Печать пожирателя 11 (СИ)

Помню-помню, как эту громадину возводили вместо разрушенной «Годзиллой»…
На моих глазах из ворот Заставы выехал патруль на нескольких мобилях и гравициклах. Среди солдат были не только люди в камуфляже Имперской Армии, но и боевые маги в практичных серых мантиях, с жезлами на магнитных креплениях за спиной. Их лица были обветрены и пусты, взгляд привычно скользил по горизонту, выискивая малейшие колебания в барьере.
  
Ко мне подошёл Арс.
В его руках был посох из темного, почти чёрного дерева, увенчанный вихрем застывшего, прозрачного кристалла. На мощной шее друга поблескивало ожерелье из здоровенных, необработанных камней чароита; в глубине фиолетовых булыжников чудилось шевеление, будто в них действительно спали невидимые сущности воздуха.
Взгляд друга был устремлен вперед, в сторону зыбкой, искажающей марево пелены Урочища.
— Воспоминания накатывают, да? — глухо спросил он.
Я кивнул. Знал, что Арс переживает об Ане, всё ещё лежащей в коме… Будь я чёрствым сухарём, то сказал бы, что это иронично — ведь в не таком уж далёком прошлом Арс тоже лежал в коме…
Обернувшись, я посмотрел на Машу. У её ног крутился уже не «мини-дракончик», а существо размером с крупную собаку. Чешуя питомца Тимирязевой отливала тёмной медью, от его чуть приоткрытой пасти шёл легкий дымок, пахнущий серой и раскаленным металлом. Он урчал, низко и глубоко, чувствуя напряжение в воздухе. Сама Маша поджала губы и тоже смотрела на энергобарьер над стеной.
Чуть позади держались Аврора и Эммерих, мои верные «тени» с тех пор, как я вытащил их из цифрового ада МР. Брат и сестра Каселёвы стояли спокойно, Аврора по прежнему была порочна, а её брат — чопорен. Вот только в их глазах теперь было не превосходство — а подчинение и понимание того, кто здесь «хозяин».
В их руках покоились новые, выточенные в лабораториях «Маготеха» жезлы. Не обычные вычурные посохи волшебников, а суровые, эргономичные инструменты из матового сплава, испещренные светящимися каналами. Они усиливали и фокусировали врожденный магический дар Авроры и Эммериха, делая его точным и смертоносным.
И на каждом из нас, на предплечьях, темнели матово-чёрные наручи-репульсоры. Гибрид брони и интерфейса, ключ к использованию цифровой магии МР в реальном мире. Они были холодными и тяжелыми, но эта тяжесть была обнадеживающей. В моем рюкзаке, как и у других, лежало самое ценное — уменьшенный, но всё еще громоздкий генератор. Они тихо гудели, отдаваясь легкой вибрацией в спине.
Следом за патрулём из ворот Заставы высыпала целая делегация во главе с каким-то полузнакомым мне полковником. Он был невысок, коренаст, и его бронежилет с нагрудными пластинами казался второй кожей. Лицо — карта сражений с глубокими морщинами у глаз и жёстким, плотно сжатым ртом.
Полковник посмотрел на меня, и его осанка чуть изменилась. Плечи расправились, подбородок чуть приподнялся. Его взгляд был полон безмолвного, сурового уважения.
— Барон Апостолов, — голос мужчины был низким. Он совершил воинское приветствие, резко, по-уставному. Его взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул по моей команде, задержавшись на посохе Арса и на моем наруче, — Я — полковник Валерий Громов, новый комендант Тобольской Заставы. Рады видеть вас, и позвольте сразу заметить — мы окажем любую посильную помощь Герою Империи!
— Благодарю, господин Громов, — я сразу оценил магический потенциал полковника и припомнил, из какой он семьи, — Мы встречались ранее?
— Семь лет назад, — суровое лицо полковника перекосилось в ухмылке, — Я был среди тех, кто сражался с вами во время инцидента с «Годзиллой».
— Вот как? — удивился я.
— Я тогда был лейтенантом.
— Стремительный взлёт… Что ж, поздравяю.
— Благодарю. Прошу следовать за мной.
Он развернулся и вместе с десятком магов и солдат повёл нас внутрь.
Мы миновали КПП, и оказавшись внутри, я тут же почувствовал на себе десятки взглядов. Солдаты, чинившие у стены гранатомет на магической тяге, замерли и провожали нас глазами. Маг-техник, ковыряющийся в паутине светящихся проводов, вылезающих прямо из камня, на мгновение оторвался от работы.
В этих взглядах не было страха или враждебности. Было уважение, смешанное с тяжелым любопытством — будто смотрели они на сапёров, идущих на верную смерть ради того, чтобы остальные жили.
Громов провел нас по главной аллее Заставы. С одной стороны тянулись бункеры-казармы, с другой — открытые площадки с техникой. Я видел модифицированные БТРы с вваренными в корпус кристаллическими ретрансляторами, самоходные орудия, стволы которых были покрыты сложной гравировкой для наведения заклятий.
Воздух вибрировал от работы генераторов и был густо замешан на запахах: раскаленного металла, остывающей магии, пыли и… чего-то кислого, чужеродного, что пробивалось сквозь барьер из Урочища.
Полковник, не оборачиваясь, коротко комментировал:
— За последние годы произошли кое-какие изменения. Левый сектор — зона отдыха и медпункт. Правый — арсенал и мастерские. Впереди — КПП и шлюз в Урочище, — Он указал рукой на массивное сооружение в конце улицы, похожее на гигантскую башню-шлюз с усиленными стальными дверьми и снопами искр, бьющих по его стенам с внешней стороны, — Я понимаю, что сейчас особый случай, и соответствующие приказы мы получили, но… Прошу заранее простить — нам придётся провести с вами стандартную процедуру. Короткий брифинг, проверка снаряжения. Ваши наручи… — он обернулся, его взгляд уперся в мои репульсоры, — … прошли предварительную синхронизацию с нашими бустерами. Но внутри… там наши сети не работают. Только ваш генератор. И у нас нет компонентов, которые могут…
— Не переживайте, полковник. В ваши арсеналы мы не заглянем.
Мы подошли к низкому и приземистому, словно вжавшемуся в землю под давлением аномалии, небольшому административному зданию. Майор Громов остановился у двери, повернулся к нам, впервые внимательно оглядев всю группу. Его взгляд задержался на дракончике Маши, который нервно пошевелил крыльями.
Полковник распахнул тяжелую стальную дверь КПП, и нас поглотил густой, спертый воздух, пахнущий остывшим кофе, потом и раскаленным металлом. Помещение было заставлено стеллажами с тактильными картами, мерцающими голографическими проекторами и допотопными радиостанциями, над которыми горели рунические символы.
В центре, на большом столе, лежала тактильная карта самого Урочища. Её поверхность колыхалась, как поверхность воды, а рельеф местности постоянно менялся, подражая хаотичной топографии аномальной зоны. Над ней висели статические голограммы, показывающие текущие энергопотоки.
Громов подошёл к столу, провёл рукой над сенсорной панелью — и карта ожила.
— Данные свежие, с утреннего облёта беспилотниками.
На карте замигал ярко-алый маркер в секторе «Лямбда», в глубине Урочища, — По последним данным так называемый «лорд» сместился. Не блуждает, как остальная нечисть, а целенаправленно движется. Вот его текущая дислокация, — Громов ткнул пальцем в точку, обозначавшую развалины древнего каменного круга, — Энергетическая сигнатура за последние сорок восемь часов усилилась на двадцать процентов.
Я кивнул.
Хреново… Похоже, эта тварь к чему-то готовится…
Полковник переключил проекцию. На карте проступили извилистые, едва заметные линии.
— Старые тропы, которые мы отслеживали, перестали существовать четыре дня назад. Но здесь… — полковник выделил несколько других маршрутов, — … открылись относительно стабильные коридоры. По ним можно пройти, если не использовать магию сверх меры. Но здесь… — палец переместился на участок, залитый на карте мерцающим фиолетовым светом, — … образовалась новая архи-ановая аномалия. Мы назвали её «Глаз Бури». Пока мы не отправляли туда групп, и потому не ясно, что это — пространственный разлом, зона повышенной гравитации или нечто иное. Но все, что входит в его радиус, исчезает. Советую держаться подальше.
  
Я снова кивнул и принялся изучать карту, впитывая каждую деталь.