Перерожденная истинная для Альфы (СИ)

Немного стало подташнивать. Столь неожиданное открытие стало шоком, не верилось в реальность происходящего. На чёрно-белом изображении не определить рыжие ли волосы, но её невозможно с кем-то перепутать. Это моя ежедневная гостья.
— Она! — прошептала онемевшими губами.
— Кто?
— Рыжая из воспоминаний.
Подруга застыла, как и я.
— Ты уверена?
Твёрдо кивнула.
— Ничего себе.
Под фото написаны имена. «Кристиан и Элизабет Солсбери». Голова закружилась. Подруга подскочила, схватила графин, налила воды и передала мне.
— Успокойся дорогая. Он тёзка своего дальнего родственника. Наверное, назвали в часть прапрапрадеда.
И сама поняла, но сердце почему-то отказывалось принимать, что просто одинаковые имена. Чутьё подсказывало другое.
К тому же наконец узнала, как зовут рыжую. На душе такое облегчение, с плеч свалился тяжёлый груз.
— Элизабет! — громко произнесла её имя.
Ощущение словно оно моё. Вдруг собственное имя «Джиллиан» показалось чужим и не подходящим мне.
— Может он просто однофамилец? — предположила Айрис.
— И потому с появлением Кристина в моей жизни воспоминания перешли на новый уровень. Они управляют мной, поглощают сознание. — нахмурилась я.
— Не сердись, просто пытаюсь хоть что-то понять.
— А что тут понимать? Вполне возможно она хочет сказать, что мне стоит остерегаться его. Если нет, то почему тогда видения такие пугающие?
— Дорогая ты не поймёшь, пока не увидишь, что произошло.
— Айрис теперь мне страшно.
— Почему?
— Я понимаю, что не схожу с ума. Элизабет существовала, а главное есть что-то, что нас связывает. Не просто так же видения вижу с самого детства.
— Может сможем узнать её девичью фамилию, отследим поколение за поколением и тогда найдём связь?
— Чтобы я без тебя делала Айрис?
— Жила бы в своей золотой клетке и скучала.
— Однозначно.
— Жаль, что на фотографии не видно лица мужа Элизабет.
— Да, но гладя на изображение всё равно вижу сходство с Кристианом. Рост, ширина плеч и во фраке он выглядел так же.
Откинулась на кровать, пытаясь понять, что же хозяйка воспоминаний пытается сказать? Я привыкла к видениям и порой их даже жду, но чувство будто веду двойную жизнь, немного напрягает.
— Мы разберёмся. Я тебе обещаю. Перерою архивы, поищу в библиотеках старые выпуски газет. Такое огромное поместье говорит о достатке пары, а значит в светских хрониках могут быть упоминания.
— Светские хроники появились позже в 1886 году.
— Значит любые другие упоминания.
— Спасибо тебе, Айрис. — обняла подругу.
— Да ладно тебе! За что?
— За то, что не посчитала сумасшедшей, а всегда поддерживала.
— Ты у меня особенная, а не сумасшедшая. — потрепала меня за щёку как дитя малое.
Улыбнулась.
— А теперь покорми меня. Я так спешила к тебе, что не позавтракала.
Практический весь оставшийся день, подруга провела вместе со мной. Мы не прекращали искать информацию. Она копалась в ноутбуке, я в планшете. Только вот никаких упоминаний больше не нашли, к сожалению. Действительно стоит поискать в библиотеке. Договорились на днях обязательно сходить вместе. В архиве у Айрис есть знакомые и если ничего не найдём в библиотеке, то попытаемся найти информацию там.
Несмотря на то, что больше ничего не отыскали, на душе всё равно было радостно. Я ведь узнала имя и убедилась, что не схожу с ума. Но радость была омрачена страшным кошмаром, который никогда не смогу забыть.
Сновидение стало продолжением видения. Я так и бежала по лесу. Из головы не выходили мысли о муже. Страх, что его убьют, преследовал меня. Выстрелы в чаще только подстёгивали его. Добежала до поляны, но внезапно откуда не возьмись появился мужчина с ружьём. Он направил его на меня и без промедлений нажал на курок, пуля пронзила плечо. Грузно упала на землю, но на удивление смогла встать, собиралась кинуться на стрелявшего, но он не позволил, успел перезарядить ружьё и выстрелить снова. Вот теперь почувствовала настоящую адскую боль в груди. Меня рвало изнутри, режущие ощущения не прекращались. Вдруг уменьшилась в размерах и словно снова стала человеком. Кем же я была до этого? Прижала ладонь к ране, понимая, что не выживу.
  
Мою плоть пронзила необычная пуля, она терзает, продолжая пытки. Её не вытащить. Жизнь медленно уходит из меня.
Подскочила на кровати прижимая руку к груди, всё ещё ощущая боль. Мои крики разнеслись по всему дому. Слёзы полились рекой. Её убили, Элизабет убили. Хоть и не досмотрела сон до конца, но ощущения не обманывают. Не понимаю за что можно было убить молодую девушку?
Сил встать не было, вновь откинулась на подушку. Раздался стук в дверь.
— Дорогая ты в порядке? Я слышал крик.
Сначала растерялась, но потом нашлась с ответом:
— Да отец. Встала в туалет, а тут гигантский паук. Вот и испугалась, но я уже его убила.
— Я думал ты снова ходишь во сне?
— Нет, всё нормально. Спокойной ночи, пап!
— Спокойной ночи доченька!
Жжение ещё чувствовалось в груди, но уже незначительное. Теперь точно не сдамся, докопаюсь до истины. Хватит с меня быть просто наблюдателем, пора становиться участником. Не успокоюсь, пока не разберусь во всём.
  
Глава 5. Часть 1. Кристиан
 
Долго ещё буду задаваться вопросом, что творится с Джиллиан? Уже несколько раз видел этот странный отрешённый взгляд. Пустота в прекрасных глазах почему-то тревожит, но больше всего пугает то, что испытываю в её присутствии. Подобные эмоции в моём случае невозможны, но они есть, и я ничего не могу поделать. Такое чувствовал только рядом с женой.
Она заполняет все мои мысли. Не замечаю окружающих людей. Сильнее всего меня поразила ревность. Это мерзкое чувство разъедало изнутри, когда мужские руки касались её талии и спины. Партнёры по танцам менялись, а с ними возрастала и злость. Меня выворачивало. Вместе со мной бушевал и зверь. Он злобно рычал, вынуждая предпринять хоть какие-то шаги, но тупо стоял в стороне и наблюдал, люто ненавидя каждого, кто к ней приближался. Когда она отказала очередному желающему юноше закружить её в центре бального зала, наконец выдохнул. Собственные эмоции, которые переходили за всякие грани, буквально довели до срыва. И только лишь, когда она исчезла, стало легче, будто снял оковы и вновь ощутил себя свободным. Но хватило меня ненадолго. В голове начали роиться мысли похуже предыдущих. Чем дольше Джиллиан не было видно, тем больше распалялось моё воображение. Раз девушки не видно, значит она с кем-то уединилась и сейчас эти пухлые манящие губы целует кто-то другой. Почему-то в тот момент считал, что только я имею на них право. В итоге пока Итан развлекался со своей пассией, пошёл искать её. Друг всегда использовал женщин, как повод развлечься. Его привязанность к Элизабет самое сильное чувство, которое у него когда-нибудь возникало к противоположному полу. По крайней мере за годы нашей дружбы.
Найдя Джиллиан в красной спальне совсем сорвался. Распущенные волосы и помятое платье навели на очень скверные подозрения. Ревность настолько поглотила мой разум, что не справился с собой и позволил лишнего. Мне было важно доказать, что она принадлежит мне.
Сладкие уста убеждали целовать их вновь и вновь, казалось, что никогда не смогу насытиться ими. Было мгновение, когда показалось, что целую Элизабет. Знакомое тепло, лёгкие нотки её аромата. Никогда не думал, что появится кто-то, кто поможет испытать подобное снова. Женщины для меня столько лет были просто пустыми куклами, утоляющими определённые инстинкты. Но Джиллиан заставляет чувствовать себя живым.
Как всё-таки такое возможно? Нам волкам, неважно оборотням или вервольфам, нужна наша истинная. Дважды встретить свою пару невозможно. Это противоречит нашей природе. За всё своё существование ни разу не слышал о похожих случаях.
Жизнь волка после потери истинной становится адом. Продолжить жить после её гибели — это уже целый подвиг. Обычно мы намеренно идём к смерти или становимся одиночками, но чаще первый вариант. Умереть проще, чем нести боль через года, а в нашем случае века.