать Лотаном Леграндом. Ши-ире, я отдам тебе своё тело целиком, только заставь его вернуться.
На секунду я подумала, что если его там больше нет? Ведь я не понимаю, как работает его камень… Вдруг там, внутри этого ши-ире, больше ничего нет, кроме монстра? Я коснулась рукой лапы, вжимающей меня в пол. Смотрела в синие глаза. Вернись-вернись-вернись…
Я всё ещё сжимала в руке нож. Его морда близко, я могла его убить.
— Вернись.
Мне казалось, что меня куда-то затягивает.
— Энид…
Перед глазами всё плыло, я не сразу поняла, что тяжесть, давившая на меня, ушла. Меня обнимает Шака.
И я чувствую слишком много. Так много! Как это прекратить?!
— У тебя кровь, — он провел рукой мне под носом.
Ши-ире Шаки, ши-ире Данте Хаона, Сэра, один монстр где-то далеко. Ши-ире в Хуге, в Гишше, в Герцогине, в Себастьяне Сокол, в Кукле, в незнакомом мне человеке. В трех людях, идущих к двери, чтобы нас убить. В воздухе, который я вдыхаю, в бетоне здания, в небе, в земле. В моей крови, в сердце, в костях.
Моя голова запрокинулась назад. Я не тело, я — камень.
— Энид! — Шака трясет меня, обнимает, заглядывает в глаза, и я вижу, как на его лице отражается красный свет моих глаз. И мне кажется, словно я вся свечусь.
Дверь открывается.
— Назад! Назад! — орет кто-то.
— Я дала тебе нож, — говорит мать из моих воспоминаний. — Но это лишь предосторожность. Тебе не нужно убивать. Ты можешь заставить их сделать это самостоятельно.
Убейте друг друга.
— Энид, не надо! — просит Шака.
Повсюду разносятся выстрелы.
Где-то далеко в городе слышен сильный гул. Он прекратился так же быстро, как и начался. Но почему-то уже тогда я знала, что это одна статуя «Соратников» снесла голову другой.
  
Глава 21
 
А потом мир выключился. Меня вновь придавило к полу. Но я не перестала чувствовать. Я открыла глаза. На пороге валялись три мертвых человека. Значит, в сговоре участвуют не только тене-люди и Сокол?
Я присмотрелась. Ах, охрана Данте Хаона. Не люди Себастьяна Сокола… Может, правительство не знает, что они с женушкой задумали.
Я по-прежнему сжимала складной нож.
За дверью я увидела только небольшой коридор. Он был слабо освещен.
— А, — протянул Шака. — Это бункер. Сокол строила его на случай глобальной катастрофы. Наверняка мы в нем.
Он хмыкнул и посмотрел на меня. Мне хватило сил лишь моргнуть. Шака поднял меня и опять прижал к себе. Он шепнул мне на ухо.
— Кажется, кто-то стучится с… Теневой Стороны.
— Так открой, — заплетающимся языком пробормотала я. — И убей.
Я вложила ему в руку нож. И уткнулась в его грудь, силы понемногу возвращались. Я даже не поняла, что сказала ему. Откуда Шака может чувствовать Теневую Сторону?
— Если бы я знал как… Это Хэдишш.
Я открыла глаза и посмотрела ему в лицо:
— Откуда ты знаешь?